Приключения Снежного короля. Книга 2: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Книга 2. Тайна древней крови

Планета Земля. Гостья из далекой галактики

Милене Митчелл нравилось собственное имя. Единственное, что каждый раз резало ей слух, это приставка «спецагент». Другая бы на ее месте гордилась престижной должностью, а она все годы службы мечтала стать победительницей международного конкурса красоты. «Мисс Вселенная» Милена Митчелл звучало для нее гораздо привлекательней. С таким званием можно было делать модные прически, носить нарядные яркие платья, а не стягивать волосы в консервативный пучок и хоронить свою женственность в темных костюмах мужского покроя.

Спецагент Митчелл вышла из машины, одернула основательно приталенный жакет, который подчеркивал ее формы, и окинула завистливым взглядом выстроенный из светлого камня трехэтажный особняк. Живут же люди… И тебе ухоженный парк, и конюшня, и белая каменная беседка, и статуи, и фонтан. Акров двадцать, не меньше. Сколько же народу здесь работает? Поместье «Килхорн» считалось местной достопримечательностью, но Митчелл не могла припомнить, чтобы его когда-нибудь показывали туристам. Прежние хозяева хотя бы устраивали здесь шикарные светские приемы, а нынешний откровенно сторонился людей.

Конечно, Винсента Грэма можно было понять. Он в одночасье потерял всю семью и после этого превратился в настоящего изгоя, но стать нелюдимом, имея такую внешность и связи, в глазах Милены являлось форменным преступлением. Вот если бы красавчик Винс выбрался из своего кокона и соизволил обратить внимание на агента Митчелл, они могли составить прекрасную пару. Милена поймала взглядом свое отражение в стекле автомобиля и злорадно улыбнулась. Новый цвет волос шел ей необычайно, пусть только упрямец Винсент попробует этого не заметить.

От любования собой Милену отвлек дробный стук копыт. По идеально выстриженному газону мчался всадник на разгоряченном вороном коне, похожем на укрощенный ураган. Он приближался так быстро, что агент Митчелл на всякий случай укрылась за машиной, которая принадлежала конторе, следовательно не представляла особой ценности. Милена с детства боялась лошадей и никак не могла взять в толк, почему знатные богатеи так помешаны на верховой езде. Неужели им больше не на что тратить деньги?

В каких-нибудь двадцати футах от автомобиля Винсент Грэм плавно развернул коня и натянул поводья.

— Драм, дружище, ты просто чудо! — он благодарно похлопал жеребца по потной шее и спешился. — Эрик, что здесь делает федеральный агент?

Управляющий поместьем Эрик Иттон принял у Грэма шлем, стек и перчатки. Это был стриженный под ежик крепкий парень, который одинаково уместно смотрелся и в деловом костюме, и в линялых джинсах с растянутым свитером.

— Понятия не имею, босс, — недовольно буркнул Иттон. — Приперлась ни свет, ни заря, трезвонила в ворота, тыкала в охранников своим удостоверением. На всякий случай я велел ее впустить, а то обидится и нашлет на нас, как в прошлый раз, весь списочный состав местной полиции…

Он взял под уздцы Драма и потопал в сторону конюшни, предоставив хозяину самому разбираться с ранней гостьей.

— Агент Митчелл, я неоднократно просил при необходимости обращаться к моим адвокатам. Что привело вас в Килхорн на этот раз?

— Здравствуйте, мистер Грэм.

— Доктор Грэм, — машинально поправил агента Винс. — Так чему обязан?

Милена неторопливо смерила взглядом строптивого доктора психологических наук и двумя пальцами тронула серьгу, привлекая его внимание к сапфирам, посверкивающим множеством граней в мочках ее ушей. К сожалению, камни не отличались крупным размером, так как на ставку спецагента сильно не разгуляешься, а состоятельным спонсором Митчелл до сих пор не обзавелась. Но, как бы то ни было, ее персональный класс и стиль красавчик Винсент просто обязан был оценить.

— Ваша психология — скука смертная, доктор, — Милена произнесла ученое звание Грэма с подчеркнутым пренебрежением. — Занялись бы бизнесом что ли или учредили банк.

Согласно ее личной классификации, финансист стоял на пять ступеней выше университетского профессора или практикующего консультанта. Вот если бы Винсент перестал изображать из себя недотрогу, она так и быть простила ему отсутствие амбиций. Когда мужчина молод, богат и хорош собой, его ученое звание можно рассматривать как бесплатное приложение к основному пакету услуг.

Любоваться мускулистым подтянутым телом Винсента Грэма Милена могла бесконечно, но долг обязывал, и, собравшись с духом, она посмотрела ему в лицо. У него были совершенно удивительные глаза: не серые, не синие, а темно-фиолетовые с какой-то стальной искрой. Милене всегда становилось не по себе от его прямого неподвижного взгляда. Он пробирал аж до мурашек на коже и в то же время, как ни странно, возбуждал.

Мощный мужской магнетизм доктора психологии поначалу страшно бесил агента Митчелл. Стоило ему просто посмотреть на Милену, и у нее моментально учащалось дыхание, начинало покалывать соски и становилось влажно между ног. Это было до того унизительно, что на заре их сотрудничества Милена даже подумывала перевестись в другой отдел, но постепенно собственная слабость начала ей даже нравиться. Вот тогда она и приняла решение воспользоваться служебным положением в личных целях.

Однако соблазнить сексапильного гражданского консультанта оказалось не так-то просто, и вовсе не потому, что он являлся законченным снобом. Как раз наоборот. Винсент Грэм легко вписывался в любую обстановку, был вежлив, доброжелателен, внимателен к деталям, но только в тех случаях, когда этого требовала его работа. Пока Милена беспомощно барахталась в море излучаемого Грэмом обаяния, он успевал оценить поведение очередного подозреваемого, давал свое заключение и тут же исчезал, сославшись на занятость.

Истинный характер внештатного психоаналитика проявился только после страшной трагедии. Когда в авиакатастрофе погибли родители Грэма и его младшая сестра, он полностью изолировался от мира, запершись в своем поместье. С тех пор прошло семь месяцев, а Винсент по-прежнему никого не принимал и отказывался сотрудничать с федеральным агентством. Чтобы встретиться с Грэмом лицом к лицу, Милене приходилось с боем пробиваться на территорию Килхорна.

— Вы приехали в восемь утра, чтобы поучить меня вести дела? — сухо поинтересовался прямой потомок двух могущественных кланов. Синклеры и Грэмы инвестировали средства в масштабные проекты по всему миру, благодаря чему Винсент имел возможность заниматься научными изысканиями, не беспокоясь о завтрашнем дне и хлебе насущном. — Если вашему ведомству потребовалась моя помощь, достаточно было позвонить.

— Я звонила шестнадцать раз, вы не снимали трубку. Что мне оставалось делать?

Винсент подавил вздох.

— Вы не только эгоистичны, самодовольны и тщеславны, но к тому же глухи, агент Митчелл. Пусть ваше начальство свяжется с моими поверенными, приезжать сюда больше не нужно.

Металлические нотки в приятном мужском баритоне больно резанули слух, который Милена, к счастью, еще не утратила. Она набрала воздуха в грудь для достойной отповеди, но хозяин поместья демонстративно развернулся и ушел, не обратив никакого внимания на новый цвет волос, сапфиры и приталенный жакет.

Будучи психологом, Винсент прекрасно понимал, что изоляция от мира не поможет ему справиться с горем, а лишь усугубит его. Много раз в подобных ситуациях он советовал людям заставлять себя двигаться, продолжать жить, несмотря на опустошенность и отсутствие желаний. Винсент учил других, как нужно подгонять себя и поддерживать необходимый темп, а сам сделал все с точностью до наоборот. Заперся в доме, зашторил все окна и несколько дней просидел в кресле, глядя на пустую стену.

Сначала Винс старался вообще ни о чем не думать, но поскольку это было невозможно, он позволил себе вспоминать и делал это до тех пор, пока не наступил перелом. Плакать он не умел, мучительные сухие рыдания только рвали ему глотку, не принося желанного облегчения, тем не менее, скорбь нашла крохотную лазейку, просочилась в застывшее сердце и навеки поселилась в нем. Когда изнурять себя голодом и бессонницей стало уже невмоготу, Винсент решил чем-нибудь заняться.

В рабочий кабинет отца его привела необъяснимая потребность отыскать нечто важное. Опустошив ящики письменного стола, он разложил перед собой их содержимое и тщательно изучил все записи до последней буквы. Винсент умел работать с текстом. Он находил смысл там, где другой видел лишь полную бессмыслицу, догадывался, почему человек сделал ту или иную заметку, прослеживал его мысль и приходил к сходному выводу.

Отношения с отцом у Винсента складывались непросто, однако все негативные процессы происходили у каждого глубоко внутри, внешне их общение выглядело вполне обычным. Дело в том, что Кларк Грэм от природы был трусоват. Прежде чем принять какое-то важное решение, он долго сомневался, колебался, и порой его терзания перерастали в настоящую фобию. Кларк панически боялся брать на себя ответственность, хотя его происхождение и общественное положение не предполагали подобной слабости.

Скрывать свой недостаток от родных и друзей Кларку удавалось лишь ценой неимоверных усилий. Никто из близких не догадывался, какую цену ему приходится платить за видимость спокойной уверенности. Никто, кроме собственного сына. Винсент не имел привычки подслушивать или подглядывать за родителями, просто он родился с измерительным прибором в голове.