MoreKnig.org

Крушение России. 1917: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: Никонов Вячеслав



Шрифт:

В предвоенные годы украинское национальное движение внешне себя не сильно проявляло, здесь можно согласиться с Милюковым. Едва ли не самым значимым событием стало празднование 100-летия Тараса Шевченко в феврале 1914 года, которое власти, опасаясь беспорядков, не рекомендовали (фактически запретили) отмечать официально, вызвав протесты прогрессивной общественности всей Российской империи. Беспорядки возникли в Киеве, напомнив 1905 год. «На Крещатике негде яблоку упасть. В Софийском соборе предполагалась панихида. Толпа в несколько тысяч человек направилась к собору, но на дороге толпу встретил отряд казаков и конных городовых, преградивших дальнейшее движение. Под натиском городовых толпа стала отступать по направлению к Прорезной ул. И здесь, разбившись на группы, пела революционные песни. Казаки, конные городовые и стражники в несколько минут рассеяли толпу»[922], — сообщалось в прессе. На следующий день полиция вновь применяла силу против толп учащихся. То есть национальный протест, несомненно, существовал. Но он был ограничен — в большинстве других украинских городов юбилей Шевченко прошел мирно. И трудно измерить, его больше было в протесте — национального или социального, — ведь Шевченко был общероссийским символом освободительной борьбы, и песни пели революционные, а не украинские народные.

В целом в национальном движении вплоть до войны, да и до революции преобладал культурно-автономистский компонент, уровень собственно сепаратизма был мал. Во многом это объясняется тем, что современный историк Омельянчук назвал «своеобразной «православно-русской малороссийской самоидентификацией большинства населения региона — крестьян, духовенства, чиновничества и части интеллигенции»[923].

Война изменила многое, и, не в последнюю очередь, как результат целенаправленной политики Центральных держав, сделавших ставку на разыгрывание украинской национальной карты. Подробнее об этом в следующей главе, где речь пойдет о вкладе внешних сил в русскую революцию. Здесь же уместно заметить, что в австрийской и немецкой пропаганде времен войны однозначно проводилась мысль о том, что единственный способ обезвредить Россию на долговременную перспективу — это оторвать от нее Украину. Здесь Збигнев Бжезинский и другие солидарные с ним современные геополитики не говорят ничего нового. В средствах Центральные державы не стеснялись. «Теперь России предстояло бороться за симпатии и лояльность украинцев в новых условиях, причем к прежним участникам игры — полякам, Вене, Ватикану — присоединилась Германия, у которой руки в украинском вопросе были совершенно развязаны, ведь под ее властью никаких украинцев не было»[924], — пишет Алексей Миллер.

Еще перед войной в Австро-Венгрии прошли громкие судебные процессы против руководителей русинских и прорусских украинских организаций, были составлены списки неблагонадежных элементов. В первые же дни войны в одном Львове было арестовано 2 тысячи ук-раинцев-москофилов (по переписи 1900 года там насчитывалось всего 34 тысячи украинцев при 84 тыс. поляков и 45 тысяч евреев)[925]. Одновременно из благонадежных и антироссийски настроенных формировались в составе австрийской армии части так называемых украинских сичевых стрельцов. Среди их добровольцев были многие представители украинской галицийской элиты — политики, ученые, журналисты, писатели. Эти части отличались высокими боевыми качествами, хотя до конца так и не пользовались доверием австрийских и немецких властей.

Петроград, где украинский национализм стал рассматривался как серьезная угроза, в долгу не остался. Украиноязычные издания в России начали закрывать, осложнились условия для деятельности культурно-просветительских организаций. В ноябре 1914 года по обвинению в «мазепинстве» арестовали Грушевского, который провел несколько месяцев в Лукьяновской тюрьме, был выслан в Симбирск. По настоянию Российской академии наук его перевели под гласный надзор полиции в Казань, а потом в Москву, где он и встретит Февраль. По весьма радикальному пути пошли при организации системы управления в занятых в первый период войны Галиции и Северной Буковине.

В российских официальных кругах и в Особом политотделе МИДа, который разрабатывал эту схему, завоеванные земли рассматривались как исконно русские, входившие в состав Галицкого княжества Киевской Руси, но затем отторгнутые в результате серии вторжений польских, венгерских, монголо-татарских и литовских войск. «В целом власти склонялись к тому, чтобы трактовать местное население как русских, воспринимая униатскую церковь и украинскую идентичность как нечто наносное, поверхностное, навязанное Веной, Ватиканом и поляками, поддержки среди местного населения не имеющее и потому легко устранимое после установления русской власти»[926]. Захват Галиции был воспринят как процесс воссоединения русского народа, что означало распространение на нее той же системы управления, что существовала в «стандартных» российских губерниях. С той лишь поправкой, что Галиция оставалась прифронтовой зоной, и поэтому во главе ее был поставлен генерал-губернатор, подчиненный непосредственно начальнику штаба Юго-Восточного фронта. Осенью 1914 года были образованы Львовская, Тарнопольская и Черновицкая губернии. Репрессивные меры против униатской церкви и украинского языка не заставили себя долго ждать.

Правительственная политика в Галиции поляризовала и российские, и украинские политические круги. О том, как ситуация выглядела с вершин власти, можно судить по воспоминаниям генерала Спиридовича, обеспечивавшего безопасность Николая II во время его триумфальной поездки в незадолго до этого взятый Львов: «Всякие Грушевские и иные выходцы из Киевского университета разрабатывали по австрийской указке теорию украинской самостийности, выдумывали разные «мовы», а простой забитый русский галичанин продолжал хранить в сердце мысль о национальном освобождении, что связывалась с мыслью о Белом Царе. И когда русские войска победоносно продвигались по Галиции, бежал поляк, уходил немец, но простой народ встречал русского солдата как своего родного, как освободителя. А соседние с Почаевской лаврой приходы толпами приходили к настоятелю монастыря, прося присоединить их снова к родной православной церкви… Войска, стоявшие шпалерами, и масса народа встречали Государя восторженно. Встреча со стороны населения была настолько радушна (а население было не русское), что как-то невольно пропал всякий страх за возможность какого-либо эксцесса с их стороны»[927].

Совершенно иначе положение видели либералы. «Наши правые националисты в стиле гр. Бобринского, заняв административные посты в «Пьемонте украинства», начали преследовать украинское национальное движение и насильственно обращать униатов в православие. Тяжелое впечатление произвел арест униатского митрополита Шептицкого, пользовавшегося большим уважением и влиянием в крае. Все это создавало враждебное отношение населения к победителям»[928]. Либералы в своей критике были не далеки от истины в том, что при создании системы местного управления по российской модели власти не учли одного немаловажного обстоятельства: «накануне Первой мировой войны была проведена реформа галичского сейма, которая гарантировала украинскому населению Галиции 27 % представительства в местном самоуправлении. И реформу сейма эта часть населения считала своей огромной победой. Ликвидация австрийской системы местного управления (в том числе и самоуправления), а также объявление украинского языка «изобретением мазепинцев»… и замена ее губернскими и уездными учреждениями была негативно воспринята значительной частью населения Галиции»[929], подчеркивает Бахтурина. Да и в Малороссии резонанс был, мягко говоря, не самый благоприятный.

В 1915 году уже русские войска отступали, неся большие потери. Взявшая Галицию под контроль австро-германская администрация продемонстрировала завидную гибкость. Наместником был назначен поляк, проинструктировавший чиновников о необходимости уважительно относиться к украинскому языку. Наследник австрийского престола при посещении края обращался к людям на украинском языке. Украинцев стали активнее принимать в офицерский корпус. Но наибольшее беспокойство в Петрограде вызывало создание привилегированных концлагерей для украинских военнопленных, которых содержали гораздо лучше, чем русских, обучали принятому в Галиции правописанию, а также истории и литературе в понятном ключе. Всего таких военнопленных насчитывалось более 400 тысяч, из них около 40 тысяч наиболее отзывчивых к агитации были отобраны для частей будущей украинской армии. Для нее даже пошили форму и организовывали учения[930]. Сильное австро-немецкое влияние чувствовалось и в деятельности украинских политических партий.

Один из основателей УСДРП Владимир Винниченко, после начала войны нелегально вернувшийся в Россию, в своей книге «Возрождение нации» выделял три основных ориентации украинских политиков в годы войны: пророссийская, проавстрийская и ориентированная на самостоятельность.

Проавстрийские действовали, в основном, в самой Австро-Венгерской империи. Они выступали за ее победу с последующим переходом Украины под австрийский протекторат. На эту позицию встала основанная в 1914 году во Львове Головная украинская Рада во главе с Левицким. Там же был создан Союз вызволения Украины (СВУ), обещавший, что независимая Украина станет надежным защитником Европы от российской экспансии. Союз «при содействии генштабов Германии и Австро-Венгрии развернул соответствующую пропагандистскую деятельность среди украинцев, попавших в плен»[931]. Вскоре Вена и Берлин признали Союз как орган, представляющий интересы украинцев, проживающих не только в Центральных державах, но и в других европейских государствах. Союз получал средства от немцев и австрийцев в виде займа, за который должно было рассчитываться будущее украинское правительство. Ядром такого правительства Союз себя и считал. СВУ вел информационную работу в европейских странах, занимался пропагандой на Восточном фронте и на занятых Центральными державами украинских землях, участвовал в разведоперациях в российском тылу[932].

Пророссийские, в основном жившие в России, желали ей победы, видя в этом перспективу ослабления имперских тенденций. Товарищество украинских поступовцев в начале войны выступило с декларацией «Война и украинцы», под которой стояла подпись Симона Петлюры, где говорилось, что украинцы «выполнят свою обязанность граждан России в сей тяжкий час до конца»[933]. В 1916 году ТУП изменит свою позицию и выступит против войны и поддержки какой-либо из сторон: «Мы, украинские прогрессисты, стоим на платформе автономного устройства тех государств, с которыми нас соединила историческая судьба»[934]. Сам же Петлюра с 1916 года был заместителем уполномоченного Союза земств на Западном фронте. Дмитрий Дорошенко участвовал в работе Союза городов и явился одним из основателей Общества для оказания помощи населению Юга России, пострадавшему от военных действий. Таким образом, многие ведущие украинские социалисты и либералы работали на Россию в той мере, в какой на нее работал Земгор Львова и Гучкова.

Что же касается третьего течения, то в Большой Украине на позициях независимости стояло большинство представителей украинских социалистических организаций, включая УСДРП. Число сторонников идеи независимости в годы войны выросло. Одну из важных причин этого Булдаков видит в набиравшей силу «солдатизации» национальных движений, когда внутри страны происходило увеличение массы вооруженных маргиналов»[935].

Накануне революции и в русских национальных организациях Украины активно вызревали протестные настроения. Об этом свидетельствовала, в частности, записка «русских кругов Киева», которую Николай оставил в личном архиве как «достойную внимания»: «Прежде всего, православные киевляне категорически утверждают, что подавляющее большинство трудового населения сел и местечек — крестьяне, мещане, сельское духовенство, мелкие землевладельцы, чиновный класс и русские помещики, словом, все, кто представляет собой в юго-западном крае коренной русский народ, — несмотря на усиленную пропаганду революционных идей местной левой печатью, по-прежнему остается глубоко консервативным… В противоположность политическим идеалам коренного русского народа местные кадето-еврейские интеллигентные круги, действуя по указке вожаков «прогрессивного» большинства Государственной думы и давно сорганизованной антигосударственной лиги земцев, упорно и совершенно беззастенчиво дискредитируют существующий государственный строй»[936].

Лидером украинских земцев, как мы уже знаем, выступал юный Терещенко. Лидером все более разочаровывавшихся во власти русских националистов — Василий Шульгин.

Итак, проблема украинского национализма заметно обострилась в годы Первой мировой войны. Однако в целом «до революции доминирующую роль играло либерально-демократическое крыло интеллигенции, ориентированное в первую очередь на национально-культурную автономию Украины, хотя в качестве перспективы присутствовало и требование национально-территориальной автономии»[937]. Никакого значимого национально-освободительного или сепаратистского движений, представлявших непосредственную опасность для режима или территориальной целостности государства, на подконтрольных Российской империи украинских землях до февраля 1917 года не существовало. «Украинские национальные организации были разгромлены, их деятели сосланы, их печать закрыта»[938], — замечал Бурд-жалов. Украина придет в движение после Февраля.

Гораздо слабее национальный фактор проявлял себя в Бессарабии. Она вошла в состав Российской империи после Бухарестского мира 1812 года. Как пишет современный молдавский историк Василе Стати, «в результате русско-турецкой войны (1806–1812) победившая Российская империя вынудила побежденную Оттоманскую империю уступить часть территории, которой владела: Молдову между Прутом и Днестром. Таким образом, Восточная Молдова (колониально названная «Бессарабией») как военный трофей была аннексирована Россией»[939]. Заметим, в тот момент никаких возражений против присоединения к Российской империи со стороны местного населения не наблюдалось. Даже весьма националистически настроенный румынский автор Онисифор Гибу признавал: «Во всей литературе того времени вы не найдете ни слова протеста против этой акции… Тем паче, что в запрутской Молдове, оставшейся и после 1812 года под властью фанариотов, жизнь во всех отношениях была намного тяжелее, чем в Бессарабии»[940]. Тогда все православное население Балканского полуострова — греки, румыны, болгары, сербы и т. д. — одинаково уважало и ценило Россию как защитницу.

Бессарабия была важна для нас, во-первых, как буферная зона и плацдарм в направлении черноморских проливов — Россия впервые вышла на Дунай у его устья. А во-вторых, возникала возможность создать своего рода витрину для балканских народов, остававшихся под османским владычеством. В какой-то мере последнее удалось. В Бессарабию устремился переселенческий поток сербов, македонцев, гагаузов, болгар, а также украинцев и русских. Ее население, составлявшее в 1812 году 255 тысяч человек, за сто лет увеличилось в 10 раз. При этом заметно изменился национальный состав населения — доля молдаван, изначально составлявших три четверти жителей, сократилась в начале XX века до 48 % при значительном росте числа украинцев — 20 %, евреев — 12 %, русских — 8 %, болгар — 5,4 %, немцев и гагаузов — по 3 %. Наиболее урбанизированной национальной группой были русские, половина из которых жила в городах, занимая также ключевые посты в государственном, хозяйственном, церковном управлении[941]. Русские купцы обеспечивали вовлечение в общероссийский рынок, а «русский чиновный класс легко интегрировал в свой состав местных уроженцев, которые, получив образование, перенимали его систему ценностей, образ жизни, кодекс поведения и т. д.»[942].

Пребывание в составе России принесло Бессарабии — единственный раз в ее истории — столетие мира, когда бурно развивалась экономика, создавались города, промышленность и транспортная инфраструктура, процветало сельское хозяйство, резко вырос жизненный уровень. Этого не оспаривает никто. Однако в отношении национально-государственной политики Петербурга существовал и существует очень широкий разброс мнений. В Румынии, которая появилась на карте мира в 1858 году, и в румынофильских кругах Молдовы эта политика всегда клеймилась как жестко русификаторская, имевшая основной целью «снижение роли коренного румынского населения» и ущемление его экономических и культурных прав «пришлыми инородцами»[943]. Стати, которого можно отнести, скорее, к молдавофилам, доказывающим существование отдельного молдавского народа, тоже весьма критичен: «Царское правительство стремилось, с одной стороны, продемонстрировать балканским народам новую модель управления — христианскую, покровительственную и толерантную, с другой стороны, вводила во все сферы — хозяйственную, социальную и духовную — русские стандарты. Добиваясь в конечном счете отчуждения населения Левобережья Прута от его исторических истоков, намереваясь стереть из памяти всякое упоминание об общей родине — Молдове… «Бессарабия» становится русской областью. С 1842 года молдавский язык не разрешается больше использовать в официальных документах, постепенно он удален из школ. С 1826 край управляется «Учреждением по управлению Бессарабской областью», действительному до 1873, когда Восточная Молдова была преобразована в обычную российскую губернию»[944].

Но в Молдове есть мнения и прямо противоположные. «Государство Российское предоставило населению Бессарабии все мыслимые в то время социальные и экономические льготы: налоговую, освобождение от рекрутской повинности, крестьян на полвека раньше, чем в собственно русских губерниях, объявили лично свободными, их участки земли в три раза превышали размеры наделов государственных крестьян в Центральной России. В администрации Бессарабии соотношение чиновников-молдаван и русских составляло 7:5»[945], — подчеркивает историк Петр Шорников. Его коллега Репида поддерживает эту мысль: «В составе России Восточная Молдова сохранила свои этнические, социально-политические особенности с национальным колоритом. Духовная культура коренной нации обогатилась творениями классиков молдавской литературы, молдавско-славянским летописанием, бесценными молдавскими хрониками, произведениями художников, архитекторов… Молдавский язык изучался в семинариях; на нем издавались книги, печатался букварь, труды Д. Кантемира, произведения писателей… В 1914 году в губернии работало 1846 школ всех типов, в которых обучалось 115 тыс. учащихся, в Левобережье (Запрутской Молдове, входившей в состав Румынии) в 100 школах— 9,2 тыс. детей»[946].

В XIX веке молдавское национальное движение организационно не выходило за рамки немногочисленных интеллектуальных кружков, а румынская идентичность напрочь отсутствовала даже в них. При этом наиболее влиятельный кружок действовал в… Прибалтике, на базе молдавского землячества в Юрьевском (Дерптском) университете. С 1905 года положение изменилось. Впервые начинается пропаганда румынской идеи. Ее носителем первоначально стал действовавший в Румынии кружок «Бессарабец», затем преобразованный в Центральный комитет культурной лиги бессарабских румын. В 1905 году он распространил воззвание с призывом к румынам Бессарабии (как назывались молдаване) переезжать на историческую родину. В Кишинев тоже подтянулись некоторые общественные деятели из Румынии, к которым присоединились и студенты временно закрытого из-за волнений Дерптского университета. Вместе они основали газету «Бессарабия», на базе которой возникла Молдавская национально-демократическая партия во главе с Пеливаном, Гаврилицэ, Халиппой, Стере, потребовавшая автономии в составе России, введения в школах преподавания молдавского языка и намекавшая на желательность присоединения к Румынии. Серьезного влияния эта партия, так организационно и не оформившаяся, оказать не успела, рассыпавшись[947].

Румынофильской «Бессарабии» противостоял еженедельник «Молдованул», который издавало Молдавское общество Бессарабии под руководством предводителя кишиневского дворянства Павла Дическу. Общество было создано для повышения культурного уровня молдаван, в том числе путем изучения в школах молдавского языка наряду с государственным — русским. Ничего радикального. Никаких других национальных партий и движений в Бессарабии до 1917 года не возникло. Зато активно действовали Союз русского народа во главе с местным землевладельцем Владимиром Пуришкевичем, а также большевики. В 1905–1907 годах проходили демонстрации, забастовки, отмечались крестьянские волнения. «Эти формы выражения протеста, даже мятежи, воодушевлялись социальными лозунгами и требованиями, — подтверждает Стати. — Но интонации национального освобождения еще не были слышны»[948]. Не будут они слышны и в годы мировой войны, когда жители Бессарабии проявили себя как весьма лояльные граждане, несмотря на выпавшие испытания.

На первых порах война даже стимулировала подъем экономики края, оказавшегося в ближайшем тылу Юго-Западного фронта. Войскам требовались продукты, табак, обмундирование, которые с готовностью поставляли бессарабские предприятия, железнодорожная сеть за военное время выросла на 400 верст, с полной нагрузкой работали порты. Жизнь населения была тесно связана с передвижениями войск, строительных отрядов, перевозками раненых, эвакуацией, мобилизацией гражданского населения на оборонные работы. Напряжение войны для жителей резко выросло после вступления в войну Румынии, за которую пришлось воевать в основном самой России, перебросившей на Румынский фронт 35 пехотных и 13 кавалерийских дивизий.

За 1914–1917 годы мобилизации проводились 19 раз и затронули до 10 % населения Бессарабии. Дезертирство было немалым, но основная масса бессарабцев стойко сражалась. Из-за отсутствия сырья и топлива половина промышленных предприятий простаивала. Нехватка рабочих рук приводила к сокращению посевных площадей. Но ярко выраженных протестных настроений не было. В политическом обзоре губернского жандармского управления за октябрь 1915 — февраль 1916 года описывалось, как десятки тысяч крестьян с лошадями и подводами посылались на север губернии для строительства фортификационных сооружений: «Не было случая отклонения от исполнения сего или сопротивления при нарядах и отправлении этой массы, часто следующей на места работы по железной дороге в полном порядке почти без надзора. Плохая организация этого дела на месте работы, когда тысячи людей по два-три дня ждут нарядов под открытым небом, в степи, вызывает лишь пассивный протест путем бегства на место жительства, но возвращаемые полицией обратно, беглецы безропотно являются на места работы даже одиночным порядком».

Не фиксировала полиция и значимых антиправительственных настроений: «К местным властям крестьянское население относится весьма послушно и корректно, хотя низшая администрация в лице урядников и становых приставов не пользуется доверием и авторитетом. Случаи открытого неповиновения весьма редки и вызываются обычно нетактичным поведением чиновников. Отношение к губернским властям весьма почтительно, но стараются избегать сношений с чиновниками и боятся их. Понятия о высших властях, по-видимому, довольно смутные»[949]. Трансильванский журналист напишет: «Мне довелось впервые увидеть Бессарабию зимой 1916 года… Там еще властвовала царская Россия. Все пространство между Прутом и Днестром казалось российским. Не было и намека на румынское национальное пробуждение. За немногими исключениями, Бессарабия чувствовала себя очень хорошо под «игом царя»[950].

Еврейский вопрос

С точки зрения вклада в революцию 1917 года среди всех многочисленных национальностей, населявших Российскую империю, всегда выделяли евреев. Теория о том, что революция явилась результатом разветвленного еврейского заговора, возникла почти моментально. Еще в 1920 году Уинстон Черчилль написал нашумевшую тогда статью, где доказывал, что «международные и, главным образом, атеистически настроенные евреи… играли «весьма большую» роль в создании большевизма и произвели революцию в России»[951]. Литература на сей счет огромна и противоречива. Где истина?

Евреи оказались в России, не сходя с места, в конце XVIII века после трех разделов Польши, где они появились еще в Средние века по приглашению местных королей, намеревавшихся таким образом поднять экономику. Так, неожиданно, Российская империя оказалась страной с самым большим по численности еврейским населением в мире. В 1800 году в ее пределах жили 23 % всех евреев мира, в 1880-м — 53,4, в 1914 — 39 %. За время нахождения под юрисдикцией российской короны еврейское население увеличилось в 8 раз, больше, чем число жителей страны в целом. Перепись населения 1897 года зафиксировала 5 млн 190 тысяч евреев, и они составляли 4 % от населения империи[952]. Больший процент был только в гораздо менее населенных Румынии и Австро-Венгрии (в Англии и Франции — по 0,1 %).

«Народ еврейский двигался сквозь переменчивую современность с кометным хвостом трехтысячелетней диаспоры, не теряя постоянного ощущения себя «нацией без языка и территории, но со своими законами» (Соломон Лурье), силой своего религиозного и национального напряжения храня свою отдельность и особость — во имя высшего, сверхисторического Замысла»[953], — писал Александр Солженицын в наделавшей много шуму и споров книге «Двести лет вместе». Евреи стремились сохранить свои многотысячелетние традиции, язык, религию, воспроизводя образ жизни местечек средневековой Восточной Европы. С младенческих лет, вне зависимости от благосостояния семьи, мальчики обязаны были посещать начальные религиозные школы «хедеры», где изучали Библию, Талмуд, труды еврейских средневековых законоучителей. В начале XX века число хедеров оценивалось в 25 тысяч. К этому времени существовала и широкая сеть синагог и молитвенных домов, из которые самые фундаментальные были в Петербурге, Москве, Варшаве, Киеве, Ковно. Только в Вильно было около 100 синагог, молитвенных домов и клаузов, в Одессе — 57, были они даже в отдаленных сибирских городах[954].

Каждый верующий еврей воспитывался в убеждении, что, изменив вере отцов, он не только лишается души, но и наносит непоправимый вред семье и общине. Несмотря на все преимущества перехода в христианство, что означало снятие всех ограничений, этой возможностью за весь XIX век воспользовалось только 84,5 тысячи человек, что составляло меньше 0,7 % евреев. Жили они в массе своей весьма обособленно, носили одежду, принятую в средневековой Польше, мужчины отпускали бороды и пейсы, женщины брили головы и носили парики, ели особую пищу, приготовленную по правилам кашрута. Все это делало евреев весьма подозрительными в глазах окружавшего славянского населения, тем более что говорили евреи на непонятном языке. По единственной переписи населения, 97 % евреев назвали родным языком идиш, еще по одному проценту — русский и польский. При этом по доле умеющих читать по-русски евреи опережали русских, уступая только немцам.

[922] Цит. по: Суляк С. Русинский и украинский вопросы. С. 114.

[923] Омельянчук И. В. Численность Союза русского народа в 1907–1914 гг. в правобережных украинских губерниях // Белоруссия и Украина. История и культура. Ежегодник 2005/2006. С. 161.

[924] Миллер А. Империя Романовых и национализм. С. 181.

[925] Бузина О. Тайная история Украины-Руси. К., 2008. С. 297.

[926] Миллер А. Империя Романовых и национализм. С. 176–177.

[927] Спиридович А. И. Великая война. С. 89, 92.

[928] Милюков П. Н. Воспоминания. Т 2. С. 166.

[929] Бахтурина А. Ю. Государственное управление окраинами Российской империи. С. 62.

[930] Миллер А. Империя Романовых и национализм. С. 185–186.

[931] Верстюк В. Ф. Февральская революция и украинское национально-освободительное движение// 1917 год в судьбах России и мира. С. 184.

[932] Федюшин О. Украинская революция. 1917–1918. М., 2007. С. 41–48.

[933] Новітня історія України 1900–2000. С. 133.

[934] Верстюк В. Ф. Февральская революция и украинское национально-освободительное движение. С. 186.

[935] Булдаков В. П. Кризис империи и революционный национализм начала XX в. в России// Вопросы истории. 2000. № 1. С. 35.

[936] Дневники и документы из личного архива Николая II. С. 355, 356.

[937] Борисенок Е. Феномен советской украинизации. 1920—1930-е годы. М., 2006. С. 35.

[938] Бурджалов Э. Н. Вторая русская революция. Москва. Фронт. Периферия. М., 1971. С. 219.

[939] Стати В. История Молдовы. Кишинев, 2003. С. 233.

[940] Цит. по: Лучинский П. Молдова и молдаване. Кишинев, 2007. С. 180.

[941] Абакумова-Забунова Н. В. Русское население городов Бессарабии. Кишинев, 2006. С. 5–6, 407; Репида Л. Е. Суверенная Молдова. История и современность. Кишинев, 2008. С. 100–101.

[942] Абакумова-Забунова Н. В. Русское население городов Бессарабии. С. 408–409.

[943] История румын с древнейших времен до наших дней. Кишинев, 2003.

[944] Стати В. История Молдовы. С. 236, 239.

[945] Шорников П. Поля падения. Историография молдавской этнополитики. Кишинев, 2009. С. 29.

[946] Репида Л. Е. Суверенная Молдова. С. 101.

[947] Политические партии России. Конец XIX — первая треть XX века. С. 369–370.

[948] Стати В. История Молдовы. С. 265.

[949] Репида Л. Е. Суверенная Молдова. С. 105.

[950] Цит. по: Лучинский П. Молдова и молдаване. С. 216.

[951] Цит. по: Саттон Э. Уолл-стрит и большевистская революция. М., 2005. С. 221–222.

[952] См., напр.: Будницкий О. В. Российские евреи между красными и белыми (1917–1920). М., 2006. С. 13–14.

[953] Солженицын А. И. Двести лет вместе. Ч. 1. М., 2006. С. 475.

[954] Вихнович В. Л. 2000 лет вместе: евреи России. М., 2007. С. 142–143.

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Цитадель Отверженных. Ненависть моя, кровь моя
Цитадель Отверженных. Ненависть моя, кровь моя
[Любовное фэнтези / Приключения / Фэнтези]
Я поступила в Цитадель Отверженных — крепость и магическую академию, подготавливающую лучших воинов для защиты мира от угрозы. Пусть наши земли уже погрязли во тьме, опасность наступает со всех
0
Барнабас IV Кошмарный. Злодей и сад наслаждений
Барнабас IV Кошмарный. Злодей и сад наслаждений
[Эротика, Секс / Современная проза / Приключения / Фэнтези]
Зло многолико, но, когда вы думаете о чистом зле, очищенном от всех примесей и чуждых ему смыслов, выкристализованном, ставшем эталоном, вы думаете о нём.Сеньоры, прошу любить и жаловать - Барнабас
0
Душа империи. Сквозь пепел и кровь
Душа империи. Сквозь пепел и кровь
[Любовные романы / Любовное фэнтези / Историческая проза / Роман]
В мире, где тени прошлого управляют настоящим, судьба империи висит на волоске. Элайра, пленница и чужестранка, становится императрицей, но её путь к власти полон интриг и испытаний. Любовь к
0
Эскорт для Генерального
Эскорт для Генерального
[Современные любовные романы / Проза / Современная проза]
Мой босс - невероятно богат, холост и ошеломляюще сексуален. Как бы не влюбиться в такого на корпоративе. Вот только кто он - миллиардер Алишер Сафаров, а кто я! Самая обычная девушка, мечтающая
0
Потерянные в другом мире
Потерянные в другом мире
[Любовное фэнтези / Приключения / Фэнтези / Попаданцы]
И за какие грехи она свалилась на мою голову, черт подери? Непонятно откуда явилась, плетет какие-то бредни про другой мир… так еще и внешне эта девчонка точная копия той, что три года назад в
0
Мастер драгоценных артефактов 7
Мастер драгоценных артефактов 7
[Боевое фэнтези / Попаданцы / Бояръ-Аниме]
И что теперь?! Как граф Шахтинский будет разбираться с таинственными кукловодами и их подручными на Брошенных землях? А вот и узнаем!
0
Пламя крови. Сила истинности
Пламя крови. Сила истинности
[Городское фэнтези / Любовное фэнтези]
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность.
0
Непокорная моя любовь
Непокорная моя любовь
[Современные любовные романы / Эротика, Секс]
— …Да, я люблю тебя! — Мурат кричит так громко, что у него, похоже, вот-вот лопнут сосуды на шее. Я поднимаю брови. Несколько долгих мгновений он смотрит на меня, а потом его губы складываются в
0
Не смогу тебя отпустить
Не смогу тебя отпустить
[Короткие любовные романы]
— Я схожу с ума, да? Может мне таблетки какие? — Андрюха, ты пойми… — врач только горько вздохнул, — Ты сам создаешь эту проекцию. Только ты можешь прекратить видеть то, что ты видишь. — Как? —
0
(не) злая мачеха. Сиротки для попаданки
(не) злая мачеха. Сиротки для попаданки
[Юмористическое фэнтези]
«Думал, я не выберусь?» — в голосе мужа звучит злая насмешка. — «Ты сама к этому привела! Хорошо, что я поспел раньше, чем ты прибрала к рукам всё состояние… Что было бы с моими детьми и стариком
0
Ничего не было, товарищ майор
Ничего не было, товарищ майор
[Эротика, Секс / Короткие любовные романы]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ. —
0
Отец жениха. Запретное влечение
Отец жениха. Запретное влечение
[Любовные детективы / Эротика, Секс]
Незаконное потребление наркотических средств, психотропных веществ, их аналогов причиняет вред здоровью, их незаконный оборот запрещен и влечет установленную законодательством ответственность. —
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4
Ревизор: возвращение в СССР 65
Ревизор: возвращение в СССР 65
[Самиздат / Попаданцы / Альтернативная история]
Продолжение приключений московского аудитора, попавшего из нашего времени в 1971 год. Павел Ивлев буквально завален работой по уши, но его все устраивает. Ведь он видит, как понемножку, но его усилия
4
Без страха и упрёка 7
Без страха и упрёка 7
[Альтернативная история / Попаданцы]
Алексей Штурмин достиг многого, но настоящее восхождение на вершины власти только начинается.
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
2
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
14
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Не дразните темного мага
Не дразните темного мага
[Любовное фэнтези / Магические академии]
Я, Асель Рэнетт, приняла темного мага за навязанного жениха и по ошибке вызвала его на дуэль. Все бы ничего, но темный маг Кейран Эрбис решил, что я так флиртую. Теперь он пытается за мной ухаживать,
2
Актея
Актея
[Старинная литература: прочее / Классическая проза]
Актея – прекрасная гречанка с острова Самос – каждый день укрощает свирепого тигра. Этот тигр – молодой римский император Нерон. Мудрый наставник Нерона, философ Сенека, нарочно познакомил Актею со
0
Ты обязательно выживешь. Том 1
Ты обязательно выживешь. Том 1
[Попаданцы / Книги про волшебников]
Караул! Знаете, что нас ждёт после смерти? Работа! Много работы. Из плюсов? Можно заработать на воскрешение, хорошие условия, и даже детей завести! Тут за успехи поощряют. Из минусов? У
1
Корпоративная безопасность
Корпоративная безопасность
[Бизнес]
Новая книга про фундаментальные основы безопасности бизнеса погружает читателя в мир расследований, производственных цепочек и интересных фактов из истории мировых корпораций. Кто и когда впервые
0
Работая под профессором (ЛП)
Работая под профессором (ЛП)
[Короткие любовные романы / Эротика, Секс]
Я собираюсь научить ее, что происходит, когда соблазняешь доминирующего профессора. Я не должен был смотреть на нее так. Она моя ученица. Ей девятнадцать лет. Я слишком стар для нее. Все в
0
Різдво Еркюля Пуаро
Різдво Еркюля Пуаро
[Старинная литература: прочее]
Симеон Лі, деспотичний багатій, наполягає, щоб четверо його синів разом з родинами приїхали додому на Святвечір. Різдво — лише привід, щоб зібрати всіх в одному будинку, адже голова родини має на
0
Все не то, чем кажется
Все не то, чем кажется
[Любовные детективы / Современные любовные романы]
Она не знает даже его имени. Он знает о ней все. Неудачи подстерегают Есю повсюду: в личной жизни, на работе и даже дома. Но что бы ни случилось, она не теряет надежды на лучшее будущее. Однажды,
0
За чашкой кофе. Сборник рассказов
За чашкой кофе. Сборник рассказов
[Современная проза]
Вы когда-нибудь становились участником увлекательной беседы, когда подруга или друг рассказывают вам удивительные, жизненные истории? Книга «За чашкой кофе» станет для вас таким другом. Она поделится
0
Непокорная невеста, или Аджика по - попадански
Непокорная невеста, или Аджика по - попадански
[Попаданцы / Классическое фэнтези]
Мои заготовки стали легендой среди дачников! Аджика, лечо, овощная икра... Но однажды, потянувшись за спелым томатом, я внезапно очутилась в теле Аэлиты — сбежавшей невесты могущественного мага. Вот
0
Зов Лиры
Зов Лиры
[Классическое фэнтези]
Земля под названием Рифт, волшебный сад богини Лиры, почернела и опустела, разрушенная жестокой и коварной силой. Но волею Богини сюда приходит прекрасная девушка, чтобы пробудить природу и людей к
2
Хищная планета
Хищная планета
[Научная фантастика / Ужасы]
Он — освобожденный из тюрьмы космический страж. Она — единственная наследница богатейшей семьи в галактике, а еще дочь известного ученого — космобиолога, которого им необходимо найти на неизученной и
1
Больше, чем сделка
Больше, чем сделка
[Современные любовные романы / Любовные детективы]
Эйден Моя жизнь состоит из бесконечных вечеринок и отношений на одну ночь. Но на очередной вечеринке я теряю контроль и теперь любой ценой должен вернуть свою тачку. Только для этого мне нужно
0