Как работает память. Наука помнить и искусство забывать: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вы запоминаете его в таком виде:

Таким образом, десятизначный телефонный номер может поместиться в рабочую память, потому что представлен в виде трех элементов, а не десяти – код региона плюс три первых цифры плюс четыре последних. Кроме того, к звучанию телефонного номера в фонологической петле вы обычно добавляете определенный ритм или мелодию, которые помогают его запомнить.

Аналогичным образом последовательность цифр 12062007 гораздо труднее удержать в рабочей памяти, чем 12/06/2007. Когда числа подобным образом разделены на три блока, имеющие смысл, мы легко запоминаем их как 6 декабря 2007 года.

А вот, наверное, еще более убедительный пример. Сможете ли вы за 15 секунд запомнить следующую строку из 21 буквы в правильном порядке?

А если я дам вам 30 секунд?

Готова поспорить, что, если вы не чемпион по запоминанию, у вас это не получится. Попробуем расставить эти буквы иначе, вот так:

Сложно повторить их в правильном порядке? Раз плюнуть. Четыре исполненных смысла, связанных блока без труда укладываются в вашу рабочую память. Но в этот же объем вы не в состоянии запихнуть двадцать одну бессмысленную букву. К тому времени, как вы прочтете последние буквы, первые несколько букв последовательности успеют забыться.

Таким образом, вы поместите в рабочую память больше информации, если сумеете разбить ее на блоки. И наоборот, вы запомните меньше магического числа 7±2 элементов, если произнесение нужных слов занимает много времени. Фонологическая петля может справиться с тем количеством слов, которое вы способны произнести приблизительно за две секунды, а затем хранит их в течение 15–30 секунд, после чего саундтрек стирается.

Представим, что вы пытаетесь запомнить некий список, используя рабочую память. Если слова в этом списке содержат много слогов, то сделать это будет труднее. В среднем люди запоминают около 90 процентов из пяти односложных слов, хранящихся в рабочей памяти. Результат падает до 50 процентов для списка из пяти слов, каждое из которых состоит из пяти слогов. Способность запомнить уменьшается из-за того, что мысленное произнесение слова из пяти слогов требует больше времени.

Например, прочтите следующий список один раз, не повторяя, и проверьте, сможете ли вы тут же воспроизвести его по памяти:

Легко, правда? Вы слышали фонологическую петлю, проигрывающую саундтрек из слов в вашей голове? Теперь проделайте тот же опыт – мысленно не повторяя слова и не глядя на них – с другим списком:

Чувствуете разницу? Заметили, что к слову «авитаминоз» начало этого списка начинает забываться? Может быть, вы думаете, что первый список легче запомнить потому, что его элементы легче представить, и подозреваете, что визуализация помогает консолидации и извлечению информации из памяти? Это абсолютно верно при запоминании информации, длительность которой превышает несколько секунд, но у рабочей памяти, которая фиксирует текущий момент, для этого нет времени. Дополнительная обработка не используется. Чтобы убедиться в этом, повторите эксперимент со следующим списком:

Запомнить его не сложнее, чем первый, правда? Визуальные подсказки и ассоциации оказывают существенное влияние на консолидацию и извлечение информации из долговременной памяти, но в рабочей памяти они не используются.

А теперь, не возвращаясь назад, попробуйте вспомнить все шесть слов из первого легкого списка. Если предположить, что вам потребовалось больше 30 секунд, чтобы добраться до этого абзаца от слова «степь», то шесть слов из этого списка уже стерлись из вашей рабочей памяти. Если же вы помните слова, значит, гиппокамп обрабатывает их для длительного хранения.

Вы убедились, что способны без труда удерживать в рабочей памяти предложение МЕНЯ ЗОВУТ ЛАЙЗА ДЖЕНОВА. А что происходит с более длинными и сложными предложениями? Чем больше слогов в слове, предложении или в списке, тем труднее удержать его в рабочей памяти. Наверное, вы сталкивались с ситуацией, когда при чтении длинного предложения с большим количеством многосложных слов вам приходилось возвращаться к началу и перечитывать его, чтобы понять смысл? Попробуйте прочесть это предложение из начала книги Стивена Пинкера «Просвещение сегодня» (Enlightenment Now):

Не кажется ли вам это предложение слишком громоздким, чтобы понять после одного прочтения (или даже нескольких)? Почему оно выглядит таким трудным? Даже разделенное на части, оно остается слишком длинным и сложным, чтобы поместиться в пространство рабочей памяти. Добравшись до конца предложения, вы уже забываете начало. Поэтому вам приходится возвращаться и перечитывать его снова, чтобы до конца понять смысл.

Давайте обратимся к более короткому и более простому предложению. Вот как начинается моя книга «Навеки Элис»:

Вероятно, ваш мозг понял смысл этого предложения с одной попытки, потому что когда вы добрались до конца, то еще удерживали в памяти и могли вспомнить слова из его начала. Группы слов между знаками препинания образуют пять поддающихся обработке частей, и все предложение можно произнести за семь секунд – это не выходит за границы возможностей рабочей памяти. Но затем, через несколько секунд после того, как вы прочли и поняли предложение, оно покидает ваше сознание.

Если вы читали «Навеки Элис», то, вероятно, не воспроизведете по памяти приведенное выше предложение. Вы не запоминали слова, читая их. Чтение происходит не так. Предложения, которые вы читаете, почти сразу же стираются из рабочей памяти.

Примерно так же мы смотрим фильмы. Вчера вечером я вместе с детьми смотрела «Мстителей». Прошло меньше 24 часов, и я вряд ли смогу точно воспроизвести хотя бы один диалог. Даже одну фразу.

Но постойте. Если все стирается из рабочей памяти через несколько секунд, как вы сможете запомнить хоть что-нибудь из материала этой книги? Зачем тогда вообще читать? Почему я помню, что ела сегодня на завтрак, а также движения, которые разучивала с преподавателем танцев на прошлой неделе, или свое выступление на конференции TED в 2017 году? Жизнь – это не череда списков или телефонных номеров, которые нужно вспоминать каждые 15 или 30 секунд.

Для чего нужна рабочая память? По мнению большинства из нас, это портал в память. Подробности текущего момента, которые привлекли ваше внимание, важны для вас или эмоционально окрашены, могут избежать печальной судьбы данных из рабочей памяти и быть переданы в гиппокамп. Там они консолидируются в долговременную память, объем и время хранения информации в которой считаются бесконечными.

В данный момент я набираю эти слова на клавиатуре компьютера, сидя у себя на кухне. Я вижу свои руки, компьютер, кружку с логотипом Starbucks, непрочитанное текстовое сообщение на своем смартфоне и время – 3:34. Я слышу стрекот газонокосилки за окном, щелканье клавиш, которые я нажимаю, тихое гудение холодильника. Я чувствую голод. Это мое настоящее, и данная информация будет храниться в рабочей памяти от 15 до 30 секунд. Если в этот момент не случилось ничего важного, информация о нем исчезнет из рабочей памяти, сознания, мозга – почти мгновенно и навсегда. Я ее не запомню.

Если же этот момент по какой-то причине достоин сохранения – например, я печатаю последнее предложение этой книги, или в текстовом сообщении говорится, что главную роль в фильме по одному из моих романов будет играть Джессика Честейн, или я пишу о текущем моменте в главе, которую буду перечитывать и редактировать десятки раз (такого количества повторений достаточно), – тогда информация, которую я в данный момент восприняла и посчитала важной, переместится из временного хранилища рабочей памяти в гиппокамп, где нейроны затем смогут соединить эти мимолетные и отдельные фрагменты сенсорной информации в одно воспоминание – историю о том, что сегодня происходило у меня на кухне. И теперь я не забуду об этом моменте через 30 секунд, а сохраню его в памяти на десятки лет.

4

Мышечная память

Текущий момент – если на нем сфокусировать внимание или он достаточно важен – может быть консолидирован в устойчивую долговременную память. Различают три типа долговременной памяти: семантическая (информация), эпизодическая (события) и процедурная память (опыт).

Я люблю горнолыжный спорт. Я училась кататься с гор на лыжах, которые отдала мне двоюродная сестра Кэтлин, когда я была в шестом классе. Я каталась в Нью-Гемпшире в старших классах школы, в Мэне, когда училась в колледже, и в Новой Англии после окончания учебы. Но потом я родила троих детей и переехала на полуостров Кейп-Код, где единственные горы – это песчаные дюны. Я и глазом моргнуть не успела, как прошло десять лет с тех пор, как я становилась на лыжи.

Наконец я решила вернуться к любимому занятию. Помню, как я стояла в верхней точке трассы, смотрела на крутой ледяной спуск и с натянутыми, словно звенящими от страха нервами спрашивала себя: «Не забыла ли я, как это делается?» Затем сделала глубокий вдох, наклонилась вперед и, не размышляя, как я это сделаю, съехала вниз. Наверное, мое лицо расплылось в довольной улыбке, потому что в этот момент я думала: «Это как кататься на велосипеде, детка».

В массовой культуре способность воспроизводить ранее выученные навыки называют мышечной памятью. С помощью повторения и фокусировки внимания сложные последовательности ранее не связанных движений могут быть объединены и выполняться как одно действие, а не как последовательность отдельных, тщательно контролируемых этапов. Когда точный образ действий закрепится в памяти, он может выполняться более плавно, быстро, точно и без сознательных усилий. Поэтому мы исполняем на пианино пьесу «К Элизе», едем на работу на машине, ловим бейсбольный мяч, идем на кухню или скатываемся с горы на лыжах, не тратя энергии на сознательное управление своими действиями. Как говорится в рекламе Nike, мы просто делаем это. Вы можете не помнить, что вам говорила супруга десять минут назад, но мышечная память удивительно устойчива и может снова включиться в игру даже после нескольких десятилетий на скамейке запасных.

Тем не менее термин «мышечная память» неточен, и я хочу восстановить справедливость по отношению к ее законному владельцу. Ваше тело способно самостоятельно исполнить «танец маленьких утят» после того, как вы разучили все движения; создается впечатление, что руки и ноги сами все помнят, но программа для этого танца записана не в мышцах. Она хранится в мозге.