— Спасибо. Я понял. А вы куда сейчас, — тоже высунувшись из окна, крикнул им вслед Сидор. Но такси с капитаном уже растворилась в общем потоке.
— Знакомых встретил, — поинтересовался сторож, глядя на Сидора в зеркало заднего вида.
— Это наши бывшие тюремщики, — задумчиво ответил Сидор, — Хорошие в принципе ребята.
— Туда плохих не берут, — согласился уважительно сторож, прибавляя газ. Поток машин впереди стал двигаться быстрее.
А в это время, такси проехав немного, остановилась на обочине.
— Так, что делать будем, товарищ капитан, — озадаченно спросил каебунец, — Ответ от дедушки ждать или к колдуну в Каебун поедем?
— Неизвестно, когда он своего дедушку встретит, — писклявым голосом, произнес маленький капитан, стоявший ногами на заднем сидении. — А может, и нет уже дедушки, — с сомнением добавил он и махнул отчаянно рукой, закончил, — В Каебун.
Приехав в аэропорт, они отпустили такси и прошли в зал вылета международных линий. Каебунец, чтобы не вызывать ненужного интереса к маленькому капитану, взял его как ребенка, за руку. Пройдя регистрацию, они стали в очередь паспортного контроля. В это время впереди раздался какой-то шум и возгласы и из зоны вылета появилась два Алискиных амбала, крепко держащих под руки Моисея Марковича и старика Концеровича в сопровождении, группа автоматчиков в балаклавах. Они быстро прошли мимо удивленной очереди и выйдя, через стеклянные двери, погрузили их в подъехавшие черные джипы и с включенными сиренами и помчались в сторону Квасквы.
— Недолго они, на свободе погуляли, — вздохнув, произнес каебунец, протягивая паспорта в окошко проверяющему пограничнику, и добавил — Я с мальчиком.
— А где мальчик, — строго спросил пограничник, держа в руках два паспорта.
— Ах, да, извините, — заискивающе произнес каебунец и нагнувшись приподнял, над стойкой маленького капитана. Пограничник, сверив фотографии, поставил штампы и вернул паспорта, и нажав кнопку турникета, пропустил их в зал ожидания.
***
Котовский хорошо разбирался в кухне телецентра. С его слов, когда наступали совсем безденежные времена, он часто подрабатывал здесь в массовке или монтажником декораций и его здесь знали. Они, выстояв небольшую очередь, зашли в кабинет инспектора отдела кадра. Котовского как ранее работающего, сразу оформили в монтажники, а на Сидора инспектор стал заполнять анкету.
— Кем работали, до заключения в тюрьму, — посмотрев справку об освобождении, лениво спросил инспектор.
— Управляющим имением в Ети, — стал перечислять Сидор, а инспектор, особо не вдаваясь, автоматически вписывал его показания. — До этого премьер-министром, — продолжил Сидор.
— Премьер-министром чего, — уточнил инспектор.
— Страны, — ответил Сидор.
— Страны, — высунув язык, старательно записал инспектор, и внимательно посмотрев на Сидора, добавил скептически, — Богатая у вас биография. Но это не совсем по нашей специфике. Вот Котовский, тот хотя бы в ПТУ на плотника учился. А куда вас определить, я даже не знаю, — добавил он и отодвинул в сторону анкету.
— Я вообще-то эстрадно-цирковое училище заканчивал, — вспомнил вдруг Сидор свою основную специальность, — Артист оригинального жанра.
— Поэтому и во фраке пришли, — усмехнулся инспектор.
— Просто у меня другой одежды нет.
— А диплом, конечно, забыли с собой взять, — тем же скептическим тоном спросил инспектор.
— Забыл, — расстроено согласился Сидор.
— Пилигримыч, я за него ручаюсь. Вместе зону топтали, — постучал себя в грудь Котовский.
— Ладно, попробуем без диплома, — поднимая телефонную трубку, произнес инспектор и набрал номер, — Лидочка, тут у меня артист сидит во фраке. Может, подойдет вам? Зайди.
Котовский, подписав контракт и договорившись с Сидором, встретиться в фойе после работы ушел монтировать декорации. А в кабинет инспектора, через некоторое время вбежала, немного полноватая Лидочка в блестящей блузке. Она обошла Сидора, разглядывая со всех сторон, и одобрительно кивнула инспектору, — Мне нравится. Типаж подходящий, — и, обратившись к Сидору, добавила, — Вы случайно по-польски не говорите?
— Джень добрый, до видзеня, курва, — напрягшись, вспомнил Сидор, — Больше не знаю.
— Прекрасно. Этого достаточно, — зааплодировала Лидочка, — Берем. Оформляй, — приказала она инспектору и снова обратилась к Сидору, — Оплата сдельная. Десять нано биткоинов за передачу. Четыре эфира в неделю. Плюс два раза в месяц, ночное шоу. Но там уже по двойной ставке. Согласен?
— Я не знаю, — растерянно замялся Сидор.
— Но это первый месяц. Так сказать, испытательный срок, — приложила ладони к груди Лидочка, — А со следующего месяца, в два раза больше, плюс квартальная премия, — чмокнув Сидора в щеку, весело добавила, — Я уверена у вас все получится, и вы станете еще звездой эфира.