В стране Гудка 4. Про новые времена: читать начало книги онлайн

— Алименты, — громко зевнул в ответ, рыжий, небритый дядька.

— Это, так называемые подпольщики, — подошел к третьей кровати лысый, — Я тоже к этой касте отношусь.

— Революционеры что ли, — уточнил Сидор.

— Наоборот. Контрреволюционеры, я бы сказал, — усмехнулся в ответ лысый. — Подпольное производство товаров народного потребления, самогоноварение, нетрадиционная медицина и прочее.

— Раньше такие в гаражах работали. У меня друг, Петрович. Как раз оттуда и поднялся. Теперь президент ОПИИБ. «Может слышали», — самодовольно произнес Сидор.

— Раньше проще было, а теперь это все так называемая неучтенная налогообложением деятельность. Сейчас с этим строго. Будем теперь в тюрьме гасить налоги, — ответил лысый, переходя к последней кровати, на которой сидели, молодые ребята, в татуировках.

— А это как раз те самые революционеры, — представил их лысый, — Уличные художники.

— Вы же говорили, что здесь только за долги сидят, — вспомнил Сидор.

— У нас в стране демократия. По политической статье никого не сажают. Вот их настенные рисунки и подвели под уличную рекламу. А за это надо оформлять и лицензию платить мэрии, — пояснил лысый, — Вот ребятам и выставили счет на три тысячи нано биткоинов.

— Это сколько будет по-старому, — попробовал подсчитать Сидор.

— Тоже по двушечки каждому, общественных работ, — ответил, лысый, — Теперь ты всех знаешь.

— Про меня забыл, Котовский, — раздался хрипловатый голос и из темноты кроватей первого яруса, на свет вылез старик, в старомодном, костюме- тройке и шляпе канопе.

— Концерович, — приподнимая шляпу, представился старик, — Специалист по антиквариату. По классификации господина Котовского, отношусь к тем самым подпольщикам.

— Продавал квасковские иконы на Запад, — добавил лысый.

— Я думал, их давно уже продали все, — удивился Сидор.

— Правильно, — усмехнулся, господин Котовский, — Он же подделки им отправлял.

— Да, не буду возражать. А прокурор счет выставил как за подлинники, — с сожалением ответил старик Концерович и стал внимательно разглядывать сюртук Сидора.

— Что-то не так, — отступил назад Сидор.

— Скажите, молодой человек. «Откуда на вас эта старинная вещь», — спросил Концерович, протирая рукой пуговицу сюртука.

— Это от племянника Варвары Петровны осталась. Помещицы Етьской — неуверенно ответил Сидор.

— Прекрасно, прекрасно, — обходя вокруг Сидора и разглаживая руками сюртук, с придыханием произнес Концерович. — Это же восемнадцатый век. Ручная работа.

— Девятнадцатый, — поправил Сидор.

— Нет, — уверенно произнес Концерович, — Это пуговицы в девятнадцатом пришили, а сам сюртучок, из царского гардероба будет. Дорогая вещь, я вам скажу.

— И насколько сможет потянуть, — прищурившись, поинтересовался Котовский.

— Затрудняюсь назвать точную сумму, — задумчиво произнес Концерович, — Но думаю с избытком хватит, чтобы погасить все долги присутствующих в этой камере и еще на мороженное останется.

После этих слов Концеровича все взоры сидящих обратились в сторону Сидора, а в камере нависла долгая не двусмысленная тишина.

— Я в принципе не против, — прервав тишину, извиняющимся тоном произнес Сидор, — Но кто его здесь купит?

— Это я возьму на себя, — уверенным жестом успокоил Концерович и обратился к Котовскому, — Мне нужна связь с внешним миром.

— Сейчас попробую, — пожал плечами тот и, подойдя к двери, постучал условным сигналом в небольшое металлическое окошко. Через некоторое время, створки распахнулись, и в проеме показалось черное лицо надзирателя.

— Чего хотел Котовский, — с сильным акцентом, белозубо произнес тот.