— Вот именно — выглядит, — загадочно произнес Аджани. — Так что вы ему сказали?
— Я сказала, что не знаю подробностей. Конечно, это неожиданно, но прошло еще мало времени, отчеты изучаются… — Ари с тревогой посмотрела на мужчин. — Я что-то не так сделала?
— Наоборот, ты отлично справилась. Вряд ли им это много даст. — Спенс взял ее за руку.
— А вот я бы не был так уверен. — Аджани предостерегающе поднял палец. — Возможно, им нужна была не информация, а ваша эмоциональная реакция, чтобы подтвердить то, что они уже и так знали или подозревали.
— Ох, Аджани, в тебе проснулся талант следователя!
Индиец широко улыбнулся.
— Это обязательная часть восточного склада мышления, сахиб. С этого момента нам всем неплохо бы мыслить именно так. Под подозрением все, никому нельзя доверять. Нам понадобится хитрость собаки, иначе ей не поймать лису.
Некоторое время они увлеченно обсуждали вопрос о том, кому помешали исследования Спенса, или, может, сам Спенс. Но пока фактов набиралось маловато. Спенс рассказал Ари о случайной встрече однажды на лекции с неким странным человеком в пневмокресле.
— Хорошо бы проверить записи персонала и научного состава, чтобы посмотреть, кто из них соответствует этому описанию, — заключил он.
— Это легко, Спенс. Я прямо сейчас могу сказать, что на станции «Дженерал моторс» нет ни одного паралитика. Я же просматривала личные дела, надо решить, кто останется на следующий год. В первую очередь следует отправить людей с высоким уровнем стресса, это те, за которыми установлен особый контроль. Они могут уйти в отпуск в любое время, не ожидая подмены.
— Я бы не стал утверждать, что он был инвалидом, — неуверенно произнес Спенс.
— Но есть же еще посетители, — спросил Аджани.
— Теоретически он может относиться к посетителям, — Ари задумалась. — Но у любого из них должен быть допуск, а тем более, с такими устройствами. Иногда такие штуки могут создать помехи на определенных частотах, а здесь у многих очень точная аппаратура… Впрочем, вам это лучше знать. Но в любом случае, такие посетители должны получить разрешение директора. Насколько мне известно, никто ни с чем подобным не обращался. Я сама разбираюсь с папиной корреспонденцией, а уж с такими вещами — в первую очередь.
— Тогда стоит проверить еще раз. Мы должны быть уверены.
— Конечно. Я проверю. — Ари энергично кивнула. — Может, для кого-то это проблема, но не для меня. Это же тянет на самое настоящее приключение…
Ее тон задел Спенса. И Ари это заметила.
— Я ничего такого не имела в виду, Спенс. Просто мне еще не доводилось принимать участие в настоящем расследовании.
— Надеюсь, это расследование не закончится большими неприятностями, — проговорил Аджани.
Глаза Ари округлились.
— Вы считаете, что такое возможно?
Спенс кивнул.
— Пока мы не поймем, что происходит, мы все в опасности. А мы до сих пор представления не имеем, что все это значит.
— Да, наверное, ты прав. — Ари резко сбавила тон. Теперь и она выглядела озабоченной.
Аджани, небрежно откинувшись назад, повернулся к Ари и резко спросил:
— Ари, ваша мать когда-нибудь посещала Сикким?
— М-моя мать? — Ари была настолько огорошена, что стала заикаться.
Спенс хотел возразить против того, что подобный деликатный вопрос задан в такой грубой форме, но Аджани жестом остановил его.
— Сикким — это в Индии, — пояснил он. — Маленькая провинция на севере, в предгорьях Гималаев.
Ари ответила, не поднимая головы:
— Я знаю, где это.