– Половина пятого вечера.
– О, господи… – у меня подкашиваются ноги. Опускаюсь на самый край кровати, не находя объяснения своему тупейшему поведению. – И вторую работу я потеряла. За один день! Сейчас меня точно вывернет наизнанку.
– Ничего ты не потеряла, – сообщает Ян, сев рядом. – Твой телефон трезвонил с самого утра. Звонила твоя подруга. Соня, кажется. Я помню, что сегодня тебе выходить на работу в книжный магазин и потому побеседовал с твоей начальницей напрямую. Маргарита всё поняла.
– Что? – в изумлении таращусь я на него. – Что ты сказал ей?
– Что ты была очень подавлена случившимся. У тебя стресс и ты нуждаешься в отдыхе.
– Ты серьезно? – Ян с улыбкой смотрит на меня. – Обалдеть. Спасибо, что позаботился обо мне. О моей работе, – исправляюсь я.
– Мне не сложно. К тому же, я чувствую свою вину.
– Это правильно!
Мой ответ заставляет его посмеяться. Поверить не могу, что проспала так много часов. Взгляд цепляется за джинсовые шорты и белую футболку. Мои вещи аккуратно сложены и лежат на прикроватной тумбочке.
– Я лучше пойду. – Поднимаюсь на ноги, придерживая простынь. Ян остается сидеть на кровати с видом таким задумчивым, что мне становится не по себе. Может, я чего-то не помню?
– Тая? – Я как раз беру свою одежду и оборачиваюсь. – Как ты себя чувствуешь?
– Моя голова размером с баскетбольный мяч и каждые пару минут случаются болезненные прострелы в висках, но я верю, что твоя чудо-таблетка очень скоро исправит ситуацию!
Спешу к выходу, мне жизненно необходимо осмыслить всё, что сучилось со мной за последние двенадцать часов, но Ян снова задает вопрос, и мне приходится опять делать остановку.
– Я не в этом смысле имею в виду. Как себя чувствует твое тело?
– К чему этот вопрос? – прыскаю я, сжимая простынь. – Всё в порядке.
– Думаю, ты отлично понимаешь, почему я спрашиваю об этом.
– Всё в порядке, Ян, – повторяю я, глядя ему в глаза. Меньше всего на свете мне хочется слышать и озвучивать то, что касается лично меня. – У меня всё ещё есть работа?
– А почему у тебя её не может быть?
– Вдруг ты влюбился в меня, например? – спрашиваю я совершенно серьезно. – Ты предупреждал, чтобы я не создавала тебе проблем. Вдруг, это уже случилось?
– После одной ночи, проведенной вместе? – забавляется Ян. Моя серьезность явно поражает его. – Тая, я не из тех мужчин, кто способен потерять голову от женщины, пусть даже она невообразимо красива и раскована в постели.
Раскована?
Я хлопаю ресницами, пытаясь правильно понять смысл его слов. И пока мне это плохо удается, ведь я подозреваю себя в вульгарности, о которой без конца повторяла бабушка. Этим словом она описывала маму.
– Тая? – Ян склоняет на бок голову, внимательно наблюдая за мной. – Может, эта ночь доставила проблемы конкретно тебе?
– Нет. Кроме больной головы, конечно.
– Это поправимо. Если будет желание, спускайся на кухню. Я приготовлю тебе оздоровительный коктейль.
– Спасибо, но не стоит. Вчера я купилась на нечто подобное и теперь стою голая, замотавшись в простыню, которой была застелена твоя постель.
Ян улыбается, опустив глаза на свои руки. В моих ушах звучит собственный стон и громкое прерывистое дыхание. Я слышу звуки, которые привели бы мою бабушку в настоящий ужас, и чувствую тянущую боль между ног, будто бы я несколько раз неудачно запрыгнула на шершавое бревно нагишом.
– На этот раз никакого алкоголя, – говорит мне Ян, поднявшись с кровати. – Только полезная и обогащенная витаминами пища, обещаю. Да и Джерси весь день сторожил эту дверь. Он-то точно в тебя влюблен по самые уши.
Не сказав ничего в ответ, я выхожу из хозяйской спальни на носочках, прижимая к себе темную простыню. Наверное, я похожа ту самую девочку по вызову, за которую меня счел тот парень… Как его там?
А вообще, мы с Яном оказались в идеальной для каждого ситуации. У меня не было для него подарка, но, кажется, я всё-таки им стала. А он же – моим бесценным первым опытом, который никогда не заставит меня сожалеть и испытывать чувство стыда.