Поэтому посплю.
Я прошлую ночь почти не спала, так что сейчас отсыпалась за обе.
А утром меня разбудил Говард.
- Оди, вставай! Там труп привезли, тебе понравится!
Вид у него был одновременно хмурый и довольный, только Говард так умеет.
- Понравится? С чего ты взял? Кто там?
- Давай, давай! – Говард подмигнул. – Сама увидишь!
Я быстро встала, оделась.
Мамаша Лаубе.
Вот же, твою мать!
У меня даже нервный смех какой-то, не могу. Я даже зажала ладонью рот, закусила губу. Вот же…
Она уже лежала на столе, ее привезли, значит, узнали давно, успели все осмотреть и зафиксировать. Меня на место преступления обычно не зовут, я там ничем помочь не могу, следопыт из меня никакой. Меня уже потом зовут, покойников допрашивать.
Горло разодрано, на плечах и груди следы когтей.
Оборотень.
Это значит – не Людвиг. Потому что Людвиг у нас тут в камере сидит.
Он не виновен.
Поняла, что рада. Просто прыгать хочется!
И мне бы женщину пожалеть, но тут никак не выходит. Не понравилась она мне, а вот Людвиг… он – наоборот. Я рада, что все обернулось так. Теперь все очевидно.
Теперь бы только настоящего убийцу найти.
- Ее дома нашли, - сказал Говард. – Дверь не заперта, следов взлома нет, хотя и зашли и вышли через дверь, вокруг дома все чисто, не в окно лезли. Это значит, скорее всего, что она ему сама открыла. Знала его.
- Надо Людвига отпустить, - сказала я.
Говард усмехнулся.
- Отпустим. Ты только мамашу допроси сначала, пусть расскажет, а потом отпустим. А Людвигу твоему сейчас все равно лучше у нас остаться, поговори с ним. А то ведь если мамашу убили, то и его могут. Он, конечно, тоже оборотень по крови, но если не оборачивался, то сил отбиться самому не хватит.
- Да, - сказала я. – Поговорю.
- Ты готовься пока, - сказал Говард. – Хочешь, кофе сначала попей, а то сонная совсем… Как будешь готова – свистни. Людвига твоего мы тоже приведем. Думаю, он имеет право знать правду. Стоит знать.
Людвиг сидел на скамеечке в коридоре, его освободили уже.
Повернулся ко мне.