Я ждала.
Потом услышала, как открыли двери и в зале начали собираться люди, рассаживались по местам. Немного выглянула с краю. Зал большой, у нас в городе немало любителей музыки. Говард с женой в первом рядом. Он сидит чуть напряжено и прямо, вглядываясь, словно каждое мгновение ожидая подвоха. Конечно, ведь случись что – ему отвечать.
Правая ложа бенуара долго пустует, мэр с женой появляются перед самым началом.
Приглушают свет…
Я сижу в своем уголке рядом с Вебером, и вдруг такое удивительное чувство, как в детстве, что сейчас что-то начнется! Что-то удивительное и чудесное! Так, что сердце замирает, а потом начинает биться чаще.
Я смотрю на Людвига, он ловит мой взгляд, улыбается мне.
Поднимают занавес. Выходит дирижер.
И…
Людвиг берет скрипку, встает. В тишине легонько касается струн смычком. Тихо-тихо. Его скрипка поет… одинокая сначала, такая неторопливая, задумчивая песня. Потом подхватывает другая скрипка, третья… потом флейты… виолончель осторожным басом… Я сижу, слушаю все это…
Волшебство.
Почему я раньше не приходила сюда? Это так прекрасно.
Людвиг играет, прикрыв глаза, полностью отдавшись игре, словно лаская женщину. Так вдохновенно, самозабвенно. И песня первой скрипки ведет за собой.
Каждая нота – словно движение души.
Я сижу, едва ли не открыв рот. Случаю, забывая моргать даже.
Удивительно.
Одна мелодия заканчивается, начинается другая. Одни тягучие и грустные, что трогают до слез. Другие такие радостные, ритмичные, что так и тянет танцевать.
Прекрасно.
И когда, наконец, все стихает, я даже поверить не могу. Конец?
Сижу вытянувшись и не дыша.
- Ну что, проняло? – довольно фыркает Вебер рядом.
- Ага, - говорю я. – Я даже не думала, что так будет.
Аплодисменты, цветы.
Людвиг улыбается мне так счастливо. Словно невероятное чудо уже случилось. Свет и счастье в его глазах, щеки горят, красные пятна на щеках. Ох… хорошо, что я отключила ошейник, иначе ему бы так не сыграть.
Он мне кивает, словно говоря: «Спасибо, леди Одетта».
И я понимаю, что краснею в ответ.
Ты так прекрасен, Людвиг.
8
Сегодня я снова спала в участке. Удивительно, но спала довольно хорошо, наверно, просто устала за эти дни, столько событий, сколько в моей жизни давно не было. Это работы бывало много, но вот так, чтобы это затрагивало лично – уж не припомню. А сейчас затрагивало – уж себя я обманывать не стану. Думала, что не усну, но вырубилась почти сразу, как влезла под одеяло.
Ночью просыпалась, слышала как тихо-тихо, едва слышно, играет Людвиг. Потом какой-то шум и возмущенный голос дежурного. Слов почти не разобрать, но, судя по всему, требовал тишины. Что ж… дежурному хотелось поспать. А мне не мешало. Я бы даже пошла, поближе послушала, но не хотелось Людвигу мешать.