За водой пришлось идти мне — погонщика големов из меня не вышло.
Когда я, оттерев песком ржавчину и держа полуполное ведро на руках, как младенца, пришёл к костру, Золто засовывал в огонь какие-то странные штуки, похожие на толстые лепёшки из грязи.
— Что это?
— Еда наша. Тут съедобная земля, знаешь об этом?
Я поперхнулся. Золто, скаля зубы, бросил на меня снисходительный взгляд.
— Это лещики. В глине.
— А, — протянул я. — Читал про такой способ, но никогда не видел вживую. Говорят, это вкусно.
— Сейчас всё вкусно будет, Ройт. Мы позавчера ели. — Золто перехватил у меня ведро и положил боком на несколько горящих полешек.
— Поза-позавчера вечером, — ответил я, схватившись за поднывающий живот. — Погоди, — я недоуменно уставился на него: — ты что — назвал меня по имени? Что это с тобой, Золто, ты не заболел? Смеёшься, шутишь, обращаешься ко мне? Пожалуйста, обругай меня и сплюнь, иначе я начну беспокоиться, что слишком сильно приложил тебя головой, пока нёс по Норам!
— Ну, ты же мне жизнь, получается, спас, — улыбнулся Золто. — Я всё же не совсем отбитый. Или совсем, — он внезапно помрачнел и застыл с мрачным выражением лица.
— Ты о чём? — я заволновался.
Мне очень не хотелось каких-то еще неприятных сюрпризов, а такое выражение лица обычно не предвещало ничего хорошего.
— Я же тебя подставил, — Золто поджал губы. — Ну, хотел подставить, еще до Нор. Вывести на Сайбаровых людей.
— Дела, — зевнул я, мысленно выдыхая — это были проблемы прошлого, которые не случились — не страшно. — Да, помню, ты в Норах говорил что-то такое. Ну, не подставил же. А зачем?
Золто покосился на меня, поправил свою стряпню в костре. Отвечать он не спешил — не решался или стыдился.
— Видишь куртку на Ногаче? — в итоге выдал он; я кивнул. — Он же её с Сайбара снял.
— Если ты скажешь, что все наши поблемы из-за крутки, то я буду долго смеяться.
Я на секунду представил себе это: злобный Сайбар пытается вернуть модную куртку, из-за чего теряет друга, а мы падаем в Норы, где тоже чуть не погибаем. Отличный сюжет для юмористической книги, я такие любил.
— Нет, — прервал мои фантазии Золто, — дело в том, что в этой куртке карта. Когда ты к нам на тропинке вышел, Сайбар забрал у меня карту и положил себе в карман. А Ногач меня к себе не подпускал — я пытался вернуть карту. Ну, я договорился с Сайбаром, что он нас встретит, и карту заберёт.
Золто покаянно вздохнул и сновм пошевелил поленья. Пока что все это звучало не слишком понятно.
— Что за карта-то? — попытался я вернуть Золто к рассказу.
Тот молчал какое-то время, потом негромко спросил:
— Ты о птичьих детях слыхал?
— Конечно, — я гордо выпрямился: — я же получил прекрасное образование в Алой Академии и даже книги их читал. Но о них уже триста лет нет достоверных сведений. Вряд ли они вымерли — думаю, где-то скрываются. А что?
— У меня есть карта, на которой обозначена дорога к их землям, — сообщил Золто, вскинув головой. — Нашёл в той зимовейке, в которой мы были. Я хотел отправиться к ним, но один бы не дошёл. Договорился с Сайбаром — он снаряжает поход, я в нем участвую. А он карту у меня отобрал. Вот, — он отвел взгляд. — Я пошёл с ним поговорить, пока ты в зимовейке книжку читал. Порешили, что он нас встретит и заставит тебя отдать карту. А потом мы пошли, и я как-то передумал по дороге. Но они всё равно на нас вышли. Ну, и потом…
— Ого! — я перебил его стенания. — Экспедиция к птичьим детям! Ногач! Не притворяйся, вставай!
Ногач со скрипом сел и потянулся. Деревянные мышцы заскорузли?
— У тебя в куртке где-то карта Золто лежит. Можешь отдать?
Ногач начал шарить по карманам и извлекать их содержимое. Нож, проволока, кошёлёк — Золто сразу подцепил его и заглянул внутрь, затем разочарованно присвистнул и показал мне пустые отделения. Затем манекен засунул руку себе за пазуху и достал конверт из плотной бумаги. Протянул Золто.
Тот раскрыл его и извлёк сложенный в несколько раз лист пергамента. Я придвинулся поближе, Ногач просунул свою голову у меня под мышкой. Карта была разбита на квадраты, в каждом из которых был маленький рисунок, и совершенно не походила на карту.