И это мой верный и храбрый спутник? Поминая нечестивые ветра, я осторожно приблизился.
У стены лежал дохлый баран, поросший какой-то травой.
— Золто, это мёртвый баран, спокойно иди, — крикнул ему я.
Баран пошевелился, и я стремительно ретировался.
— Баран не мёртвый, не иди, — предупредил я Золто, отбегая.
Золто и не собирался. Напротив, наплевав на командный дух, он припустил прочь, я за ним. Мы пробежали, наверное, с полсотни алдов и остановились. Я прислушался.
Послышался быстрый цокот копыт.
Плохо дело! Я достал нож. Золто тоже остановился и взял копьё наизготовку. Баран стремительно приближался, и я увидел, что трава — или то, что я принимал за траву — торчит из его шерсти, как иглы.
Он задел боком стену коридора, и иглы высекли из камней сноп искр. Баран, поросший железом? Прекрасно! Почему он не мог порасти мягким пухом, а?
Я начал отступать, но тут баран остановился, глядя на нас мёртвыми, пустыми глазами. Иголки на его шерсти медленно опускались.
Золто выругался и плюнул.
— Это тварь. Пронесло.
— В смысле, тварь?
— Ну, это баран. Он был живой, но в него ладанка попала. Теперь он вот такой. Стоит, своё поле стережёт, но за поле не выходит. Незачем ему.
Хм, то есть, он вроде той злополучной собаки Ликса.
— То есть, твари не атакуют, если ты не заходишь на их поле?
— Какие как, — неопределённо отозвался Золто. — Но твари попроще живуль. Если умеючи, то их можно бить. Значит, это ладный коридор, тут всё — твари. Звери, а может, и люди бывшие.
— Ладный коридор?
— Здесь ладный ветер стоит, значит.
— Ты же говорил, что не знаешь ничего!
— Ну, что-то да рассказывали, — он протянул. — Да только врут же все почём зря. Чего там поймёшь.
Баран стоял, не шевелясь.
— Так. А мы можем этого барана прикончить? Например, камнями его закидаем?
— Если мы его бить будем или чуть ближе подойдём, то он взъярится и на нас бросится. Тут поле не поле, а пойдёт на нас.
— А если ты копьём в него кинешь и убьёшь? Это может сработать?
— Толку-то. Видишь, баран железный. Значит, копьём его не возьмёшь.
Так. Упорядоченный баран. И воздух здесь «стоит» упорядоченный. Интересно, наши мастера вообще слышали про такое? Сколько себя помню, ветер всегда был двусоставным.
Вернемся к барану. Что мы знаем о баранах? Их едят, и они дают шерсть. Ещё барашек говорит «беееее», как меня в детстве учила мать по букварю, где были изображены животные….
Мне в голову пришла идея.
— Слушай, Золто, а если мы в шкуры завернёмся и на четвереньках пойдём, он нас за стадо не примет?