Уайтбрид извивался до тех пор, пока на нем не осталось ничего.
И моти принялись изучать его.
Коричневый был самым поразительным из всех. Он был ниже остальных, с более крупными руками и странно выглядевшей головой. Насколько мог заметить Уайтбрид, он был идентичен шахтеру. Все остальные выглядели подобно Моти, погибшему в зонде с солнечным парусом.
Коричневый изучал его костюм, причем, казалось, его интересует рабочее снаряжение, но все остальные пробовали мускулатуру Джонатана, ища сочленение его тела и места, где тычки могли вызвать рефлекторные сокращения.
Двое изучали его крепко сжатые зубы. Остальные прослеживали пальцами его кости: ребра, позвоночник, форму его головы, таз, кости ног. Они ощупывали его руки и водили по ним пальцами. Хотя они были достаточно осторожны, все это было довольно неприятно.
Щебетание усилилось до крещендо. Некоторые из звуков были такими пронзительными, что становились почти неслышимыми, но за ними следовали мелодичные тона средней высоты. Наконец, все моти собрались за спиной Уайтбрида, показывая друг другу на его позвоночник. Очень он их возбудил. Один из Моти сделал ему знак следить за ним, а затем согнулся взад и вперед. Суставы торчали из его спины, как будто она была сломана в двух местах. Уайтбрид испытывал тошноту, глядя на это, но у него появилась идея. Он согнулся в три погибели, выпрямился, затем согнулся снова. Дюжина маленьких рук принялась ощупывать его спину.
Наконец, они отступили от него, а один подошел ближе и, похоже, пригласил Уайтбрида изучить его /ее/ анатомию. Уайтбрид покачал головой и неторопливо отвернулся. Это было делом ученых.
Забрав свой шлем, он заговорил в микрофон:
– Докладываю, сэр. Я не знаю, что делать дальше. Может, попробовать привести кого-нибудь из них с собой на "Макартур"?
Голос капитана Блейна звучал напряженно:
– Ни в коем случае. Вы можете выйти из их корабля?
– Да, сэр, если это нужно.
– Так сделайте это. Доложите по безопасной линии, Уайтбрид.
– Э…да, сэр. – Джонатан сделал знак моти, указывая на свой шлем, а затем на воздушный шлюз. Тот, что привел его сюда, кивнул. Уайтбрид натянул свой костюм с помощью коричневого Моти и закрепил шлем. Коричнево-белый проводил его до шлюза.
Снаружи не было удобного места для установления безопасной линии, но после быстрого взгляда эскорт моти остался на поверхности корабля, держась за крючья. Джонатан недолго мучился этим. Потом он нахмурился. Где было кольцо, за которое держался Моти, когда Уайтбрид только прибыл сюда? Его не было. Почему?
Ну да ладно. "Макартур" был близко. В высшей степени осторожно он оттолкнулся от корабля моти и повис в пустоте космоса. Пользуясь прицелом шлема, он выбрал такое положение, чтобы быть на одной линии с торчащей из черной поверхности "Макартура” антенной, затем нажал языком кнопку БЕЗОПАСНОСТИ.
Узкий луч света вырвался из его шлема. Еще один вышел с "Макартура", следуя вдоль его собственного к крошечному потемнело. Если бы имелось отклонение, следящая система "Макартура" скорректировала бы его или, если луч коснулся бы третьего кольца вокруг приемной антенны Уайтбрида, прервало бы связь.
– Безопасный канал, сэр, – доложил он. Голос его дрожал от замешательства. После всего этого, подумал он, я имею право выражать свои чувства. Разве не так?
Блейн ответил немедленно:
– Мистер Уайтбрид, причина перехода на этот канал вовсе не в том, чтобы доставить вам неудобство. Сейчас моти не понимают нашего языка, но они могут делать записи. А позднее они будут понимать английский. Вы следите за моей мыслью?
– Почему… Да, сэр. – Боже мой, Старик действительно заглядывает вперед.
– Мистер Уайтбрид, мы не можем позволить ни одному Моти попасть на борт "Макартура", пока не решена проблема малышей, так же как не можем позволить им знать об этой проблеме. Это понятно?
– Да, сэр.
– Отлично. Я посылаю шлюпку с ученым следом за вами, как говорится, по проторенному пути. Вы все сделали хорошо. Но прежде чем я пошлю других, что еще вы можете сказать?
– Да, сэр. Во-первых, на борту есть два ребенка. Я видел их, сидящих на спинах взрослых. Они крупнее малышей и окрашены как взрослые.
– Еще одно доказательство мирных намерений, – сказал Блейн. – Что еще?
– У меня не было возможности сосчитать их, но похоже, здесь двадцать три коричнево-белых и двое коричневых, типа шахтера с астероида. Оба ребенка были с коричневыми. Интересно, почему?
– Возможно, мы сможем спросить об этом у них. Хорошо, Уайтбрид, мы посылаем ученых. Они получат катер. Реннер, вы слушаете?
– Да, сэр.
– Рассчитайте курс. Я хочу, чтобы "Макартур" находился в пятидесяти километрах от чужого корабля. Не знаю, что сделают моти, когда мы двинемся, но катер вылетит первым.