Он содрогнулся, когда Сэлли нетерпеливо наклонилась вперед, чтобы лучше видеть. Ее лицо было застывшим и мрачным.
– Ну что? – торжествующе спросил Горовиц. Его костлявый палец ткнул в грязно-желтые утолщения в брюшной полости размером с земляной орех. – Здесь. И здесь. Это, должно быть, яички. У прочих разновидностей моти тоже есть внутренние яички.
– Да… – согласилась Сэлли.
– Этого мало? – презрительно спросил Горовиц.
– Мы не знаем. – Голос Сэлли по-прежнему был очень серьезен. – На статуэтках нет Репродуктивных органов, а моти, вскрытые экспедицией, были Коричневыми и малышами. Коричневый был женщиной.
– Я видел этих малышей, – самодовольно сказал Горовиц.
– Да… – согласилась Сэлли. – Яички у самцов малышей были достаточно велики, чтобы их увидеть…
– Гораздо больше, чем здесь. Но это неважно. Эти вот не могут производить сперму – я доказал это. Этот пилот был мулом! – Горовиц хлопнул руками. – Мулом!
Сэлли изучала вскрытого Моти. Она действительно огорчена, подумал Род.
– Моти стартовали мужчинами, затем превратились в женщин, – пробормотала она, почти неслышно. – Может, этот был незрелым?
– Пилот?
– Да, конечно… – Сэлли вздохнула. – Вероятно, вы правы. У него рост взрослого Посредника. Может, это причуда природы?
– Ха! ВЫ смеялись надо МНОЙ, когда я предположил, что это может быть мутация! Да, это не так. Пока вы совершали свою увеселительную прогулку, мы здесь провернули массу работы. Я изучил его хромосомы и генную систему, отвечающую за половое развитие. Это существо было стерильным гибридом двух других форм, которые могли размножаться.
– Это подходит, – сказал Род. – Моти говорили Реннеру, что Посредники являются гибридами…
– Взгляните, – потребовал Горовиц. Он включил экран и принялся нажимать на кнопки. По экрану поплыли изображения. Хромосомы моти были плотно упакованы дискетами, соединенными в столбики. На дисках были какие-то ленты… и тут Сэлли и Горовиц заговорили на языке, который Род не понимал. Он рассеянно слушал их, пока не заметил, что ассистент готовит кофе. Девушка мило предложила ему чашку, второй ассистент присоединился к ним, и Рода опять заставили рассказывать о моти.
Спустя полчаса они покинули университет. Что бы там ни сказал Горовиц, Сэлли он убедил.
– Почему это так огорчило вас, дорогая? – спросил Род. – Горовиц прав. Для Посредников есть смысл быть мулами. – Род скривился, вспомнив. Горовиц многозначительно добавил, что будучи мулами, Посредники не должны быть подвержены семейственности.
– Но моя Финч /клик/ говорила мне. Я уверена в этом. Мы разговаривали о сексе и воспроизведении, и она сказала…
– Что?
– Я не помню точно. – Сэлли вынула свой карман компьютера и изобразила символы вызова информации. Устройство зажужжало, затем изменило тон, показывая, что нужно воспользоваться радио машины, чтобы связаться с банком данных Дворца. – И я не помню, когда она сказала это… – Она написала что-то еще. – Регистрируя эту ленту, я пользовалась системой перекрестных ссылок.
– Вы найдете ее. Здесь во Дворце… Кстати, после ленча у нас встреча с моти. Почему бы не спросить об этом их самих?
Сэлли усмехнулась.
– Вы покраснели.
Сэлли хихикнула.
– Помните, когда маленькие моти впервые совокуплялись? Это было первое определенное указание на отношении полов среди взрослых моти, и я ПОМЧАЛАСЬ вниз в гостиную… Доктор Хорват до сих пор считает меня сексуальным маньяком!
– Хотите, чтобы спросил я?
– Если не спрошу я. Но, Род, моя Финч /клик/ не солгала мне. Они просто НЕ МОГЛА этого сделать.
Они поели в столовой, и Род распорядился подавать еще кофе с бренди. Сделав глоток, он задумчиво сказал:
– С этим было послание…
– Да? Вы говорили с мистером Бари?