Хорст нашел панель управления и повернул ее так, чтобы она была прямо перед ним. Нигде не было никаких надписей. Разумные или неразумные, все моти, похоже, работали с машинами на глазок.
– Я нажму на большую прямоугольную кнопку, – твердо сказал Стели. Голос его звучал странно глухо.
Он нажал на кнопку.
Секция корпуса под ним скользнула в сторону, и он вылетел в космос. Ракеты ярко вспыхнули. Мгновение холода и черноты – и он уже за пределами Поля.
Два других конуса появились из черной поверхности. Хорст торопливо направил радиопередатчик своего скафандра на неясно вырисовывающийся впереди черный корпус "Ленина".
– Говорит гардемарин Стели! Спасательные шлюпки изменены. Нас здесь трое, и мы одни на борту…
Три ручных лазера выстрелили одновременно. Четвертый конус вспыхнул и развалился, но они стреляли еще некоторое время.
– Один из… э… – Стели не знал, как доложить. Это линия связи могла быть не защищенной.
– Мы видим вас на экранах, гардемарин, – сказал Голос с сильным акцентом. – Уходите от "Макартура" и ждите, пока вас подберут. Вы закончили свою миссию?
– Да, сэр. – Стели взглянул на часы. – Четыре минуты прошли.
– Тогда двигайтесь быстрее, – приказал голос.
Но как? – задумался Стели. Переключатели не имели явных функций. Пока он размышлял, его ракета вспыхнула. Но почему?.. Ведь он ничего не касался.
– Моя ракета тоже включилась, – сказал голос Уайтбрида. Он звучал спокойно, гораздо спокойнее, чем чувствовал себя Стели.
– Да, и моя, – добавил Поттер. – Никогда не заглядывайте талантливой лошади в зубы. Главное, что мы движемся прочь от этого корабля.
Грохот продолжался. Их ускорение составляло почти "же", и с одной стороны виднелся широкий зеленый полумесяц Мошки-1; а с другой была глубокая чернота Угольного Мешка и еще более черная масса "Ленина". Шлюпки ускорялись долгое время.
Молодой русский гардемарин был преисполнен гордости. Его боевые доспехи сияли, а все снаряжение было отлично подогнано согласно Книге.
– Адмирал просит вас пройти на мостик, – прощебетал он на безукоризненном английском.
Род Блейн вяло последовал за ним. Под шквал приветствий морских пехотинцев Кутузова они проплыли через воздушный шлюз второй ангарной палубы "Ленина". Почетная встреча прибывающего капитана еще более усилила его горе. Он отдал свой последний приказ и был последним человеком, ушедшим со своего корабля. Сейчас он был наблюдателем, и, вероятно, в последний раз принимал оказываемые ему почести.
Все на борту линкора казалось слишком большим хотя он знал, что это только иллюзия. За несколькими исключениями, отсеки и коридоры столичных кораблей были стандартизированы, и с тем же успехом он мог сейчас находиться на борту "Макартура”. "Ленин” был в состоянии боевой готовности, и все его герметические двери были закрыты. Морские пехотинцы занимали самые важные посты вдоль проходов, поэтому они никого не видели, и Род был рад этому. Сейчас он не мог оказаться лицом к лицу с кем-нибудь из своей команды или пассажиров.
Мостик "Ленина" был огромен. Корабль был экипирован как флагманский, и в дополнение к экранам и командным постам собственного корабля имел еще дюжину диванов для штаба адмирала. Род одервенело ответил на приветствие адмирала, и опустился в кресло флаг-капитана. Он даже не поинтересовался, где находятся командор Борман, флаг-лейтенант Кутузова и начальник его штаба. Они были одни с адмиралом во всем командном посту.
"Макартур" виднелся на полдюжине экранов, располагавшихся перед ним. Последние шлюпки "Ленина" отходили от него. Стели должен уже закончить свою миссию, подумал Род, и сейчас кораблю осталось всего несколько минут жизни. Когда он погибнет, я буду окончательно уничтожен. Новоназначенный капитан, потерявший корабль во время первого же задания… даже влияние Маркиза не сможет побороть этого. Слепая ненависть к Мошке и всем ее обитателям переполняла его.
– Черт побери, мы должны попробовать отнять его у группы… проклятых богом ЖИВОТНЫХ! – воскликнул он.
Кутузов удивленно поднял взгляд. Его брови сошлись на переносице, затем постепенно расслабились.
– Да. Если это все, чем они являются. Но, допустим, они больше, чем животные? Впрочем, в любом случае уже поздно.
– Да, сэр. Они активизировали торпеды.
Две водородные бомбы… Генератор Поля испарится в миллисекунду, а "Макартур"… Род сжался от боли при этой мысли. Когда экраны вспыхнут, все будет кончено. Он вдруг поднял голову.
– А где гардемарин, адмирал?
Кутузов что-то проворчал.
– Они затормозились на более низкой орбите и сейчас за горизонтом. Я пошлю за ними шлюпку, когда все кончится.
Странно, подумал Род. По приказу адмирала они не могли идти прямо к "Ленину", а шлюпки не могли представлять реальной защиты, когда "Макартур" взорвется.