– Отчасти это связано с днями недели, – Петрович не ожидал от пилота такой любознательности, – Мы должны сделать это в определенный день, и нам нужно достаточно времени на подготовку. В июле и первой половине августа Швеция замирает…
– До сентября еще далеко. Я могу быть уверен, что вы не передумаете?
– Конечно, – заверил его Петрович.
– Даешь слово?
– Я могу дать кое-что получше.
Петрович достал свою черногорскую чековую книжку и выписал чек на двадцать тысяч евро. Цивич удивленно посмотрел на него:
– Зачем мне это, раз ты дал слово?
– Одно не исключает другого, – улыбнулся Петрович.
Они поднялись и пожали друг другу руки.
21
На верхушке телевизионной башни Какнестурнет мерцала радиомачта. Ее белый свет растворялся в ночи, бледнея на фоне светлого неба. Косули, которые днем прячутся в лесах острова Юргорден, вышли из укрытий, не боясь быть застигнутыми врасплох собаками или гуляющими людьми. На берегу залива Хундудден отдыхали лебеди, у тропинок спали белогрудые канадские гуси.
Вдруг в тишине прогремел взрыв. Разорвало машину на парковке за старой школой верховой езды – зимой эта парковка часто служит свалкой снега, а летом больше пустует, только редкие таксисты заезжают справить свои дела.
Лобовое стекло вылетело из рамы, и по асфальту разлетелись десятки тысяч кристальных осколков. В двигателе загорелось масло, что дало о себе знать красно-желтым пламенем. Крышка капота, описав в воздухе широкую дугу, с жалким грохотом приземлилась в паре метров от автомобиля.
– Черт! – выругался Малуф, поглаживая бороду.
– Подожди, – сказал Никлас Нурдгрен.
Они стояли на опушке леса в пятидесяти метрах от машины, наблюдая, как горящее масло вытекает из двигателя под машину. Языки пламени исчезли так же внезапно, как возникли, и корпус машины казался темным, выжженным.
– Подожди, – повторил Никлас.
Огонь наконец добрался до бака – через выхлопную трубу или снизу, – и последовал более мощный взрыв. Малуф инстинктивно упал на колени. Во все стороны полетели разнообразные части машины: оконные рамы, электроника, сталь. Когда вокруг вновь воцарилась тишина, в воздухе медленно кружились куски пенопласта от сидений.
– Черт!
Нурдгрен достал мобильный.
– Телефон – любопытная штука, ведь ты можешь быть где угодно, даже на другом конце света. Нужно только, чтобы кто-то положил другой телефон под педаль газа, а еще лучше в двигатель, и остается только позвонить по номеру и привести бомбу в действие, – объяснил он и поднял телефон, который все еще держал в руке.
– Черт! – в третий раз повторил Малуф в искреннем восхищении.
– Ну что, тебе это подойдет? – спросил его Нурдгрен.
Малуф не рассказал ему о своем плане. Никлас уже понял, что речь идет о чем-то масштабном, но он умел не задавать вопросов, даже близким друзьям. Пока что Малуф лишь попросил его показать, как можно взорвать бомбу на расстоянии с помощью телефона, Именно поэтому они здесь.
Малуф предпочитал не раскрывать всех подробностей не из-за недостатка доверия. Наоборот, Малуф мало кому мог так доверять, как Нурдгрену. Но это ограбление находилось еще на стадии планирования, и было бы неправильно вселять в Никласа Нурдгрена какие-то ожидания раньше времени.
– Вот это другое дело!
Нурдгрен улыбнулся. Автомобиль медленно догорал в темноте.
– Ну что… пойдем? – спросил Малуф.
– Да, только огонь потушу, – произнес Нурдгрен и пошел за огнетушителем к машине, которую Малуф оставил неподалеку, у старой конюшни.
Пришло время возвращаться в город. День не хотел уступать ночи: луна уже взошла, а солнце все не уходило. Малуф остался доволен результатом поездки, еще раз убедившись в исключительном профессионализме приятеля. Никлас Нурдгрен никогда не подводил, и, хотя он не любил высовываться, почти всегда знал все лучше других. Малуф занес Нурдгрена в свой телефон под кодовым названием «100 %». И не случаино – именно таким был Никлас. Они познакомились пять лет назад, когда вместе сели за соучастие в одном ограблении.