Реальность — отстой.
— Привет, Нао.
Я заставляю себя снова сосредоточиться на Люси, когда мы проходим мимо болтающих студентов, разбредающихся по кафетерию.
— Да?
Она прикусывает нижнюю губу, ее зубы впиваются в плоть.
— Я хочу тебе кое-что сказать, но у меня нет доказательств.
— Что именно?
Она бросает взгляд искоса, ее веснушки темнеют вместе с покрасневшими щеками.
— Речь идет о…
— Люси!
Я внутренне съеживаюсь от визгливого голоса Брианны. Она щелкает пальцами моей подруге со своего места в другом конце комнаты и подзывает ее к себе.
Нет ничего, чего я хочу больше, чем пойти к ней и сломать ей запястье за то, что она назвала мою подругу так, как будто она ее собака.
Люси, однако, улыбается и хватает меня за руку, таща к столику пчелиной матки. Я собираюсь высвободиться и уйти, как я обычно делаю, чтобы избежать их фирменного позора и завуалированных расистских замечаний, но что-то останавливает меня.
Или, скорее, кто-то.
Черлидерши сидят с футбольной командой. То есть Себастьян и его товарищи по команде.
С такого расстояния видна только его широкая спина, но этого достаточно, чтобы у меня пересохло в горле и задрожали конечности. Этого достаточно, чтобы отбросить меня назад во времени, пока мое присутствие не наполнится им.
Это не должно быть сюрпризом, так как футбольная команда часто сидит с Рейной и ее любимыми черлидершами. Очевидно, это привычка, которую они сохранили со школьных времен, с тех пор как жених Рейны играл с ними.
Конечно, я часто избегала этой обстановки, как чумы. Не только из-за ядовитых языков черлидерш, но и потому, что я хотела сохранить некоторую дистанцию между собой и футбольной командой.
Во всяком случае, это не удалось. И теперь эта ситуация достигает высот, которые я не считала возможными.
Я позволила Люси подтащить меня к столу. Мое дыхание учащается, становится глубже и гулче, когда я мельком вижу Себастьяна. Он закидывает в рот картофель фри и слушает, как Оуэн оживленно рассказывает о медведе.
Он просто ест картошку фри. Действие настолько просто, но я не могу перестать пялиться на эту сцену. Его куртка Black Devils облегает его широкие плечи и развитую грудь и руки. Его тонкие пальцы обхватывают картофель фри, прежде чем он подносит его ко рту.
Я сглатываю, вспоминая те же самые пальцы внутри меня, когда этот чувственный рот произносил самые унизительные, но возбуждающие вещи, которые я когда-либо слышала.
С тех пор как я впервые встретила Себастьяна, я всегда находила его красивым с его темно-русыми волосами, резкими чертами лица и глазами, напоминающими самое экзотическое море, которое когда-либо существовало. Но я не понимала, насколько опасна эта красота, пока не перестала его видеть.
Я не понимала, насколько это может быть ужасно, пока он не забирал у меня это снова и снова.
Есть ступени красоты, которые выходят за рамки физического, и теперь он достиг новой вершины.
Потому что я не вижу в его мускулах просто привлекательности для глаз. Теперь это оружие. Все его тело, от рта до больших рук и огромного члена.
Себастьян медленно поднимает голову, и я замираю, когда его глаза встречаются с моими, заманивая меня в ловушку их глубины и паузы в его движениях. Затем он улыбается и подмигивает, как делал последние пару недель.
— Иди сюда, Люси. — Брианна освобождает место для моей подруги слева от себя, а Люси бросает на меня извиняющийся взгляд, когда медленно подходит к своему месту.
Брианна делает глоток диетической колы.
— Как ты видишь, здесь нет места для тебя, Наоми. Кыш.