Может быть, мне суждено было быть только одной, и я просто веду проигранную битву. Когда я выезжаю на дорогу к своему дому, я замечаю позади себя черный фургон. Мое сердце колотится, когда я прищуриваюсь, но я все равно не могу разглядеть ни одного лица через их тонированное стекло.
Воспоминания о двух мужчинах из сегодняшнего утра нахлынули на меня снова. Жаль, что я не запомнила их номера, чтобы знать, были ли это те же самые люди.
Я сильнее жму на газ и обгоняю несколько других машин. Но я их не теряю. На самом деле, они становятся все более настойчивыми в том, чтобы оставаться на той же полосе, что и я, прямо за мной.
О, Боже.
Они охотятся за мной.
Мое горло сжимается, а сердце бьется быстрее, пока все, что я слышу, — это низкое жужжание. Мои пальцы дрожат на руле, и я продолжаю пытаться вырваться из них. Я подумываю о том, чтобы позвонить в 911, когда приближаюсь к выходу, ведущему к моему дому, но они проносятся мимо меня.
Я испускаю долгий, мучительный вздох, даже когда всю дорогу домой смотрю в зеркало заднего вида. Я останавливаюсь на нашей подъездной дорожке и достаю свой телефон. Несмотря на все, что произошло, осколки моего разбитого сердца сотрясаются, когда я обнаруживаю несколько пропущенных звонков от Себастьяна за последние пару часов.
Бесполезно думать о себе выше этого, если мое сердце жаждет услышать от него хоть слово.
Что-нибудь.
Но я не такой идиотка. Я никогда ей не буду.
Игнорируя его звонки, а также несколько звонков от Люси, я решаю выключить свой телефон. Как раз в тот момент, когда я собираюсь это сделать, на моем экране загорается еще один.
Кай.
После того, что он сказал мне о возможности смерти моего отца, мы почти не разговаривали. Я предположила, что он не хотел сообщать мне больше плохих новостей. В свою очередь, я не настаивала, поэтому больше никаких новостей не получала.
Прочищая горло, я отвечаю:
— Привет.
— Привет, Наоми. — Его голос звучит легко, не так серьезно, как в прошлый раз.
— Все в порядке?
— Да. Вообще-то, у меня, возможно, есть для тебя хорошие новости.
Я выпрямляюсь на своем месте, в горле пересыхает от ощутимого привкуса возбуждения.
— Что?
— У меня была встреча с несколькими другими людьми, которые присутствовали в ту ночь, когда была сделана эта фотография. Очевидно, твоя мать покинула клуб с другим мужчиной, а не с тем, которому принадлежала машина, которую мы опознали ранее.
— И… ты знаешь, кто он такой?
— Я ещё разбираюсь. Дай мне немного времени, и я смогу найти его.
В моей груди становится легче, даже если все это может быть дымом и зеркалами. В конце концов, Кай мог бы найти этого человека и узнать, что он тоже мертв. Или, может быть, мой отец на самом деле тот человек, который уже умер, и я просто гоняюсь за иллюзией.
Но мне все равно.
Пока есть надежда воссоединиться с папой, я буду держаться за нее обеими руками.
— Спасибо, — бормочу я.
— Не благодари меня, пока я не приведу его к тебе. Или, может быть, я отведу тебя к нему, если обстоятельства позволят.
— Это было бы здорово. — Я сглатываю, глядя в зеркало заднего вида, чтобы убедиться, что там никого нет. — Кай…
— Да?