Оуэн встает, прочищая горло, и я стону. Это движется в направлении, которое я вижу за милю, но если я остановлю его, он будет дуться, как сука, и вообще будет придурком. Мне вроде как нужен мой широкий приемник на моей стороне, по крайней мере, до решающей игры.
Он хватает бокал пива и высоко поднимает его, произнося своим драматическим тоном:
— Я хочу выпить за нашего звездного квотербека, который получает все похвалы — не круто, чувак, — и за всех прекрасных дам, которые заставляют нас играть как зверей. К дьяволам!
— К дьяволам! — вторят все остальные, и я наклоняю свой бокал в его сторону, прежде чем сделать глоток.
Оуэн, наконец, садится на свое место, но он наклоняется к Рейне.
— Пчелиная матка, что ты сделаешь для меня, если мы победим?
Она приподнимает бровь, проводя по краю бокала ногтями с розовым маникюром.
— Чего ты хочешь?
— Би Джей. Если ты дашь мне это, я выиграю все игры.
Она ухмыляется.
— Может быть, если тебя призовут в НФЛ, Оуэн.
— Ты думаешь, я не смогу этого сделать?
— Тогда покажи мне, что у тебя есть.
— О, я так и сделаю, детка. На самом деле, тебе так понравится мой член, что ты можешь бросить этого неудачника Ашера ради него.
— Может быть, я так и сделаю.
Она улыбается, и, в отличие от Брианны, она не пластиковая, но все равно такая же фальшивая, как у меня. В конце концов, лицемер распознает лицемера.
Мы набрасываемся на еду — заказываем пасту, в то время как болельщицы, как обычно, довольствуются салатом. Пока я ем и наслаждаюсь юмором, я жду, когда другая туфля упадет или взорвется, или что, черт возьми, Рейна делает в подобных ситуациях. Есть причина, по которой она убедила Оуэна притащить нас всех сюда.
— Тебе не кажется, что пришло время для еще одного вызова? — беспечно спрашивает она.
Там. Причина, по которой Рейна довела до совершенства свои фальшивые улыбки и мимику. Настоящая Рейна прячется под поверхностью и незаметно играет со всеми вокруг. Откуда я знаю? Иногда я делаю то же самое. Разница в том, что она делает это по двусмысленным причинам, которые обычно не приносят ей пользы. На самом деле, все попытки, которые она предпринимала до сих пор, кажутся жестокими, но на самом деле в конечном итоге помогают ее жертвам.
В моем случае я участвую, чтобы избавиться от них, а не навредить им. Если только они не окажутся надоедливыми вредителями, а именно тогда вмешательство необходимо.
— К черту это да! — восклицает Джош, один из моих товарищей по команде. — Мне понравилось подшучивать над нашим учителем истории.
— И мне нравилось помогать. — Морган, чирлидерша, подмигивает и облизывает губы.
— Мы должны поднять это на ступеньку выше, Рей, — говорит Брианна своим слегка писклявым, гиперактивным голосом.
Прескотт, единственный присутствующий мужчина-болельщик, делает глоток своего пива.
— Иначе это станет скучным.
Я могу это понять.
Но в то же время детские выходки Рейны никогда не были моим коньком. Она усиливала их со средней школы, как будто пыталась доказать свою точку зрения. Тем не менее, мне нужно соблюдать приличия и притворяться, что я принадлежу к их святому кругу. Отчасти потому, что Оуэн становится очень раздражительным, когда я порчу ему веселье. Отчасти потому, что я не собираюсь попадать в ловушку своей головы. Последнее, что я проверял, это не очень удобное место.
— Я согласен. Нам следует немного оживить обстановку. — Рейна встречается со мной взглядом. — Ты готов к этому, Бастиан?
Я неторопливо заканчиваю жевать, пытаясь понять, почему она выделила меня из всех присутствующих. Это впервые, и я научился у лучших никогда не игнорировать такие отклонения от обыденности.
Однако я не могу понять причину этого.