Оставаться под прицелом бывших одногрупников не хотелось. Оставил плату, вышел из бара, но уже на улице, меня нагнал Никитин.
— Федя, погоди.
— Чего тебе?
— Я не нахожу причин, по которым ты так враждебно относишься ко мне. Ладно Лев, я всё понимаю, но я что тебе сделал?
— Дело не в тебе, и даже не в этом напыщенном придурке. Просто… У меня сейчас голова совсем другим забита.
— Я вижу, — нахмурился он. — Ты слишком погрузился, на себя не похож. Знаешь, кого мне это напомнило?
— Удиви, — неохотно предложил я.
— Меня самого. Всё время в Академии, меня вела месть и свод правил, которые я себя установил. Я так погрузился в контроль, что забыл о простых человеческих радостях, вроде веселья с друзьями. И ты всегда казался мне достойным сыном своего отца, но в последнее время ты изменился, стал человеком, у которого есть цель.
— Для чего это всё? — не выдержал я. — Ты ищешь дружбы? Ну так я вроде и не отказывался.
— Я всё ещё ищу себя. Если отбросить месть, то… — он рассеянно почесал шею. — Даже не знаю, чем тогда заняться.
Помедлив с ответом, я вдумался в вопрос Никитина. Это совершенно на него не похоже.
— Сдаётся мне, ты лжёшь. Зачем на самом деле ты пришёл?
— Видишь меня насквозь? — он рассеянно рассмеялся, ещё больше смутившись. — Про тебя слухи ходят, вот мне и стало любопытно. Бесы говорят, что ты особенный.
— Какие бесы? Что конкретно?
— Да не знаю я, успокойся. Я лишь уловил беседу нашего Первого с каким-то стариком, он у них заметная фигура, — Никитин виновато пожал плечами. — Услышав твою фамилию, я заинтересовался, но меня в беседу включать не пожелали.
— И Льва ты притащил как группу поддержки? — я изогнул бровь.
— Он слышал тоже самое.
— Ну вот как узнаешь больше, тогда и приходи. Я спешу.
— Куда!?
Сочувственно поглядев на растерянного паренька, я глубоко вздохнул. Один раз он мне помог, он действительно не заслуживает, чтобы его вышвырнули вон за один только вопрос. К несчастью, у меня не было ни желания, ни времени, чтобы спокойно беседовать с ним за жизнь.
— Когда-нибудь я тебе расскажу, даю слово.
— Хотя бы так. Спасибо.
Накативший с утра гнев разрастался с каждой минутой. Меня раздражают бесы, которые распускают язык. Меня бесит цесаревич с Куропатовым, плетущие интриги за спиной, и даже отец со своими наделёнными!
Но больше всего, меня бесит Вихрь, который никак не хочет приручаться. Разгадка так близко! Обещанное бессмертие… Меня раздражало даже это обещание, поскольку с каждым днём я задумывался о том, в каком виде буду «бессмертствовать». Быть мёртвым я больше не хочу, там… Там просто ничего нет.
Быть бессмертным, но лишиться человеческого облика? Невелика разница. С первой секунды, как я снова получил жизнь, меня вечно куда-то гонят, я просто не успел нормально пожить. Оставить всё как есть, но с бессмертием? Звучит слишком круто, чтобы быть правдой.
На следующий день, весь накопившийся гнев я выплеснул внутри Вихря. Первый оказался прав. Я видел, с какой скоростью происходил обмен эфиром по моей нити. Яркие эмоции ускоряли поток, делали теневых тварей сильнее, эффективней. Даже Троечка обратила на это внимание, выругавшись в эфир.
— Скажем спасибо Главному, как спонсору сегодняшнего веселья, — саркастически усмехнулся Первый.
Получив новые данные, я пытался разложить всё в голове, переосмыслить то, что мне следует сделать. Оставшись возле стенда с масками, я отказался от компании моих бесов, глядя в спину следующей смены, растворявшейся в тумане.
Капитан не соврал, охраны действительно стало больше. Возле каждого контролируемого брода толпились вооружённые люди, человек десять. В большинстве своём, они скучали, и глаз быстро замылился. Стража стала частью интерьера.
Однако сейчас, я зацепился взглядом за людей барона. Почему-то мне показалось, что их стало меньше. Секунда, и ещё один парень пропал, что-то утянуло его в тёмный проход, который он сторожил. Ещё один схватился за грудь, рухнул на колени.