— Добротная идея. Пойдем, пока наш драмок присматривает за Марьям.
Келс молчаливо нахмурился, когда они взяли рюкзаки и направились в рощу.
Марьям не доверилась их решению.
— Разве мы не договорились держаться у шаттла?
— Мы будем в пределах слышимости. — Пана и Дерган скрылись в лесу, одарив её улыбкой через плечо.
Келс ощетинился и пробормотал что-то под нос. Его лицо смягчилось, когда он взглянул на Марьям и заметил, что она наблюдает за ним.
— Мы можем пойти к источнику и восполнить запасы воды.
Что было лучше простого выжидания и безделья.
— Хорошо.
Келс показал ей, где лежали расширяющиеся бурдюки. Каждый взял по два и направился к источнику.
И снова Марьям залюбовалась пейзажем, столь похожим на земной. Правда, земляной покров скорее лиственный, чем травянистый, да и деревья отличались: у одних были розовые стволы и темно-бордовые листья, у других — белая кора и розоватая листва. И все же этого оказалось достаточно, чтобы у нее возникло приятное ощущение безопасности среди незнакомой среды.
Погрузив бурдюки в прохладную воду, которая быстро лилась по камням и гальке, она обратила внимание на спутника. Келс угрюмо смотрел вдаль, его сильные черты заострились из-за беспокойства и печали. Он выглядел как человек, у которого рушился мир на глазах. Марьям почувствовала укол сочувствия.
— Расскажи мне о том, как ты готовишься стать отцом. Чего ждешь больше всего? — предложила она тему для разговора, надеясь облегчить его ношу.
Он моргнул, и тень улыбки прошлась по его лицу, разглаживая беспокойство.
— Я не уверен. Возможно, наблюдать, как он открывает мир вокруг. Заново увидеть привычные вещи глазами ребенка, как будто впервые.
— То же самое сказала и Бриэль, только она не могла дождаться совместных приключений.
Горечь прервала разговор. Марьям обернулась посмотреть на шаттл, где тело Бриэль покоилось в стазисе в багажном отделении.
Она отвела взгляд и обнаружила, что печаль вернулась на лицо Келса.
— Как бы я хотел подарить ей возможность отправиться в путешествие с нашим сыном. И даже больше.
— Например, любовь? Пана страдает из-за вины, ведь так и не смог заставить себя полюбить её.
— Я знаю. Вот почему он часто был невыносим, когда дело доходило до заботы о Бриэль, — вздохнул Келс, — неуверенность в том, появится любовь или нет, является, пожалуй, самым большим недостатком кланов по расчету. Возможно, земляне умнее нас в этом вопросе.
— В некоторых культурах сохранились браки по расчету. Церковь поддерживает их, особенно когда это способствует набожности. Что касается тех, кто женился по любви — что ж, они тоже могут оказаться в итоге несчастными.
Келс с интересом наклонил голову.
— Интересно, какой урок мы можем извлечь из этого?
— Отношения не бывают простыми. И точка.
Келс рассмеялся над ее разочарованным заключением. Это был чудесный, глубокий и раскатистый звук, который приятно отозвался в её теле. Смех преображал суровые черты его лица в неподдельную привлекательность. Он был захватывающим дух, когда не сердился.
Но смех закончился, оставляя его потерянным, от чего у Марьям защемило сердце.
— Я сильно облажался. Что трудно принять. До этого момента я был либо очень умен, либо невероятно удачлив. Моя жизнь была простой по большей части.
— В каком смысле?
— Мне не приходилось усердно работать, чтобы чего-то добиться. Я родился в обеспеченном клане с большими возможностями. Моя учеба была сложной, но я справлялся с ней без особых усилий. Я заполучил нобэка и имдико, о которых другие только мечтают. Карьера, к которой стремился, не требовала особых усилий. Я был одним из редких счастливчиков, которым удалось получить матару.