— Это был взрыв. Отчет.
Военный командир Тиом ответил с наигранной беспечностью:
— Штурмовик нашёл одну из наших мин и взорвался.
— Земляне собираются на месте взрыва с той стороны облака, — доложил Дерган.
— Ещё один взрыв. Теперь они точно сканируют и подрывают наши мины.
— Другие корабли собираются в противоположной части облака.
Одак встретился взглядом с Келсом.
— Они подозревают, что мины — это отвлекающий маневр, чтобы отвлечь их как можно дальше от нашей точки выхода.
— Как мы и предполагали. Жаль, что они ищут нас не в том месте. — Келс старался не выдавать самодовольство из-за успеха уловки. Она не была сложной, и план мог провалиться по многим фронтам.
— Хелм, присматривай за движением противников. Выводи нас, как только их сканеры окажутся вне досягаемости нашего положения для выхода.
— Так точно, капитан.
* * * *
Марьям и Пана стояли бок о бок в ее «спальне», следя за трансляцией, которую имдико вывел на стену над матрасом.
Марьям уставилась на изумительное изображение ионной бури. Туман проплывал мимо, делая несколько видимых звезд расплывчатыми. Случайные разряды заряженных ионов проносились мимо, напоминая молнии. Марьям подпрыгивала с каждой вспышкой, освещающей космос. И думала, что та испепелит эсминец при попадании, даже когда Келс и Дерган заверили ее, что они в безопасности.
Марьям испытывала смесь противоположных эмоций: безопасности и страха — словно каталась на самых высоких американских горках. Это развеселило Марьям, и она улыбнулась Пане.
— Это прекрасно.
— Только подумай, если бы мой клан не похитил тебя, ты бы упустила это, — поддразнил он.
Она попыталась неодобрительно нахмуриться, но не смогла. Вместо этого сдалась и рассмеялась.
Она добилась большего, чем ожидала за последние несколько дней. Марьям была вынуждена признать, что приветствовала Пану в качестве спутника. Он был замечательным. По словам Дергана, Пана лидировал в области исследований и разработок систем вооружения, а его интеллект оценивался в диапазоне гениев. И все же он никогда не говорил с ней свысока. Они разделяли одно и то же странное чувство юмора, смеясь над комедийными шоу. Он всё реже и реже грустил. Порой он мог проявлять чрезмерную заботу, но Марьям стоило только напомнить ему, что она не ребенок, и он отступал.
Дерган тоже выделялся. Он оказался внимательным, но не властным. Его было трудно рассмешить, но он и не был угрюмым. По оценке Марьям, нобэк был крепок не только телом, но и умом. Дерган следовал принципам, которые обычно не подразумевали похищение. Судя по выражению боли при упоминании Бриэль, он был чувствительным, но не давал себе погрязть в отчаянии. Нобэк поклялся уберечь Марьям от землян или умереть, пытаясь, но она надеялась, что до этого не дойдёт.
Что касается Келса, то она еще не вынесла ему вердикт. Он был вежлив с Марьям, но держался отстраненно. Она часто думала, что это из-за вины за случившееся. Раскаяние окутало его мрачной тучей. Она задавалась вопросом, сможет ли он когда-нибудь переступить чувство вины.
Стряхнув с себя печаль, которую часто испытывала из-за мыслей о Келсе, Марьям игриво погрозила пальцем Пане.
— Только не говори, что ты не ждешь от меня благодарности за похищение и возможности увидеть ионный шторм.
Пана добродушно подтолкнул ее локтем.
— Конечно, нет. Ты же знаешь.
Марьям перевела свое внимание на открывшийся вид.
— Это великолепно. Не думаю, что когда-либо видела что-то столь невероятное.
— Как и я.
Его благоговейный тон привлек ее внимание. Пана смотрел на нее, а не на вид из проекции.
Марьям почувствовала тепло внутри. Было ли неправильно, что она начала видеть в нем мужчину — невероятно привлекательного мужчину, чье общество ей нравилось, а не вдовца Бриэль? Было ли неуважительно к ее подруге наслаждаться его улыбками, его рассказами, его обществом?