— Понятия не имею, о ком ты толкуешь, — улыбается Рувим.
Я поворачиваюсь к Калико, но она нас не слушает. Все ее внимание сосредоточено на паре ворон, парящих над нашими головами. Ветер доносит обрывки их карканья. Моя подруга внезапно бледнеет так, что мне становится не по себе.
Я окликаю ее, и Калико, переводя на меня взгляд, медленно произносит:
— Эгги в больнице. Сэди ударила ее ножом в полицейском участке.
— Что?!
Но я прекрасно расслышал и от ее слов весь холодею.
— Они говорят, Эгги просила не мстить за нее девчонке, — добавляет моя подруга.
— Они? — не понимаю я.
Вождь указывает на улетающих ворон:
— Майнаво не чета нам. Они понимают все языки, что мы давным-давно позабыли, и даже те, которыми пользовались еще до нашего появления.
— А они не сказали, в каком состоянии Эгги? — спрашиваю я у Калико.
— Она в реанимации. С ней те две женщины, которых мы недавно повстречали.
Я кладу свое буррито на землю рядом с нетронутой бутылкой воды, встаю и провозглашаю:
— Так, все, хватит! Я предупреждал Сэди, что она может поливать меня дерьмом сколько захочет, но чтоб не смела трогать моих друзей.
Поднимается и Калико:
— Эгги сказала — нет. Мы обязаны уважать ее желания.
— Но если она не выкарабкается, — качает головой Рувим, — нам будет не до ее желаний.
— Полиция задержала Сэди? — продолжаю выспрашивать я.
— Нет.
— Это моя вина, что Эгги пострадала. Не надо было мне приводить к ней девчонку.
— Откуда же тебе было знать!
— Но какая же она все-таки актриса! Черт, может, она и свою семью изводит. Потому и отец вышвырнул ее.
— Не, я видел его возле Центра, — возражает вождь. — Тот еще кусок дерьма. А вороны говорили что-нибудь насчет того, что нам и ему нельзя преподать небольшой урок?
— Он того не стоит, — отзывается Калико. — В конечном итоге нанесенный ему вред отзовется на нас десятикратно.
— Пожалуй, — вздыхает Рувим.
Понимать-то он понимает, но совершенно не хочет с этим мириться. И я очень даже разделяю его чувства. Так и врезал бы кому-нибудь прямо сейчас.
— Вот теперь я как следует настроен на встречу с Сэмми, — объявляю я.
Калико сухо улыбается и кивает:
— Вот это пожалуйста.
— Нам надо только выследить его, — подхватывает Рувим.