– Прошу никого не заходить в кабинет до моего распоряжения, – приказал Шерлок.
– Нет, ну что за люди! – вдруг подал голос Виталич, до сих пор весьма отстраненно воспринимавший происходящее. – Ведь положено по технике безопасности форточки закрывать перед уходом. Так нет, откроют проветривать и забудут!
Холмс прошел к окну.
– Уплотнитель местами отошел. Значит, центральную створку окна тоже открывали. А вот эта пыль, – он провел указательным пальцем по подоконнику, затем по столешнице, – говорит о том, что с тех пор здесь не было уборки. То есть это произошло ночью или сегодня днем, ведь сегодня процедур нет, а значит, уборка в лечебном корпусе не проводилась. Интересно, зачем понадобилось распахивать окно целиком, когда дует такой пронизывающий ветер?
– Что-нибудь выбросить? – высказала догадку Рита.
– Ну это уже форменное безобразие! – возмутился Виталич.
– Вы забыли, что это кабинет доктора Гудвана, у него всегда идеальный порядок. – Вахтанг Григорьевич, казалось, немного успокоился, увидев привычную обстановку.
– Если взглянуть повнимательнее, то не такой уж идеальный здесь порядок. Смотрите-ка, – Холмс кивнул на небольшой продолговатый предмет, небрежно брошенный на краю стола, – это ножик для резки бумаги с выдвигающимся небольшим тонким лезвием. Есть ли у вас предположения, Вахтанг Григорьевич, зачем доктору Гудвану понадобился этот нож?
– Понятия не имею, – пожал плечами директор. – Это же мелочь.
– Возможно, он валяется здесь, потому что у него нет своего места на этом столе, – предположил Холмс, – и никогда не было, – задумчиво добавил он, отправляя нож в пластиковый пакет, который, точно фокусник, достал из кармана. – Любые мелочи, выбивающиеся из общей картины, – это те самые «хлебные крошки», без них нам не найти ответа.
Вдруг Холмс что-то заметил и занырнул под стол, почти полностью исчезнув под ним. Когда он выбрался, то положил на столешницу кусочек желтоватого стекла.
– Это кусок, отколотый от основания штангласа, или попросту пузырька, с уплотненной резинкой крышкой, их используют для хранения лекарственных веществ. Осколок тоже появился на полу не раньше вчерашнего вечера, он слишком крупный, и уборщица не могла его не заметить.
Холмс развернулся и в два шага оказался у металлического шкафа. Он легко дернул пломбу верхнего замка, и она тут же слетела.
– Пломбу сорвали и потом просто аккуратно приладили, чтобы скрыть поломку. А вот замок цел! Могли бы вы, Виталич, еще раз поработать своим топориком?
Виталич, гордый тем, что именно он пригодился великому сыщику, потеснил директора и вошел в кабинет.
– Дурная работа не хитрая, – проговорил он. И легко смахнул замок с дверцы шкафа, как бы иллюстрируя свою присказку.
– Вот видите, какой он аккуратный, доктор Гудван! – с гордостью проговорил Виталич, не упустив случая поддакнуть директору. – И сколько же здесь банок-склянок.
На верхней полке царил идеальный порядок. Все штангласы подписаны и выстроены ровно в ряд. Однако на нижней полке в глубине строй сбивался. Там толпились разнокалиберные пузырьки и баночки, не подписанные, а маркированные цветными наклейками с нацарапанными на них латинскими буквами и цифрами.
На двери шкафа с внутренней стороны значилось Venena[5].
– Если учесть, что все это яды, – произнес Шерлок, – порядок тут требуется прежде всего. Насколько я могу судить, – продолжил он, и в голосе его послышалось что-то похожее на восхищение или даже зависть, – здесь собрана весьма солидная коллекция. Причем названия некоторых веществ уважаемый доктор предпочел не указывать.
На верхней полке у самой стенки шкафа Холмс обнаружил пустое место.
– Здесь должен был стоять еще один штанглас. Вряд ли такой аккуратный хозяин мог стерпеть эту пустоту.
Лицо Вахтанга Григорьевича покраснело от волнения.
– Вы намекаете на то, что кто-то выкрал ядовитое вещество из этого шкафа?
– Это не намек, а констатация факта, – изрек Шерлок, с трудом отрывая взгляд от коллекции Гудвана и оборачиваясь к присутствующим. – Итак, что мы имеем. Кто-то был здесь, очевидно, вчера поздним вечером и вскрыл опечатанный шкаф с ядами, причем замок не сломан, то есть он открыл его ключом. Кому-то было важно скрыть, что пломбы сорваны. Возможно, он рассчитывал вернуть штанглас с ядом на место.
Холмс оттопырил большой палец правой руки, затем выпрямил указательный.
– Далее, мы имеем вторую группу фактов. Пустое место в шкафу, то есть яд на место не вернули. И я нашел осколок от штангласа. Предположим, в нем была ядовитая жидкость и она разлилась. О свойствах этого яда я пока могу только догадываться, так как никакой маркировки не сохранилось, да и осколков, кстати, тоже больше не видно. А это значит…
– Кто-то убрал их! – звонко, словно играя в викторину, воскликнула Рита.
Холмс одобрительно кивнул.
– Жидкости мы тоже не наблюдаем, хотя она могла и испариться, если яда было немного.
[5] Venena – яды (лат.).