Буквально несколько дней назад у меня в жизни все было отлично. Но тогда я этого не осознавал. Что имеем – не храним, потерявши – плачем. Не зря это стало поговоркой. А теперь нужно было собрать по кусочкам разрушенную семью, и, похоже, начать стоило со встречи с Беном. Он должен понять, что от Мел нужно держаться подальше, я должен убедиться, что до него дошло. А еще сфотографировать его и передать фото полиции, чтобы они от меня отстали.
Лежавший на столе телефон завибрировал: два сообщения. Дэвид Брэмли принял мой запрос в друзья и тут же написал сообщение.
Ну, как дела на работе, здоровяк?
Я уставился на экран. Как ему только наглости хватило?! Пытаясь сообразить, как он так быстро мог узнать про мое отстранение, я набрал ответ.
Кто это?
Его новая реплика возникла почти мгновенно.
А ты как думаешь?
Конечно, это мог быть только Бен. Вот ублюдок!
Развлекаешься, да?
Теперь ответом был только смайлик.
☺
Он с самого начала, да и сейчас, был на шаг впереди меня. Пора с этим завязывать. С ним все ясно: ублюдок получает удовольствие. Но пришло время вернуться к спокойной жизни и к семье. Ему к своей, а мне к своей. Я набрал еще одно сообщение.
Давай встретимся. Только в этот раз нормально.
Ответ был коротким.
Ха-ха
И тут пришла злость, кровь застучала в висках. Ему нравилось издеваться надо мной, он наслаждался, подставляя меня перед полицией и в школе. Он делал именно то, что обещал: разрушал мою жизнь, весело смеясь при виде, как я извивался на крючке. Прежде чем я успел ответить, телефон завибрировал входящим звонком. Незнакомый мобильный номер.
– Алло?
– Это Питер Ларссен, удобно поговорить?
– Да, конечно.
– Я собирался вам написать, думал вы до обеда на работе.
Я рассказал о фотографии в «фейсбуке» и отстранении.
– Это же харассмент, правда? – спросил я. – За такое можно в суд подать, да?
– Можно попробовать, да. Сделайте скриншот страницы и перешлите мне.
– Это же доказательство того, что он пытается навредить мне. Разрушить карьеру.
– Хм… – скептически протянул Ларссен. – Видите ли, Джо, полицейское расследование пока не особо успешно. Я, собственно, поэтому и звоню.
– Что вы хотите сказать?
– Похоже, все может быть несколько серьезнее, чем мы думали.
– Серьезнее? – переспросил я, чувствуя холод в желудке.
– Похоже, версия, что с Беном что-то случилось, становится у полиции основной рабочей.
Я сел.