— Что я говорил о том, чтобы анализировать меня?
Я села, положив руку на подушку, прохладный ветерок обдувал мою кожу.
— Я не анализирую.
— Чушь собачья.
Потянув одеяло, я прикрыла грудь, новые идеи заполнили вихрем мои мысли.
— Твоя память, как ты ее потерял?
— Лорел.
— Мейсон, у тебя были жизнь и семья. Из того, что я прочитала после твоей смерти, следует, что ты был героем войны, чей последний известный адрес находился Чикаго. Ты с отличием ушел из армии и поступил в колледж, чтобы получить степень. — Я попыталась вспомнить. — Я не помню специальности, но думаю, что это как-то связано с компьютерами. Ты также работал на инвестора по недвижимости… Я не помню имени. — Поскольку он не останавливал меня, я продолжила: — Смертельное ранение, которое ты получил, случилось не в армии, и все же каким-то образом прошлое, о котором я только что упомянула, исчезло из твоей памяти. Я спрашиваю, как?
Он повернулся и выдохнул, устремив немигающий взгляд на звезды.
— Вычислительная техника и компания «Спарроу Интерпрайзис».
Я слышала это название раньше.
— Ты помнишь Лорну? — спросил он.
— Да.
— Теперь я тоже. Когда ты будешь в безопасности, я хотел бы попытаться найти ее, если она все еще… жива. — Он выдохнул. — Если нет, то это моя вина.
Я склонилась над ним, моя грудь прижалась к его твердой груди.
— Жива. Это она связалась со мной, когда ты умер.
Его зеленые глаза остановились на мне.
— Она все еще в Чикаго?
— Я не знаю. Ее письмо пришло без обратного адреса. Не было даже намека на то, что конверт был обработан на почте. Без марки. Без почтового штемпеля. Я даже не знаю, как она меня нашла. Это было странно, как будто письмо волшебным образом поместили в мой почтовый ящик.
Губы Кадера скривились.
— Не так много людей могли бы это сделать.
— Мне это показалось странным.
— Таких людей немного, но они есть. Интересно, она все еще с ними, — вздохнул он, его улыбка исчезла. — Они, наверное, чертовски ненавидят меня. Если не ненавидят, то будут, когда узнают, что я не умер.
Было что-то в его отрешенном взгляде, что опечалило меня, заставляя меня хотеть сделать все, что в моих силах, чтобы забрать это.
— Я рада, что ты не умер, и я не ненавижу тебя.
Его рука легла мне на плечо, он притянул меня ближе.
— Если и так, то у тебя странный способ показать это. Мне особенно нравится то, как ты делаешь бедрами перед оргазмом.
— Кто они? — спросила я, игнорируя жар на щеках.
— Люди, которых я когда-то знал.
Вздохнув, я положила голову ему на плечо.