Щука в курятнике: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

На место казненных были назначены молодые офицеры и чиновники, которые наконец поняли зачем они тут. Назначения объявлял лично Великий князь Терлецкий, сверкая запудренным фингалом (у Ольги была тяжелая рука и узнав об очередной пассии своего консорта, она таким образом восстановила статус-кво).

А потом слово взял Иван Грозный, вернее его словом был Малюта Скуратов, который зачитал список куда входили всевозможные высшие чиновники и вельможи. Их вытаскивали из партера опричники. Иван Васильевич встав с трона и бухнув посохом по гранитным плитам провозгласил, что изменники государю и державе, повинны смерти и очередную партию приговоренных повлекли к виселицам. Это были изменники и злостные саботажники. И снова освободившиеся вакансии заняла молодежь.

Потом слово взял принц Дакар, который объявил, что Совет Государей, дарует Великой Княгине Ольге титул Императрицы Всероссийской и все, кто будет этому противиться являются врагами империи и злодеями.

Ну и вишенкой на торте, было представление присутствующем, Председателя Чрезвычайного комитета по борьбе со злоупотреблениями, генерала, князя Лаврентия Цанавы. Каратель объяснил, что грядет реформа, в процессе которой чиновный аппарат будет существенно сокращен, жалование будет повышено в три раза, но за воровство и коррупцию, наказание будет только одно и показал пальцем на виселицы.

Каратель был Супер-гомункулусом под аватарой и направлялся непосредственно оператором Информатория, то есть у ЧК была полная информация обо всех врагах, да и друзьях тоже, ибо данные понятия в этой такой не простой жизни часто были почти синонимами. А Старший майор Мещерский настоял в необходимости полного контроля над новыми карательными Имперскими органами.

А с Армией, вернее с солдатско-крестьянской массой молодая императрица (по совету друзей) решила достаточно просто. Всем фронтовикам жаловадлось по десять гектар земли в новых Восточных владениях Империи (либо деньги на выбор). А всем георгиевским кавалерам дозволялось отчуждать любые владения в сельских районах завоёванных у Франконии и Британии. Четко по рецепту Римских императоров эпохи Иудейских войн.

Глава 34. Орел Шестого легиона

У подъезда Гибралтарского Железнодорожного управления, в привычном оцепенении стояли два римских легионера, при всем параде… в шлемах, с гладиусами у пояса, красных плащах, только вместо пилумов у них были старые французские винтовки Лебеля с длинными штыками, которые очень понравились префекту Фабию Лентулу, во время просмотра коллекции штатного стрелкового оружия пехоты, во дворце Жреца всех наук, академика Генриха Штайна. Была оказывается у академика детская мечта о подобной коллекции и теперь агентура графа-чекиста, помимо основной работы, действовала и на пополнение этой коллекции, благо после двух мировых войн, этого добра в Европе хватало. Надо сказать, что академик, граф и легат весьма сдружились, особенно после того, как аргонавты научили легионера играть в преферанс. И что интересно, карточные игры явились для легионеров откровением и первым что прописалось в легионе из ламберных развлечений, было «очко», затмившее кости и Микато (игра в очко на пальцах) и Дуодецим (стилизованные нарды), хотя офицеры запали на преферанс. Лентул буквально закопавшийся в коллекцию академика, пришел в восторг от этой старой «француженки», особенно ему понравился длинный штык и принц с канцлером дали добро, тем более, что легионеры несли не сколько военный, сколько демографически-социальный функционал.

Римлян этих, обнаружили в одной из стазис камер под Атоллом, их туда зачем то поместил прошлый капитан «Щуки», видимо для коллекции. Последнее, что помнили легионеры, это то что они остановились в Галлии на привал, перед битвой с знаменитой бандой Астерикса, стали ставить лагерь, а потом вдруг резко наступила тьма и они проснулись уже здесь и сейчас. Учитывая их менталитет, явление им Афины и царицы Азазель сразу же сняло все вопросы. Тем более Азазель вышла к римлянам в сопровождении самых натуральных ликторов. Да, легионеры были не первыми римлянами в Атолле. В одном из стазис отсеков нашлись ликторы Цезаря, попавшие в плен к аьлантам после попойки на Сатурналии, и царица сразу же приняла их в дворцовый штат. В новом римском пополнении оказались: один префект, семь центурионов, десять опционов, штатное количество деканов и порядка девяти сотен легионеров включая аквилиферов с вексилляриями (знаменосцев), музыкантов и прочих сигниферов (казначеев). Царица сразу же повысила их в чинах, Фабий Лентул стал Легатом, остальные офицеры тоже выросли на ступеньку. Всех легионеров произвели в Эвокаты[48] с жалованием Дупликариев[49]. И немедленно было выплачено полугодовое жалование в золоте. Восемь центурий Шестого Железного легиона, стали основой Железнодорожных войск Царства Афинополь. Аргонавты решили легализовать Атолл, естественно не раскрывая его местонахождения и сути. Новые железные дороги считались собственностью Царства, как главного акционера, а полоса отчуждения, дороги и Ж.Д объекты, согласно пакету межгосударственных договоров, пользовались правом полной экстерриториальности. Легионеры стали частью гарнизонов и постов на всех объектах Большого Железнодорожного Союза относящихся к царству Афинополь (помимо жандармерии и кондукторов) и сильно оздоровили демографию и соционику, тем более, что легионерам, как гражданам Атолла, разрешалось многоженство. При каждом гарнизоне были созданы школы и детские дома, ведь из за прокатившейся войны в сиротах недостатка не было. Так что с новыми кадрами для Территорий принца Дакара вопрос решался успешно.

Сегодня открывалось движение по Гибралтарскому мосту, циклопическому сооружению поразившему всех мостостроителей современности. Тут конечно сработали технологии Атлантов, строительные комбайны вырастили прямо из дна двести пятьдесят базальтовых «быков», на которые Супер-шмели уложили стальные конструкции, изготовленные в мастерских Селены. Работы велись по ночам, «руками» сотен гомункулусов и Шмелей всех модификаций, а через десятки мобильных порталов поступали материалы и техника. Зона строительства была закрыта для свободного плавания, но всевозможные суденышки разведчиков и просто любопытных гибли десятками, ибо Шмели были на страже и терминалы кстати тоже. А тут было на что посмотреть, и даже не шпионам, ибо мост поражал воображение. Двадцати пятикилометровая крытая трехпутевая галерея несла свои стальные кружева на высоте почти ста метров над водами пролива, расходясь по суше дугами эстакад. По обе стороны моста ненавязчиво мерцали «Летучие голландцы», намекая на мрачный финал, для любого рискнувшего покуситься на это Восьмое чудо света ну и в «быках» присутствовали точки с бластерами. Кстати британцы попытались ударить по Гибралтарскому мосту, собрав под видом купеческих судов караван брандеров набитых взрывчаткой чем и прислали сами «черную метку». Караван этот рванул накануне своего выхода, прямо в Портсмутском порту, поставив точку в восьмивековой истории столицы графства Гэмпшир. Пролив Те-Солент еще не видел таких катаклизмов и уже никогда не увидит, ибо врядли в этих местах еще раз соберут в одном месте сто двадцать килотонн взрывчатки. А всем разновидностям Юнион-Джека и всем британским HMS и штатским лоханкам, на всех морях и океанах принцем Дакаром был объявлен официальный блэкаут. Щуки вышли на постоянное боевое дежурство, после чего Британия, как владычица морей, канула в лету окончательно.

На первое прохождение «Золотой стрелы», первого межконтинентального железнодорожного экспресса, собрался весь Мировой бомонд, вернее то что от него осталось. Принц Дакар и царица Азазель, халиф Селим, императрица Ольга, император Японии, император Рейха Таньганьика Пауль Эмиль фон Леттов-Форбек, король всех Зулусов Киприан Бхекузулу Ньянгаезизве ка Соломон де Бокасса, президенты Южных и Северных штатов, на которые буквально на днях разделились САСШ, наместники Российских имперских территорий, латиноамериканские президенты и диктаторы и прочая публика из государственных образований поменьше.

Главных персон прокатили на поезде от вокзала до моста и обратно, после чего состоялся парад железнодорожных войск. Сначала прошли легионеры, чеканя шаг и распевая гимн Шестого легиона, потом прошли ракшасы в кондукторских фуражках (это были гомункулусы вооруженные бластерами, именно они были главной охраной подвижного состава), потом прошли подразделения Железнодорожной жандармерии (это тоже были гомункулусы). Ну и в финале величаво прошли бронепоезда состоящие из бронепаровоза, броневагона и двух платформ с танками из бронебригад «Царица» и «Афина». Учитывая то, что при каждом составе была пара ракшасов-кондукторов (гомункулусов с бластерами и гиперболоидами) танки были вторичны, но как сказал бывший старшина 2 статьи и бывший же командир и отделения комендоров, а ныне капитан третьего ранга и командующий железнодорожными войскасм Алексей Ракитский — «Понты, это наше все» (Алексей Карпович, был родом из Одессы).

Надо сказать, что Большой Железнодорожный Союз, это была гениальная идея канцлера, несущая в себе проект о глобальной ползучей экспансии. Везде, где появлялась железнодорожная инфраструктура Аргонавтов, их влияние на социум постепенно становилось доминирующем, и тут была и безопасность, и оживление торговли, причем все это шло параллельно с мощными закладками на будущее в учебных заведениях. В населенных пунктах, где были школы-гимназиумы Союза, местные жители стремились определить своих детей именно туда, так как мало что там бвло бесплатное прекрасное образование, так еще и бесплатные же еда и униформа, с возможностью проживания в интернате. А гимном всех учебных заведений Аргонавтов стал марш Легиона, чем легионеры безмерно гордились.

Глава 35. White Livs Matter

А за пол года до этих событий, происходило вот что…

Техас бурлил. Изнасилование и убийство шестнадцатилетней Мери Тэкс не вызвало бы такой реакции если бы не решение окружного суда Далласа о невиновности насильников, в виду скудности улик и вердикта суда присяжных о нарочито провокационном наряде потерпевшей, которые и стали детонатором последующих событий.

«Второй Круг»[50] уже давно был готов к действиям, «пещеры» (отделения Круга) были во всех крупных городах Юга и что самое главное, виду неудачной войны с Японией, в южных штатах, практически не осталось Федеральных войск, а вся Национальная гвардия состояла естественно из местных и проклятых аболиционистов туда старались не брать.

Боевые тройки, периодически наказывали особенно обнаглевших черномазых и потомков саквояжников[51].

Все проводилось с традиционным кукулусклановским антуражем, включая горящие кресты, предупреждающие знаки, типа дубовых веток и зернышек апельсина и белые балахоны с колпаками. А на месте казней, находили поношенные фрагменты униформы армии конфедератов. И среди негров по новой пошли гулять легенды, что палачи в белых балахонах, это души погибших конфедератов. А «Невидимая империя Юга», готовилась к прыжку. Особенно атмосфера накалилась, после возникновения движения «За равные права и покаяние». Движение изначально возникло в Нью Йорке, Детройте и Новом-Орлеане, городах с большим процентом черного населения и его участники пропагандировали чувство вины белых американцев, перед черными. То есть белые должны покаяться и со всех сторон должны и виноваты за рабство, которым пользовались их предки, лозунгом их было Black Livs Matter.

(То что негров продавали работорговцам сами же африканские вожди, как то замазывалось).

А после того, как Верховный Суд САСШ постановил, что черные имеют льготы при рассмотрении мелких уголовных дел, и черные гопники стали наглеть на глазах, давление в котле социума стало повышаться. В LA банда черных подростков взломали ворота гаража в доме местного белого жителя, там стоял новенький форд, который мистер Смит подарил своему сыну Джону. Родители были в этот вечер в отъезде и Джон был в доме со своей девушкой. Услышав шум в гараже, он взял винчестер отца и вышел во двор. Гопота обнажила ножи а парень открыл огонь на поражение. Ну а потом суд и тридцать шесть лет тюрьмы, по девять лет, за каждого убитого грабителя (отец Джона был ветеран Первой мировой и учил сына стрелять по настоящему и бить врага исключительно в глаз). Присяжные и судья были неграми, и уже через пару дней после суда, их стали казнить по закону Линча, причём на месте расправы, опять находили элементы обмундирования конфедератов. А потом полыхнуло в Далласе, причем полыхнуло знатно… судья, присяжные, насильники и их адвокаты, были обмазаны дегтем, вываляны в перьях, а потом все кроме насильников повешены, а насильников сожгли живьем.

И эти костры послужили запалом… По всему Югу и кое где на Севере стали выходить из подполья. В Виржинии, Теннесси, Алабаме, Северной Каролине и Луизиане, Великие Драконы расположились прямо в местных капитолиях, а полиция и Национальная гвардия, одели шевроны Рыцарей белой камелии. А когда в Ричмонде состоялся съезд Рыцарей Кукоса и Джентльменов Юга, во время митинга на площади перед капитолием поаявился странно знакомый всадник, в сером сюртуке и серой шляпе, сопровождаемый кавалькадой в мундирах вирджинской кавалерии, это был никто иной, как легендарный командующий, Северовирджинской армией, генерал Роберт Эдвард Ли, собственной, так сказать, персоной, а вернее супергомункулос под аватарой великого Южанина…

Это все была идея капитана государственной безопасности Александра Паратова (бывшего механика из подлодки под прикрытием). Он был фанатом Гражданской войны Севера и Юга, но при этом был ярым сторонником конфедератов из за чего даже чуть было не пострадал по комсомольской линии… На него был донос, что мол комсомолец Паратов восхваляет классово чуждых рабовладельцев и ему попытались устроить аутодафе на внеочередном комсомольском собрании, но общественная помощница секретаря, весьма не ровно к Александру дышала и слила ему всю инсайдерскую информацию и главное о том, что на собрании будет присутствовать какой то мелкий историк (крупные историки тогда в СССР Гражданской войной в САСШ не интересовались, своя была такая), который расскажет комсомольцам о мерзостях рабства в Америке. Выяснив, что данного советского Тацита зовут Иван Иванович Петунков, фанат генералов Ли и Джонстона, за оставшиеся дни нашел работы данного доцента и с радостью, нашел в данной бредятине соцреалистическую составляющую… В те времена, о чем бы не писал ученый, без упоминаний классиков Марксизмп-Ленинизма и особенно лучшего друга советских историков Кобы, научные труды не котировались и вообще могли считаться подрывными. В брошюре «Империалистическая сущность САСШ в XIX веке», умница-школьник вычленил цитату Сталина о «…наживании американскими империалистами сверхприбылей, путем закабаления и систематического ограбления ослабленных наций…» и поистине идиотскую фичу автора брошюры о том, что негры поняв, что северяне несут им еще более жуткое рабство, массово вступали в армию Юга, проявляя этим пролетарскую солидарность с восставшим Нью-Йорком, где пролетариат, по гениальному замечанию товарища Сталина, ударил в тыл своим угнетателям (в Нью-Йорке действительно было в 1863 году антивоенное восстание). Так что на собрании Александр жег глаголом за Мировую революцию и пролетарскую солидарность, закончив речь цитатой Ленина о переходе Империалистической войны, в Гражданскую. И не преминув упоминать через слово, известного советского историка академика Ивана Ивановича Петункова. А члена школьного комитета комсомола, который затеял всю эту бодягу, дабы сместить секретаря и занять его место, Александр добил, обвинив его в том что он за Версальцев и против Парижских коммунаров, припомнив один старый конфликт на уроке истории, где его оппонент сказал, что коммунары зря сдались на кладбище Пер-Лашез. А учитывая то что «академик» Петунков назвал его настоящим комсомольцем, правильно понимающем историю, аутодафе не состоялось. Тогда его и подцепил граф-чекист, прочитав аж пять доносов на него, сразу же вербанул, воспитал, приблизил и направил карьеру после школы.

Капитана государственной безопасности Паратов, работал, как и большинсво аргонавтов в Терминальном зале и был в курсе об аватарах исторических личностей. И он придумал вариант с аватарой генерала Ли и аватарами офицеров южан, причем на всех гомункулусах была налажена система внешнего охлаждения, благодаря чему от генерала и советников веяло холодом, плюс к этому поношенные фрагменты униформы армии конфедератов на местах проведенных акций, что подтверждало самые мистические версии происходящего…

Площадь замерла, а генерал ловко спрыгнул с коня и легкой походкой поднялся на трибуну, где пожал руки обалдевшим Великим Драконам и повернувшись к толпе, снял шляпу и воскликнул — «Вперед под знамена Дикси. К оружию!»[52] — и тут толпа восторженно заорала. Так началась Большая Южная война, в которой серьезную роль сыграли спецслужбы Аргонавтов. Как сказал канцлер императрице Ольге — «Ваше величество, лучшая защита Русской Америки, это слабые САСШ».

В Ричмонде была составлена Декларация независимости Дикси, согласно которой Конфедерация Вирджиния восстанавливалась в границах 1861 года после сецессии, с учетом возможных прибавлений территорий. Государственным девизом было выбрано «White Livs Matter» и «Deo vindice» (Под Богом).

Глава 36. Танки в кулак, а не в разброс

Вторая война Севера и Юга набирала обороты и маслом в ее шестеренках были действия Российской ЧК и Афинского СМЕРШа. Старший Майор Государственной Безопасности граф Мещерский, Главный охранитель Афинополя, создал в своей структуре отдельный департамент, совместивший контрразведку и внешние специальные операции, что было очень удобно. Например ловят шпиона или диверсанта, отправляют его в Трибунал, но ведь злодея кто то сюда послал и тому кто его посылал, кто то приказывал и по всей цепочке шли оперативники СМЕРШ, и добрым словом (а иногда и злым) и пистолетом наводили «полный консенсус» (курсив графа). Начальником СМЕРШ был поставленкапитан государственной безопасности Туров Иван Григорьевич, так как в его абордажной команде нужда полностью исчезла, в виду проявившихся в нужном количестве гомункулусов и бывшие абордажники стали сотрудниками СМЕРШ. И секретные отделения СМЕРШ были созданы при Российской ЧК, Тайном Зиндане Халифа Селима и Управлении военной картографии по делам Русской Америки и Главном Военном штабе Вирджинии. Информаторий, увеличивший количество шмелей-датчиков на планете, четко держал руку на пульсе событий.

Практически все Аргонавты, вкупе с родными и близкими из местных, были теперь терминальщиками ибо их реальное присутствие на операциях стали не особенно нужным. Для силовых акций были Шмели, гомункулусы и виманы с Летучими голландцами, действующие через мобильные порталы. Щуки тоже стали полностью автоматизированы и управлялись с терминалов. Для них был выделен отдельный сегмент Атолла, представлявшего собой теперь, нечто вроде связки Олимпийских колец. В одном из таких «колец» была теперь «Щучья гавань».

СМЕРШ и ЧК создали для армий и спецслужб Юга, режим наибольшего благоприятствования. Мало что полковники[53] Дикси, знали все о дислокации и передвижении войск противника, СМЕРШ переправил в Ричмонд самых талантливых и оставшихся ныне не у дел, генералов Франконии. Генералы Роммель и Гудериан приняли командование ими же создаваемыми Отдельными корпусами. Роммель панцер-гренадерским, а Гудериан танковым. Ну а с матчастью вопрос решили через финансы и коррупционную составляющую, которая в САСШ зашкаливала.

[48] Эвокат — римский легионер отслуживший срок, но вернувшийся на службу по приглашению консула. Из них набирали преторианскую гвардию.

[49] Дупликарий — элитный римский легионер получавший двойное жалование.

[50] «Второй Круг» — одно из названий куклусклана, на ряду с «Первым и Вторым Кругом», «Невидимой империей Юга» и «Рыцарями Белой Камелии».

[51] Саквояжники — спекулянты и рейдеры из Северных штатов, проводившие в Южных штатах, после краха Конфедерации, так называемую «Реконструкцию Юга».

[52] «Вперед под знамена Дикси. К оружию!» — строфы из гимна Конфедерации.

[53] Полковники Дикси — Правящий Сенат Вирджинии принял решение о том, что до полной победы над Саквояжниками, генерал в армии Юга будет только один — генерал Роберт Эдвард Ли