MoreKnig.org

Экономическая история мира. Том1. Экономика Древнего Востока, Древней Греции, Древнего Рима, Древней Руси: читать начало книги онлайн

Автор: Коллектив авторов



Шрифт:

Аристотель уделил большое внимание классификации «народной массы» в рамках государственного устройства. В этой классификации он выделил пять основных групп населения: во-первых, земледельцев и скотоводов, во-вторых, ремесленников, в-третьих, торговцев, в-четвертых, наемных работников (поденщиков) и, в-пятых, военное сословие. Особую группу составляли непосредственно рабы как лица, не принадлежащие к гражданскому обществу.

Причем именно первые четыре группы жили на доходы от своего труда, т. е. либо были свободными товаропроизводителями (население, занятое в сельском хозяйстве, и ремесленники), либо обслуживали процесс обмена (торговцы), либо существовали за счет вознаграждения за продаваемые трудовые услуги.

Выражаясь современным языком, названные социальные слои населения (а они составляли его большинство) уже выступали по сути в роли непосредственных субъектов товарно-денежных отношений, субъектов того рынка, который реально существовал в Древней Греции наряду с натуральным типом хозяйствования и использованием рабского труда.

Отсюда понятно, почему Аристотель как сын своего времени обратился к всестороннему исследованию рыночного обмена.

Задолго до Адама Смита он проник в тайну того объективного процесса, который не только естественно порождает рынок, но и превращает саму рыночную экономику в естественный тип хозяйствования. Этим процессом как раз было общественное разделение труда.

Кстати, обращает на себя внимание одна небезынтересная подробность. Первые рассуждения Аристотеля о значении разделения труда не случайно содержатся в его сочинении «Никомахова этика». Рассматривая специализацию людей в сфере их профессиональной деятельности (понятия разделения труда тогда еще не существовало), он связывает решение чисто хозяйственных задач с проблемами морали, с необходимостью установления «справедливого равенства» в процессе обмена различными результатами этой деятельности. В определенном смысле у Аристотеля начинает формироваться именно экономическая этика.

Уместно заметить, что этическая составляющая будет в последующем неоднократно и органически вписываться в экономическую теорию. Классическим же примером подобного соединения можно считать учение А. Смита. Ведь знаменитому «Богатству народов» предшествовало его же сочинение «Теория нравственных чувств», тогда как вся задуманная им трилогия, к сожалению, осталась неосуществленной. О том, что хотел поведать человечеству А. Смит в последней части своей теории (после первых двух ее частей – этической и экономической), можно лишь догадываться, хотя несомненно она должна была образовать синтез проблем саморегулируемой рыночной системы и общественной морали.

В «Никомаховой этике» (в пятой ее книге) размышления Аристотеля об обмене, основанном на разделении труда, выглядят следующим образом. Здесь говорится о «пропорциональном воздаянии» и «пропорциональном равенстве» работ различных субъектов экономики и подчеркивается, что только в случае «расплаты», т. е. обмена товаров на деньги, возникает «справедливое равенство». Чрезвычайно важной является характеристика обмена в качестве «общественных взаимоотношений». «Ведь общественные взаимоотношения, – пишет Аристотель, – возникают не тогда, когда есть два врача, а когда есть врач и земледелец и вообще разные и неравные стороны, а их-то и нужно приравнять. Поэтому все, что участвует в обмене, должно быть каким-то образом сопоставимо. Для этого появилась монета и служит в известном смысле посредницей, ибо ею все измеряется, а значит, как переизбыток, так и недостаток, и тем самым сколько башмаков равно дому или еде. Соответственно отношения строителя дома к башмачнику должны отвечать отношению определенного количества башмаков к дому или еде. Все должно измеряться чем-то одним. Поистине такой мерой является потребность, которая связывает все вместе, ибо, не будь у людей ни в чем нужды или нуждайся они по-разному, тогда либо не будет обмена, либо он будет не таким, т. е. несправедливым; и словно замена потребности, по общему уговору появилась монета; оттого и имя ей «номисма», что она существует не по природе, а по установлению («номос») и в нашей власти изменить ее или вывести из употребления. Итак, расплата будет иметь место, когда справедливое равенство установлено так, чтобы земледелец относился к башмачнику, как работа башмачника к работе земледельца. Монета, словно мера, делая вещи соизмеримыми, приравнивает; и как без обмена не было бы общественных взаимоотношений, так без приравнивания – обмена, а без соизмеримости – приравнивания»[5].

Несмотря на некоторую тяжеловесность стиля (да и перевода) приведенных высказываний, попробуем сделать на их основе ряд выводов и сформулировать ключевые положения аристотелевских воззрений на процесс рыночного обмена.

Первое положение характеризует обмен как прямое следствие разделения труда, порождающего различные виды деятельности врача и земледельца, строителя и башмачника, а равно и различные формы, в которых они воплощаются (земледелец производит еду, строитель – дом, башмачник – обувь). Эти формы, вступающие в процесс обмена, представляют собой товары. Однако если еду, дом и обувь действительно можно назвать «вещами», т. е. результатами сугубо материального производства, то как быть с результатом деятельности врачей. Причем Аристотель называет их уже в самом начале перечисления отдельных специализированных работников. Думается, подобное упоминание врачей не следует связывать лишь с фактом, что именно врачом был родной отец философа Никомах, хотя даже название «Никомахова этика» можно рассматривать как своеобразное посвящение памяти отца.

На наш взгляд, здесь идет речь о попытке решения одной принципиальной экономической проблемы, о том, что товарами на рынке становятся не только материальные вещи, но и услуги (в данном случае медицинские), что эти услуги вправе вступать в обмен на еду, дом, обувь и прочие экономические блага. Таким образом, Аристотель еще в период зарождения экономической науки делает важный вывод о возможности принятия товарной формы как материальными, так и нематериальными продуктами человеческой деятельности. И далеко не случайно он отнесет потом к числу благ, обладание которыми образует подлинное богатство, такие блага, как здоровье, счастье, справедливость, мужество, умеренность, дружбу и даже красоту. Пройдет немало веков, пока люди придут к осознанию огромной и возрастающей роли нематериального богатства в развитии человеческого общества.

Второе положение Аристотеля касается непосредственно проблемы товарно-денежных отношений, ибо в процессе обмена он раскрывает специфическую форму «общественных взаимоотношений», т. е. экономических отношений между людьми.

И наконец, третье, и едва ли не самое главное положение выступает результатом оригинального подхода к исследованию «соизмеримости» и «приравнивания» различных товаров, без чего невозможен их обмен.

Для обмена всегда необходимо приравнивание «разных и неравных сторон», приравнивание различных видов деятельности людей. В основе же приравнивания должна находиться их соизмеримость, а последняя требует обнаружения определенной общей качественной субстанции в любых экономических благах.

И если в дальнейшем в теории трудовой стоимости подобной субстанцией будет объявлен исключительно человеческий труд, то Аристотель подошел к решению этого вопроса с другой стороны, назвав общей мерой всех товаров сами человеческие потребности, а способность удовлетворять потребности как раз и является полезностью товара. Кстати, Аристотелю нередко приписывали открытие двойственной природы товара, обладающего как потребительной стоимостью (полезностью), так и меновой стоимостью (способностью обмениваться в определенных пропорциях на другие товары или на деньги). Между тем тайна рыночного обмена, как ее понимал Аристотель, заключалась в другом. Она состояла в обосновании потребности (а отсюда и полезности благ) в виде своеобразной «субстанции», делающей товары соизмеримыми. Можно, конечно, считать, что полезности товаров, будучи всегда качественно различными, не в состоянии обеспечить их количественное соизмерение. Однако Аристотель выдвинул принципиально иную концепцию. Общей мерой ценности разнородных благ Аристотель назвал их полезности, обусловленные в свою очередь потребностями в этих благах. Причем он обратил внимание и на такой критерий их ценности, как степень редкости, отметив, что «благо, которое отличается редкостью, превосходит благо, имеющееся в изобилии».

Нельзя отрицать, что толкование взглядов мыслителя Древней Греции на процесс обмена вызывает и сегодня определенные разногласия. И все же трудно не согласится с тем, что именно от Аристотеля при известном логическом развитии его постулатов идет теоретическая (пусть и достаточно извилистая) тропа к маржинализму и обоснованию понятия предельной полезности, к открытию закона ее убывания по мере роста количества обмениваемых благ.

Что же касается денег, названных в «Никомаховой этике» монетой, которую Аристотель считал выражением («заменой») потребности, посредником в обращении товаров и отсюда основой из приравнивания друг к другу и соизмерения, то и здесь уместно еще раз задуматься, насколько данный подход можно безоговорочно оценить в качестве ошибочного и ненаучного.

В своем знаменитом труде «Политика» (особенно в его первой книге) Аристотель предлагает нам аргументированные рассуждения о рыночных механизмах хозяйствования и дает развернутую характеристику таких понятий, как деньги, богатство, торговля и ростовщичество в рамках государственного устройства. Поэтому вначале будет не лишним хотя бы тезисно рассмотреть социально-экономические воззрения философа на само государство и общество.

Аристотель разработал довольно своеобразную классификацию типов государственного устройства, куда им было включено шесть различных типов: три «правильных» и три «неправильных», причем «неправильные» представляли по сути извращение «правильных». К трем «правильным» он отнес «монархию», «аристократию» и «политейю», а к трем «неправильным» – «тиранию», «олигархию» и «демократию». «Монархия» определялась как власть одного (царя) в целях достижения блага для всего общества, «аристократия» – как власть немногих (интеллектуальной элиты) в интересах всех граждан и «политейя» – как правление большинства, отбираемого по определенным принципам, опять-таки во имя всеобщего блага. «Тирания» выражалась в правлении одного в интересах собственной выгоды, «олигархия» – в правлении немногих наиболее богатых граждан также в их собственных интересах и «демократия» – в правлении большинства неимущих граждан с целью обеспечения их интересов. При этом, руководствуясь своими этическими взглядами, Аристотель усматривал в «правильных» типах реальное воплощение добродетели, а в «неправильных» – ее отсутствие.

«Дурная власть, – подчеркивал он, – как и дурное повиновение, не полезны ни для властвующего, ни для подчиненного».

Пытаясь выделить наилучшую форму организации хозяйственной жизни, Аристотель отдавал предпочтение земледельческому государству, выступая против чрезмерной концентрации земель и ратуя за распространение мелкого и равного для всех свободных граждан землевладения. Рассматривая приоритетный характер развития населения, занятого в сельском хозяйстве («…огромное большинство людей живет благодаря земледелию и культурным растениям»), он невольно прокладывал путь к будущей теории физиократов.

Говоря же об оценке рабовладельческой составляющей в античном мире, важно обратить особое внимание на достаточно противоречивое отношение Аристотеля к институту рабства.

Было бы по меньшей мере странным видеть в Аристотеле ученого, не исследовавшего эксплуатацию рабского труда. Немало страниц в его «Политике» посвящено характеристике рабов как одушевленных орудий производства, описанию рационального управления рабами, их отличиям от свободных граждан. «Очевидно, во всяком случае, – утверждает Аристотель, – что одни люди по природе свободны, другие – рабы, и этим последним быть рабами и полезно и справедливо». Полагая, что рабы должны рекрутироваться из варварских народов («варвар и раб по природе своей понятия тождественные»), он приводит цитату из трагедии Еврипида «Ифигения»: «…прилично властвовать над варварами грекам».

Однако будет ли правильным считать Аристотеля убежденным сторонником рабства и подчеркивать лишь классовую целеустремленность его мировоззрения? На этот вопрос следует ответить отрицательно.

Ведь в будущем справедливом государственном устройстве человеческого общества Аристотель не находит места для рабства. Причем исчезновение рабства он связывает (что было чрезвычайно прогрессивным) с развитием средств производства, тогда как его сохранение с существовавшими в Древней Греции отношениями собственности. «Если бы каждое орудие, – отмечает Аристотель, – могло выполнять свойственную ему работу само, по данному ему приказанию или даже его предвосхищая… если бы ткацкие челноки сами ткали, тогда и зодчие не нуждались бы в работниках, а господам не нужны были бы рабы». А далее он пишет, что рабом является человек, который «принадлежит не самому себе, а другому» и «становится собственностью» этого другого.

Разумеется, Аристотель не дерзал покушаться на господствовавшие в его время отношения собственности, хотя в конечном счете рискнул сделать смелый вывод: «Всякое рабство противно природе».

Переходя непосредственно к рассмотрению экономических отношений, свидетелем развития которых был Аристотель, нам представляется целесообразным остановиться на выяснении таких ключевых понятий, как деньги и богатство.

Как уже отмечалось, философ увидел в деньгах посредника в процессе обмена товарами и основу их соизмеримости, т. е., выражаясь более современным языком, универсальное средство обмена. Отсюда следовало, что сами деньги делают товары соизмеримыми. Этот тезис неоднократно подвергался принципиальной критике со стороны убежденных последователей трудовой теории стоимости и сопровождался обвинениями Аристотеля в непонимании сущности денег и поверхностном взгляде на их использование. Критика подобного рода была вполне аргументированной, если, конечно, исходить из того факта, что товары, с одной стороны, и деньги, с другой, представляют собой определенные воплощения стоимости, что деньги играют роль всеобщего эквивалента всех обмениваемых товаров, а их первой (изначальной) функцией является мера стоимости товаров. Совершенно очевидно, что изложенная концепция действительно и в корне не соответствовала взглядам Аристотеля на природу денег. По его мнению, деньги родились прежде всего в качестве наиболее удобного орудия обмена. С их помощью «измеряется как значение тех предметов, которых у нас больше, чем надо, так и потребность в тех, которых у нас недостает». «Вместо меры вещей натурою, – уточняет Аристотель, – люди согласились давать и получать за предметы нечто такое, что, будучи ценно, имеет ту выгоду перед прочими предметами, что оно удобно для обращения». И здесь же добавляет: «Сами по себе деньги суть совершенные пустяки и имеют лишь значение условное».

Все это показывает, что Аристотель вообще не рассматривал проблему соизмерения ценности различных благ и денег. Он считал, что деньги используются в виде монет не в силу обладания ими какой-либо собственной внутренней стоимостью, а лишь потому, что они обращаются. С этой точки зрения, у денег не могло быть и функции меры стоимости, вместо которой они наделялись чисто измерительной функцией, играющей роль понятного каждому, как сказали бы сегодня, масштаба цен и являлись, по сути, «счетными деньгами». Употребление денег, по мысли Аристотеля, давно вошло в обычай и в той или иной мере регламентировалось государством.

Не пытаясь искусственно модернизировать взгляды древнегреческого ученого, уместно заметить, что они (пусть и отдаленно) чем-то напоминают современный функциональный подход к сущности денег, которая определяется здесь не сама по себе, а исключительно выполняемыми ими функциями. При названном подходе деньги как раз и рассматриваются в качестве стихийно выработанного и отобранного рыночной экономикой инструмента, необходимого для решения многочисленных проблем товарного обращения.

[5] Аристотель. Соч.: В 4 т. Т. 4. М.: Мысль, 1984. С. 155–157.

Конец ознакомительного фрагмента.

Правообладателям и читателям!
Произведение защищается авторским правом. Вы можете ознакомиться с фрагментом. Если начало вам понравилось, то можно приобрести легальную полную версию по ссылке ниже у нашего проверенного и надежного партнера.
Назад 1 ... 30 31 32 33 34 35 36 37 38 39 Вперед
Перейти на стр:
Шрифт:

Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Будь со мной до заката
Будь со мной до заката
[Современные любовные романы]
В нашей школе появился новичок — Глеб Петровский. Нахал, каких поискать: красавчик, денег куры не клюют, а характер — хуже не придумаешь. С первой же минуты он обозвал меня никчёмной, и теперь я во
0
Я кот, и он пес
Я кот, и он пес
[Детективы / Ужасы / Проза / Приключения]
Продолжение мистическо — фантастической и местами детективной истории про нелегкую жизнь программиста в теле кота и более приятное, но тоже обремененное заботами существование кота в теле его хозяина.
0
Под чадрой Ирана. Рассказы о жизни в современной Персии
Под чадрой Ирана. Рассказы о жизни в современной Персии
[Документальная литература / Биографии и Мемуары / Путешествия и география / Проза]
Весна 2018 года. Желание увидеть Иран было сильнее страха перед неизвестностью. Сведения из энциклопедий и картинки в Интернете не давали чёткого представления о жизни в стране. Поехала я одна в
0
Тьма рождает звезды
Тьма рождает звезды
[Любовные романы / Любовное фэнтези / Современная проза / Фэнтези]
Он — Падший, покорившийся своим темным стремлениям. Она — его злейший враг, та, кому предначертано стать его погибелью. Их запретная любовь расколола мир на части. И исцелить его способны
0
Записки из Колыбели солнца: Северная Корея глазами иностранки
Записки из Колыбели солнца: Северная Корея глазами иностранки
[Документальная литература / Биографии и Мемуары / Публицистика / Путешествия и география]
Два месяца - в информационном вакууме. Никакого интернета. Никаких лишних новостей. Два месяца - в самой закрытой стране мира. Новые друзья, интересные происшествия, беззаботная студенческая жизнь и,
0
Рождество взаперти
Рождество взаперти
[Крутой детектив / Детективы]
Один из самых культовых хонкаку‑циклов. От основателя и первого президента клуба хонкаку. Элис Арисугава – второй по известности после Содзи Симады автор японских неоклассических детективных
0
Позовите Малену. Ей доверяли жизнь
Позовите Малену. Ей доверяли жизнь
[Современная проза / Историческая проза]
Сардиния, 1917 год. Малена, потомственная повитуха, помогает женщинам деревни Норолани в родах, ничего не ожидая взамен. Когда с фронта Первой мировой возвращается ее искалеченный муж, ей нужны
0
Цветущие сады зла
Цветущие сады зла
[Детективы / Триллер]
От автора бестселлера «Цветы смерти»: только в России продано более 70 000 экземпляров. Ловушка для идеального убийцы. Высокий рейтинг на популярнейшем корейском книжном портале «YES24». Пак
0
Негры
Негры
[Самиздат / Публицистика]
Несколько провокационно, но честно.
0
Сводные. Со вкусом твоей мести
Сводные. Со вкусом твоей мести
[Современные любовные романы / Проза / Современная проза]
Саша появился в её жизни внезапно – наглый, холодный, с улыбкой от которой хотелось сбежать. – Ты плохо за ней следишь, Дим. Значит, теперь она моя. Лена влетела в его жизнь так же – нелепо,
0
После развода. Главврач, я не должна тебя любить
После развода. Главврач, я не должна тебя любить
[Детективы / Психология / Секс и семейная психология / Современная проза]
В день, когда Вера Соколова приходит к могиле младшей сестры, она ждёт мужа. Но Кирилл не приезжает. Позже Вера узнаёт, что годовщину, которую она проживает как самый тяжёлый день в году, он провёл с
0
Давай нарушим правила
Давай нарушим правила
[Современные любовные романы / Проза]
"Выбираю тебя".Всего два слова на винтажной фактурной бумаге. Снизу – электронный адрес.– Я не понимаю, – смотрю на свою соседку по комнате.А она побледнела. Но во взгляде не только страх, но и
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Развод. Я тебе ничего не должна
Развод. Я тебе ничего не должна
[Современные любовные романы]
- Скорее раздевайся, Ириша. Я до спальни не дойду. Прямо тут тебя сейчас... Охрипший от возбуждения голос мужа звучит в тёмной гостиной оглушительно громко. Не так я планировала начало
6
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
5
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
12
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Двадцать два несчастья. Том 14
Двадцать два несчастья. Том 14
[Самиздат / Попаданцы]
У Епиходова несчастий — двадцать два подряд, Но враги от этих бед в панике бежат! Фортуна! Лотерея! В жизни как в кино, Но не как в кино… Здесь все предрешено! У Таисии на шоу выдал весь
2
43 таракана в твоей голове. Психологические и психиатрические синдромы, которые отравляют нам жизнь
43 таракана в твоей голове. Психологические и психиатрические синдромы, которые отравляют нам жизнь
[Основы психотерапии / Общая психология]
Если иногда кажется, что ваша психика – большая коммуналка, где втихаря поселились «паника», «самокритика» и «вечный спасатель», – эта книга для вас. Здесь вы найдете «досье» на каждого «оккупанта»,
0
Семейное древо
Семейное древо
[Современные любовные романы / Самиздат]
Всю жизнь Анна пребывала в полной уверенности, что на всем белом не осталось ни одного родного ей человека, но внезапно с ней связывается поверенный, чтобы сообщит о смерти ее бабки Клавдии. Девушка
0
Кодекс Охотника. Книга XXXIX
Кодекс Охотника. Книга XXXIX
[Самиздат / Попаданцы / Боевая фантастика]
Многомерная Вселенная, Равномерная Вселенная, Кодекс… Что-то их всех связывает. А учитывая, что Вселенных еще больше, то и тайн тоже сильно больше. Я всё еще заперт в Запретном мире и у меня нет
3
Мир содрогнулся… Народ не заметил…
Мир содрогнулся… Народ не заметил…
[Классическое фэнтези / Социальная фантастика]
А в каком бы мире мы жили, если бы Владимир в Х веке принял ислам, а не христианство?.. А потом изобрели бы «машину времени», и отправился бы исследователь разбираться в причинах такого выбора… Во
4
Тьма внутри
Тьма внутри
[Самиздат]
Очень долго ждал выхода первой игры полного погружения? Планировал своё развитие в мага нагибатора? Хотел заработать? Получай класс друида, и старт вдали от всех городов. Тебе мало и ты все равно
0
Умереть с первого взгляда
Умереть с первого взгляда
[Детективы]
Мошенничество в Интернете приобрело небывалый размах, превратившись в настоящую эпидемию. Детектив-суперинтендант Рой Грейс сталкивается с бандой хитроумных аферистов, орудующих на сайтах агентств
1
 Разгром линии Маннергейма
Разгром линии Маннергейма
[Документалистика / О войне]
Книга «Разгром линии Маннергейма» содержит воспоминания участников боев с белофиннами. Эти воспоминания взяты из двухтомного сборника «Бои в Финляндии».
0
Избранная. Пробуждение
Избранная. Пробуждение
[Любовная фантастика / Самиздат]
Правильно говорят — люди не ценят то, что у них есть, пока не потеряют. Я не особо прислушивалась к данному высказыванию, равно как и к другим напутствиям людей постарше. Мне хотелось совершать
0
Догнать и перегнать 1978
Догнать и перегнать 1978
[Попаданцы / Самиздат / Альтернативная история]
«Так, что же со мной? Как такое возможно? Почему я?.. Божественное вмешательство? Безусловно. Только, Боже мой, зачем?! Разве кроме меня других людей на Земле нет? Разве я именно тот, кто достоин...
3
Торпеда. Возвращение пацана. Книга 1
Торпеда. Возвращение пацана. Книга 1
[Криминальный детектив / Современная проза]
Для того чтобы иметь все, необходимо задуматься о своей сущности. Все это познается с помощью определенного опыта, но этот опыт каждому дается не просто. Приходится совершать множество ошибок и
0
Троя (S-T-I-K-S) [огрызок]
Троя (S-T-I-K-S) [огрызок]
[Попаданцы / Постапокалипсис / Недописанное]
Можно ли выжить в мире, где не спасает танковая броня, с помощью пары задорно торчащих сисек? Как не стать закуской вечно голодных монстров, если твое оружие — сногсшибательное тело, неукротимая
0