Повседневная жизнь осажденного Ленинграда в дневниках очевидцев и документах: читать начало книги онлайн

Было бюро райкома. Обсуждали вопрос о грубом отношении мастеров к рабочим. Прошел неплохо, но отдельные товарищи (Колесников, Скоробогатько) попытались смазать остроту постановки вопроса. Что это за заявление Скоробогатько: «Нужно изъять дефективных – это раздражает мастера». Или Колесников: «Я не знаю об этих фактах». Но тебе говорят на бюро, а как ты будешь реагировать? Какое-то беспартийное выступление.

15 декабря [1943 года]

Была с утра на заводе «Электросила». Смотрела ежедневные «боевые сводки» по заказам Донбасса, довольно интересные, призывающие, критикующие. Лозунги хорошие: «Возродим родной Донбасс».

Беседовала со Скоробогатько (о перспективах пропагандистской работы), Левитиным, Гинзбург о качестве газеты.

Вечером была на занятии кружка Шварца, где занимаются комсомольцы. Что ярко бросилось в глаза. Неподготовленность пропагандиста, академизм, никаких ярких фактов, нет карты. Комсомольцы не подготовлены: с ними говорим, а они спешат в кино.

Проводила семинар на заводе Егорова по третьей теме. Что не понравилось: все куда-то спешат, хотели семинар провести в 30 минут, а занятие за 40 минут – вот самый настоящий формализм.

Была на курсах агитаторов. Читала Ушполь, чувствуется, что народ доволен всем ходом учебы.

17/XII [1943 года]

Вызывала культпропов (вечером и утром) о предварительных итогах изучения книги тов. Сталина и дальнейших перспективах, говорила о работе в комсомоле и их мнении о воспитательной работе среди молодежи.

18/XII [1943 года]

Состоялся первый выпуск агитаторов. Остались довольны учебой, чувствовалось серьезное отношение. Указали на недостатки (мало политической карты – дали только 6 часов, надо бы 10–12). В выступлениях прямо заявили, что встряхнули мозги крепко. С понедельника начнем вторую очередь. Вечером была на бюро РК ВЛКСМ, где обсуждали вопрос о работе пионерской организации (присутствовали дети). ‹…› Обсуждался вопрос о плохой работе и большой неуспеваемости.

Второй вопрос – о работе комсомольских организаций промкооперации. Убожество: слабы кадры.

20/XII [1943 года]

Было совещание у В. В. о некоторых вопросах работы комсомола, присутствовали некоторые секретари комсомольских организаций. Одно ясно, что руководство РК ВЛКСМ увлекается производственной работой, а не заниматься воспитанием. Возрастной состав [организаций] сильно изменился – малыши, дети, а с ними работают по-старому, копируя партийные формы. Говорят как со взрослыми, а им присуще все молодое, задорное. Помогают совсем мало и с активом не работают. А мы, партработники, проглядели, и крепко.

21/XII [1943 года]

[Состоялся] крупный разговор с Ушполь. Остался осадок. Может быть, и я виновата во многом, возможно. Нужно посмотреть за собой.

23/XII [1943 года]

Лекция т. Вольпе «О военном положении СССР накануне Нового года». Присутствовали 120 человек. Ждала сильного доклада, но он не получился.

25/XII [1943 года]

Знакомилась ‹…› по особой записи [с высказываниями] частных лиц, неустойчивых и антисоветски настроенных.

Начальник отдела снабжения [неразборчиво] 21 декабря, прочитав газету о государственном гимне, заявил:

– Слыхали, что Интернационал лопнул, вот тебе и пролетарии всех стран соединяйтесь, вот тебе и коммунизм, только сразу нельзя было.

Придется дать противовес. Мастер ремонтной конторы РЖУ [неразборчиво] утверждает, что якобы политика СССР определяется требованиями союзников:

– Ввели погоны, которые раньше срывались с золотопогонников.

Работница фабрики «Пролетарская победа» № 2:

– Не так скоро кончится война, хотя я и малограмотная, а мне не нравится эта Англия. Эти договоры – все бумага. Вот второй фронт не открыли, хотят прокатиться за счет России.

Явное недоверие к союзникам, к Великобритании.

Такое же недоверие высказал главбух завода № 4 Макаров по поводу конференции трех держав:

– Война не скоро кончится, продлится и в 1945 году – все хотели убедить тов. Сталина воевать одному, пока не разделаются с Японией. Не хотят открывать второй фронт.

Медсестра поликлиники № 18 Гаврилова о конференции руководителей трех держав высказала крайнее изумление: