— Он — всего лишь подопытный. Мне нужны вы.
— Подумайте, профессор. У вас есть шанс передумать. Пока есть.
— Ни куда вы не денетесь. В коридоре — охрана, все вооружены. Ваша девушка может попасть под огонь.
— Мне все равно, сколько у вас людей. От этого зависит только количество трупов, когда я уйду. ОНА. ОНА меня предала. Вольно или невольно. Это я не прощаю. Делайте с НЕЙ что хотите. Вы тоже находитесь на линии огня, профессор. Подумайте, одна шальная пуля и вам больше не нужна «Изумрудка». Кстати, зачем вам она?
— Она стоит миллионы. Любая фармакологическая компания заплатит тем и на тех условиях, которые я запрошу.
— Перед тем, как уйти, огорчу вас. Это только один из рецептов, нужный сейчас этому человеку. Он сделает свое дело. Дальше понадобится другой рецепт. Он его тоже не получит.
— Вы не уйдете отсюда.
— У ваших людей 30 секунд, что бы положить оружие и уйти в дальний конец коридора. Время пошло.
Наступила тишина. Прошло 30 секунд. Ни кто не шелохнулся.
— Плотная. — сказал ОН.
У одного из бойцов не выдержали нервы, он выстрелил. ОН немного отшатнулся, его руки вылетели из-под плаща с револьверами. Выстрелил в ногу, в стопу. Одному, второму. Профессор отжался за дверь. Выстрелы в ответ. ОН шел по коридору, стреляя в стопу. Доктор видел, как пули отлетают от НЕГО. Подошел к балконной двери, поднял автомат одного из охранников. Очередь по косяку. Тяжелый армейский ботинок вынес косяк вместе с дверью. ОН вышел на балкон. Руки ушли под плащ. Выбежавшие охранники увидели, как ОН поднялся над зданием, перелетел на крышу соседнего корпуса, сел в СПОРТКАР и улетел. 25 человек были ранены, все в стопу. Больше ни кто не пострадал. Доктор зашел в палату. Увиденное его шокировало. Человек непробиваем для пуль. Он сам два раза выстрелил в НЕГО, целясь в ногу.
— Вы бесчестны, доктор. — сказал морпех. — Вы не офицер Российской Армии. Вы её позор.
— Торгаш. — ревела ОНА. — Вы сломали мою жизнь. ОН мне этого не простит. Что я буду делать?
ОНА убежала в свою палату и, плача, упала на кровать.
— Я отказываюсь вам помогать. — добавил морпех. — Завтра же выписывайте меня. Дома полежу. А очухаюсь — устроюсь на работу.
Он явно засыпал. Профессор сел на стул рядом с медсестрой.
— Верочка. Принесите мне воды.
Медсестра встала, сделала шаг, другой, и упала без сознания.
Елена утром забирала ЕЁ из госпиталя. ОНА была в прострации. Взгляд пустой, движения вялые. Когда Елена одевала ей плащ, а на улице шел дождь, ОНА посмотрела на неё и спросила.
— Что теперь будет? Кто меня защитит? Кто поможет?
— Поехали домой. Там обсудим, подумаем.
Дома посидели за чаем. ОНА рассказала всё что видела.
— Успокойся. Я поняла ЕГО. ОН как папа. Подуется и простит. Накажет, конечно.
— Мне все равно лишь бы не бросил. Ты поговоришь с ним?
— Поговорю, только наберись терпения. Давай сегодня отдохнем, а завтра книгой займемся.
Вечером приехала Маргарита. Елена приняла её холодно. Маргарита достала документы.
— Елена. По записке — старый принтер, производился до КАТОСТРОФЫ, струйный, чернила тоже. Сейчас такие не производят. Оксана. Я не знаю с чего начать. Вот, вас заказал этот человек. «Стрела», вернее Эстелла, присутствовала во время переговоров, приняла аванс. Вы о нем писали. Арестовали, но выкрутится, у него связи.
— Это уже не ваше дело. Мы им займемся. — ответила Елена.
— У него связи везде.
— Даже братик ему должен?