ОН завис. Из брюха потекло зерно. Корабль едва заметно ходил вверх-вниз. «Из чего он сделан? Нижний — судно-балкер, сверху — вроде тоже. Два балкера, положенных один на другой. По плану сегодня 700 000 тонн, но мы проверим и взвесим. Хотя ОН ни когда не обманывал. Раньше заказывали через его секретаршу — Стромбир. Её ни кто не видел, только слышали. Великолепный английский, в России хорошие школы. Сейчас через Эбет. Хороший английский, видно, не очень хорошей ученицей была». Разгрузился, поднялся, полетел на восток.
Елена вышла на пляж. Есть свободные лежаки, можно позагорать. Машину отдала в СТО — барахлить стала. Жалко, уже столько лет у неё. Механик сказал, что посмотрит, но запчасти не все есть, давно не выпускают. Ксюша еще день-два в госпитале и домой. Нужно позагорать, пока есть возможность. Купаться — вода холодная. Расположилась на лежаке, второй рядом, свободный. Едва успела лечь.
— Девушка. А что вы одна отдыхаете? Могу составить компанию.
Стоял «мальчик». Мышцы подкачены, но вяловаты, пивной животик только начал расти. Пивом от него уже пахло.
— Мальчик, гуляй. Не по зубам я тебе.
Он сел рядом с ней, положил ей руку на живот.
— Одна. Такая красивая, и такая грубая.
Она мило улыбнулась, рука скользнула в сумку под лежаком. Ствол уперся «мальчику» в ногу.
— Сам уйдешь, или помочь?
— Ты что, ухожу, ухожу. Бешеная какая-то.
Она быстро убрала оружие в сумку. Все вокруг видели, что она не в настроении общаться.
— Здесь свободно?
Мужской мягкий бас, немного знакомый. Стоял мужчина её возраста. Подкаченный, даже перекаченный, но гармонично, в солнцезащитных очках.
— Располагайтесь. — ответила она безразлично.
Он лег на соседний лежак, оплатил его аренду. Вещей — небольшая спортивная сумка, на руке татуировка цепи, от плеча до локтя. «Хорошо, пусть лежит». — подумала она. — «Другие будут видеть, что я не одна. А то на пляже нельзя показаться. Он подкаченный, лицо что-то знакомое, не могу вспомнить. Я красива и элегантна. Похожи на семейную пару. Надо что нибудь у него спросить, или попросить. Пусть видят, что мы не чужие». Она повернулась на живот, повернула к нему голову.
— Молодой человек, у вас не будет воды. — спросила она тихо.
Он, не глядя, порылся в сумочке и достал пол-литровую бутылочку воды. Еще не вскрытую. Она вскрыла её, приподнялась, попила, закрыла и положила около себя.
— Спасибо. Лицо мне ваше знакомо. Не могу вспомнить, где я вас видела.
— Ну, в Москве, наверное.
— Конечно в Москве. А когда?
— Давно. Слишком давно.
«Летит, летит» послышались голоса с пляжа. Мимо пролетал СПОРТКАР. Она проводила его взглядом, посмотрела на него. Он даже не шелохнулся. Она легла на лежак, протянула к нему руку и провела указательным пальцем по татуировке.
— Вспомнила, братик. Ты уже совсем обнаглел. Тебя ищет полмира, вторая половина боготворит. А ты на пляже.
Со стороны было видно, что она с НИМ заигрывает. Послышались сдавленные вздохи разочарования и облегчения. Эта «киска» была явно занята. ОН положил свою руку не её, слегка прижав к своему телу.
— Какие у тебя мозолистые руки. Ксюша говорила, что они ещё и ласковые.
— Я по поводу ЕЁ. ОНА писала о морпехе. Что там?
— Ампутант. — она повернулась на бок, лицом к НЕМУ. — Повреждены нога, рука, глаз.
— Придется давать стабилизированную формулу.
— У папы была только стабилизированная.
— Я доработал. У другой несколько иные свойства, и выше мощность.