Идея замаскированного под библиотеку магазина осенила Геста однажды ночью. После очередного постановления о запрете ночной торговли алкоголем изобретательные продавцы выдумали «аренду»: берешь бутылку, оставляешь в залог некоторую сумму денег. Какая-такая продажа? Ни-ни-ни! Аренда! А что арендованный товар не вернули – ну, знаете ли, может, разбили бутылку-то…
Гест, глядя на ряд киосков с яркими банками и бутылками, заметил, что пестрые эти полки удивительно напоминают книжные стеллажи. И выдумал «библиотеку».
Особенно он гордился пунктом про частичный возврат залога. Отыскать «повреждения» несложно, хотя сильно они с Галей не придирались, отпугивать людей излишней требовательностью не хотелось. Да, большинство читателей предпочитали оставить книжку себе, но ведь бывает, для кого-то и сумма залога «кусается». А случиться в процессе чтения и впрямь всякое может. Тогда из залога удерживались небольшие проценты, а «поврежденные» экземпляры отправлялись на отдельные стеллажи, где и сумма залога была соответственно меньше.
На тех же стеллажах размещались издания, принесенные на «обмен». За совсем небольшую доплату можно было поменять свою книгу на любую из отдела «уценки».
– Ну как, за новыми пора двигать или терпит?
– Вот список. – Галя подала ему два листа А4. – Те, что особенно хорошо идут, я отметила.
– И наверное, тебе уже кого-то в помощь надо? Без выходных практически работаешь.
– Ну… – Она замялась. – Есть две-три девочки, только…
– Галь, меня их предыдущее место работы меньше всего волнует. Что касается морального облика – главное, чтоб не крысятничали и не стучали. Ну и по-русски внятно изъяснялись, а не как на рынке. Да ты и сама все понимаешь. В общем, приводи, посмотрим на твоих протеже. Тем более что, чувствую, одной этой точки нам скоро недостаточно станет.
Примерно через полчаса, когда в «библиотеке» уже побывало с десяток посетителей, дверь распахнулась, впуская Якута и следовавшего за ним Харю.
– Ну как? Не обижает никто? – задал Якут дежурный вопрос.
Валентин ответил так же дежурно:
– Кто ж на твою поляну попрет, дурных нема.
Обошел Галин стол, сунулся в денежный ящик, отсчитал, сколько требовалось, протянул Якуту:
– Бухгалтерию станешь смотреть?
«Бухгалтерия» была простенькая, для себя, не для ревизоров. Какие ревизоры в библиотеке? Тут же не магазин!
– Мне делать нечего, как тебя проверять? – Якут сунул пачку в карман не считая. – Крысятничают дураки, а ты умный. Если надумаешь меня надуть, – он, впрочем, произнес не «надуть», а другое слово, да еще уголком рта брезгливо дернул, – по бумажкам я тебя не поймаю. Но ты не надумаешь. Тебе со мной дружить выгоднее. И главное, ты это понимаешь. В отличие от… некоторых. – Он покосился на зависшего у одного из стеллажей Харю.
Валентин удивился – громила был явно настолько верным псом, что сама мысль о крысятничестве казалась дикостью. Бросив взгляд в ту же сторону, он отважился спросить:
– Неужели… он?
– Он – нет. Но всякие бывают. Без мозгов. – Якут на мгновение хищно оскалился. – То есть сперва фигурально без мозгов, а после и буквально. Не, это не про тебя. Ты вон до какого додумался. – Он обвел глазами светлый зал, покачал головой. – Я, честно сказать, не ожидал, что пойдет. Кому сейчас до книжек? Ошибся, выходит. – Он похлопал себя по карману, куда убрал свой «процент». – И это хорошо. Не хлебом единым. И не игровыми автоматами. Кстати, о книжках…
– Сейчас.
Нырнув в подсобку (которая была больше основного зала), Гест вернулся, держа в руках стопку книжек: три глянцевых томика с красными буквами «БГ» (означавшими серию «Бестселлер Голливуда») на корешках и одну мягкую, с портретом узколицего японца в очках на обложке.
– Вот, держи. У «Сёгуна» тираж давно разошелся, поэтому так долго разыскивал, извини. А это – автобиография Акио Морита.
– Что за перец?
– Основатель Sony, который придумал аудиоплеер. Правда, только мягкая, в твердой обложке никто не рискует пока выпустить. Бери-бери, ты не просил, но тебе понравится.
– Спасибо.
– А мне можно? – пробасил Харя, протягивая Гале два пестрых томика, шпионские боевики из последнего поступления. – Вот, правильно? – Он положил на стойку деньги.
– Да ладно тебе. – Гест попытался его остановить, но Якут не позволил.
– Все верно он сечет. Я соучредитель, мне можно, а он кто? Просто посетитель, а посетитель должен правила соблюдать. Молодец, Саня, соображаешь.
Харя расцвел. Должно быть, хвалили его нечасто.