— Почему?
Мишель оставляет недоеденный бургер на подносе и смотрит на ребенка.
— Мне там не нравится.
— Чарльз, я тоже не любил школу.
Сын хмурится и после недолгой паузы говорит:
— Там только еда вкусная.
Мы с Мишель улыбаемся, и я чувствую, как наши пальцы соприкасаются на столе.
— Тебя там обижают? — уточняет Мишель.
— Нет. Мне просто не нравится, — отвечает Чарльз, тем самым заканчивая разговор.
— Пап, а ты мне купишь еще один бургер?
— Ты сначала этот начни есть и оставь Бэтмена.
— Не волнуйся, я его съем.
Я закатываю брови и обращаюсь к Мишель:
— Ему только шесть, но у него всегда на все найдутся ответы.
Вечер проходит прекрасно. Это единственный вечер, который так прошел. Не помню, когда такое было. Я заказываю еще по бургеру, чему сын радуется. Чуть позже я пью кофе, а Мишель с сыном заканчивают разукрашивать машину. Довольный Чарльз показывает мне их творения и целует в щеку Мишель в ответ за помощь. Мишель поглядывает на меня, и мы улыбаемся, молча благодаря друг друга.
МИШЕЛЬ
После Макдональдса мы прокатились по городу, и я наконец увидела ночной Нью-Йорк. Не тот в котором живу, а тот, который показывают в фильмах: красивый, с людьми, которые торопятся по делам, с пробками известных желтых такси.
Добравшись до нашего опасного района, я прощаюсь с Чарльзом, и тот, улыбнувшись, скрывается за дверью квартиры.
Теперь я могу его спросить то, что должна была в самый первый момент.
— Адам, ответь только честно, пожалуйста!
Он вздыхает и уже понимает, о чем я.
— Есть одно место. Озеро, до него два часа ехать… Мишель, забудь, это уже неважно, не забивай голову этим.
— Если его кто-то будет искать? — тревожусь я.
— Никому он не сдался. Да и если будут. Никто не знает. Пистолет у меня, а выстрел никто не слышал. Он на дне. Там глубоко. Теперь он кормит рыб.
Глубоко вздохнув, я прислоняю лоб к его груди.
— А откуда у тебя пистолет?
— Я понял, что тут без этого никак. Я услышал твой голос, когда ты вошла в подъезд, а потом громкие хлопки дверью.
Я поднимаю голову, заглядывая в его глаза, и вижу в них отражение заката.
— Ты прав, не нужно забивать этим голову. Спасибо тебе.
— Так поступил бы каждый