Кайрат доел булочку и облизал крошки, прилипшие к пальцам.
— Мой папа, оказывается, был интриганом по натуре, — посмотрев на подушки пальцев, изрёк Кайрат, — держался до последнего и не признавался. А ведь, ты ему тоже понравилась?! Или он трусил?
— Он боялся, что я откажу, — поддакнула мама, — поэтому пошёл длинным путём, как лис ближе и ближе подбираясь ко мне.
— Что же папа не мог тебя где-нибудь подкараулить, чтобы рядом не оказалось Рамзии. И чистосердечно признаться…, ну, или пригласить тебя одну?
Женщина пожала плечами.
— Время было другое. Люди вели себя скромно. Парни скромно ухаживали за девушками и боялись, оскорбить. Те, которые имели дерзость приблизить губы в сторону девушки в попытке поцелуя без её разрешения, сразу получали пощёчину. И девушка не встречалась более с таким наглым мужчиной.
— Но он мог встретить тебя…, будто бы «случайно» в столовой и сесть за твой столик. Ты же ему не отказала бы в такой элементарной просьбе?
Мама снисходительно покачала головой.
— Бесспорно, не отказала. Но знаешь, сынок, какой обед я приносила с собой на работу?
— Нет.
— Два кусочка сахара и кусок хлеба, — для наглядности, она кивнула в сторону тарелки, на которой лежала разделанная булка.
— Разве?
— Да, сынок.
— Трудно назвать то, что ты ела полноценным обедом! Неужели ты не чувствовала голода?
Мама призадумалась.
— Не помню. Но мне было достаточно. Мы — дети послевоенных лет не были избалованы продуктовым изобилием. Помню, что, когда я была маленькой, то боялась, как бы ни повторилась война. Весь советский народ опасался возвращения войны! Мы помнили страдания! Поэтому радовались куску хлеба и мирному небу.
— Мамулечка, ты отвлеклась от темы знакомства.
— Это было маленькое отступление! — кончики её губ тронула мягкая улыбка.
— Как же папа тебе признался?
— Он увидел меня с другим парнем!
— С Альбертом?
Мама добродушно кивнула.
— Да. За мной ухаживал…, вернее, пытался, приударить один парень по имени Альберт. Твой папа увидел соперника и, по-видимому, решил, что более медлить нельзя!
— Конечно. Увели бы красивую девушку у него из-под носа. Держу пари, что папа всполошился.
— В один день Альберт назначил мне свидание и попросил разрешения, встретить меня с работы.
— Разрешение? — удивлённо хмыкнул сын.
— Именно разрешение, — придав слову многозначительность, ответила мама. — Парни проявляли галантность и красиво ухаживали за девушками. Я же говорила, что нахрапистость не приветствовалась и девчата сторонились подобных ухажёров.
— Разве среди вас…, имею в виду, среди девчонок не было разгульных особ?
— Попадались. Но они не вели себя слишком открыто. Всё равно держали себя в рамках.
— Хорошо, мама. Дядя Альберт получил разрешение?