— И тут вступает в действие главная героиня конфликта неразделённой любви, — вновь подал голос сын.
— Именно. Я утянула Альберта в противоположную сторону и объяснила ему, что это коллега, который ухаживает за моей подругой. Я предположила, что вероятно они поссорились.
— Мама, но ты же покривила душой? Скажи честно?!
— Почему так думаешь?
— Ты говорила, что папа понравился тебе.
— Да. Понравился. Но в то же время, он встречался с Рамзиёй. Так что никакой лжи. Я пояснила Альберту, что знаю этого человека.
— Это ясно. Ты хотела его успокоить?
Женщина махнула рукой. Кайрат воспринял жест матери, как согласие.
— Альберт моментально всё понял. Он допустил, что, возможно, парню требуется совет, и он желает, помириться с Рамзиёй. Я подтвердила его предположение и попросила, чтобы Альберт оставил меня с ним.
— А ты мне говорила, что целовалась с Альбертом?
— Сынок, ты невнимательно меня слушал. Я говорила, что как-то Альберт протянул губы в попытке поцеловать. Но я отстранилась.
— Точно, — щёлкнул пальцами сын. — Вспомнил. Ты побрезговала Альберта. У него были фурункулы на лице.
— Действительно, сынок! Возле рта я заметила маленькие прыщики с точками белых гнойничков. Мне стало неприятно, подумав, как он дотронется ими до меня. Я не могла пересилить чувство брезгливости. Когда я вспоминаю этот момент, мне становится стыдно за поведение.
— Почему?
Мама молчала. Она перенесла взгляд куда-то за спину сына и, не мигая, посмотрела в одну точку.
— Ну, почему? — повторил вопрос Кайрат, — я бы тоже не смог целоваться с девушкой, у которой прыщавая физиономия.
Мама, словно очнувшись, пояснила.
— Стыдно, оттого что…, оттого что я не смогла утаить от Альберта своего отношение. Он прочитал на моём лице, будто с этикетки, как мне противно целоваться. Альберт едва не заплакал.
— А ты поморщилась, когда он протянул прыщавые губы?
— Скорее всего, да! Тогда я не контролировала выражение своего лица. Вернее, это произошло непроизвольно.
— Значит, он правильно понял, как ты его «любишь», — ощерился Кайрат.
Мама погрустнела.
— Несмотря на внешний, непрезентабельный вид, Альберт по своей натуре был сердечным и добрым человеком. Теперь я знаю, что Аллах наказал меня за то, что я обидела сироту.
— Брось, мама! Это твоя мнительность. Никого ты не обижала. Ты видела Альберта с тех пор?
— Да. Случайно в городе.
— Опа! Ты мне об этом не говорила!
Мама поднесла чай ко рту и отхлебнула. Затем включила газовую плиту и поставила чайник, подогреть.
— Совсем остыл, — невзначай ответила женщина.
Кайрат дождался, когда она снова уселась за стол.
— Давно встречалась?