— Вот увидишь, сынок, она не будет счастлива с другим…, раз она обманула тебя и предала, то грош ей цена! Не расстраивайся. Пусть поживёт с чужим мужчиной и посмотрит разницу. Уверена, будет плакать горючими слезами!
Кайрат поперхнулся и закашлялся. Его брови от удивления поползли вверх.
— Мама, ты о ком? — озадаченно осведомился он.
Она сникла, как мокрая вата. Ей стало неуютно под недоумённым взглядом сына. Мать поняла, что наговорила лишнего.
— О ком ты говоришь? — повторил Кайрат.
— Ну, кто-то же виноват в вашей разлуке? — она виновато пожала плечами. Ей стало стыдно за мнительность и за то, что выгораживая сына, обвинила невестку.
— Да, кто-то виноват! — уклончиво ответил Кайрат.
Он хотел сказать: «Виноват, мама, один глупец — это я!», но спохватился.
Мама аккуратно пододвинулась ближе.
— Кто?
Она отметила, как сын тяжело вздохнул. Кайрат грустно хмыкнул.
— Жизнь!
Мама погладила его по взъерошенным волосам.
— У тебя обязательно наладится. Ты, моя опора и стена!
— Опора скоро рухнет под тяготами, — исподлобья изрёк Кайрат, — надоело идти против ветра!
— Ветер имеет свойство менять направление, — мудро подсказала мама, — надо лишь немного набраться терпения!
Кайрат поставил тарелки в раковину. На душе скребли кошки. Он захотел остаться один.
— Мама, пойду в комнату!
— Чай?! — она растерянно развела руки.
— Не хочу!
Кайрат закрылся в спальне и подошёл к магнитофону. Он выбрал кассету с группой «Рок — острова». Проделав несложные манипуляции с клавишами, он запустил музыкальную композицию. После мелодичного вступления, послышался бархатный голос солиста.
«Ласкает ветер нежную листву,
Опутав тишиною этот мир.
Стучится ночь, её я приглашу,
На мой тоскливый, одинокий пир».
Молодой человек устало сел на диван и горестно уставился в окно. Он словно одеревенел.
«Налью вина, поможет хмель забыть,
Твои глаза, под бархатом ресниц.
Смакуя каждой каплей, буду пить
Мою печаль в прощальном крике птиц».