— Как вы так можете! — В глаза Лены стояли слезы. Все притихли.
— Да не слушай ты этих охламонов! — Поспешил успокоить Виктор. — Шутничиха, блин, аж мне не по себе стало. Ничего они не дохнут, и кормят их не одним чесноком. Поднимай стаканюшку. — Виктор своей рекой подвинул руку девушки к ее рюмке.
— Но… — Попыталась сопротивляться она.
— У-у-у! — Отсек Виктор. — Сперва «дзыньк», а потом расскажем.
— Ну тогда не за коров, а за предстоящий вечер. — Перевела тему разговора Лариса.
— Вот! — Подхватил Артём, компания дружно чокнулась, выпила, и потянулась за пельменями.
— Теперь рассказывай. — Жуя обратилась Лена к Витьку который не стал закусывать и с удовольствие чмокал губами переваривая послевкусие хорошей водки.
— Лучше я. — Сказал Артём.
— Давай-давай, а то я чего лишнего сболтну. — Согласился Виктор. Лена и Лариса снова удивленно переглянулись, Артём засмеялся.
— Смертельно опасных тайн здесь нет, а вот технология кормления и производства корма, действительно, тайна за мульеном печатей. Ее только я знаю, да пара человек на месте, и все.
— А как ты вообще это придумал? — Спросила Елена.
— А случайно.
— Как и все гениальное. — Влез Виктор.
— Не льсти мне. — Продолжил Артём. — Я когда-то давно прочитал, что в Новой Зеландии, у тамошних фермеров, самой большой проблемой был чеснок. Если на пастбище вырастает хоть один побег чеснока, и корова его съест, все, хана всему маслу из всего молока этого стада, прогоркнет и испортится в момент. И они ходили по полям, прежде чем коров туда гнать, смотрели, чтоб чеснока ни где не росло. А между тем, и чеснок сам по себе полезен, да и чесночное масло в кулинарии много где используется, но его все делают на местах — не хранится оно долго.
— А еще у делаемого чесночного масла, или чесночносливочного, по правильному, есть огромный недостаток — запах. — Снова влез Виктор и демонстративно зажал нос пальцами.
— Именно. — Согласился с ним Артём. — Представь себе, что какой-нибудь миллионер откушает в ресторане рыбку под таким маслом, а потом целоваться к какой-нибудь Клавке Шифер полезет — жуть! А у нашего масла, только вкус и никакого запаха.
— Один недостаток, очень уж оно в производстве дорого. — Заметил Олег.
— То есть коровы все таки дохнут? — Спросила Лариса.
— Нет, не дохнут. — Артём погрозил ей пальцем и посмотрел на Лену. — Подходящее молоко корова дает всего один год, а до этого ее надо кормить только специальной смесью силоса и чеснока. Эдакая довольно замороченная диета, и молоко у нее в это время не забирают. Да и потом ее еще полгода надо обычным кормом потчевать, а все ее молоко тем временем на выброс — его даже свиньи только в силосе и подслащенным трескать согласны, а так его вовсе пить невозможно.
— Вот и получается себестоимость у одного литра подходящего молока такая, что мама не горюй. — Жуя прочавкал Олег.
— И сколько килограмм такого масла стоит? — Спросила Лена.
— По 175 сейчас отдаем, если от тонны и больше. — Ответил Олег.
— Всего? — Удивилась Лена.
— Вообще-то евро, но ход твоих мыслей мне нравится. — Улыбнулся он.
— Ничего себе! — Ахнула Лариса. — Так, Артём, получается, что ты миллионер?
— Очень бы этого хотелось. — Засмеялся Артём. — Но все не так просто. На караичевской теме уже целый холдинг сидит, а я всего лишь один из акционеров, с далеко не самым большим пакетом.
— Но если это масло такое дорогое, его же наверняка кто-нибудь еще делать пробовал? — Продолжила расспрос Лариса.
— Пробовали конечно. — Усмехнулся в ответ Олег. — Вот у них коровы дохли.
— Соответственно, за невинно убиенных коров! — Витёк приглашая поднял бутылку водки и, не дожидаясь ответной реакции, начал разливать.
— Ну давай по последней. — Согласился Артём, и посмотрел на часы. — Да сворачиваться пора, я такси на пять часов заказал. И хватит о работе, давайте на какую-нибудь отвлеченную тему поговорим.