— А. — Махнул Олег. — Не обращай внимания, с ним иногда бывает, зависнет секунд на тридцать, словно его выключают.
— Да ты не пугайся! — Заступилась за Артёма Вика и показала мужу кулак. — Просто он шибко умный, вот у него иногда в голове и переплетается, слишком много вариантов решения одной задачи. Выбирает.
— А где он учился? — Подала голос Лена.
— Темка-то? Да где он только не учился! — Засмеялся Виктор. — В школе учился, потом в детдоме учился, на улице учился, даже в институте чему-то учился, но больше всего у жизни учился.
— Так он сирота?
— Хуже.
— Как это, хуже? — Лариса остановилась, не донеся до рта вилку с насаженным на нее пельменем.
— Я толком всего не знаю, — Виктор посмотрел в сторону кабинета, наклонился над столом и перешел на шепот, — только он раньше, строго раз в год, в конце марта, нажирался до поросячего визга.
— А вчера что было? — Перебила Лена.
— Вчера-то? — Затянул заговорщицким тоном Витёк. — Вчера так, отдыхали, а это именно нажирался. — Он сильно нагнулся вперед облокотившись на стол и продолжил громким шепотом. — Один, сидел и пил, стакан за стаканом, что покрепче, и, знаешь, как-то очень зло, через силу. Я его лишь один раз за этим делом застал, случайно, мы тогда на двоих квартиру снимали и я должен был уехать на выходные, а там обломчик один случился и я домой вернулся, вечером, поздно, а там он и полупустая бутылка «Рояля».
— Спирта? — Лариса удивленно подняла бровь. — Он же в литровых бутылках продавался!
— Именно. — Подтвердил Виктор. — Я к нему: что случилось, что случилось, а у него глаза навыкате, слезы градом, кулаки сжаты и мычит как полоумный — уничтожу, уничтожу.
— И что? — Влезла Лена.
— И ничего! — Вдруг громко продолжил Виктор. — Послали куда подальше и дверь закрыли!
— О чем судачим? — Артём подошел к столу, взял вилку и не садясь ткнул в блюдо с пельменями.
— Да. — Отмахнулся Виктор. — Про наши подвиги рассказывал, когда мы первое агентство открывали.
— Это про чинушу из управы что ли?
— Ага.
— Нашел чем гостей занять. — Фыркнул Артём. — Такое сплошь и рядом. Ты лучше бы… — Артём незакончил, его айфон замычал коровой.
— Неожиданно. — Прокомментировал его мычание Артём. — Не иначе чего случилось.
Он ответил и, слушая кого-то пошел к кабинету. Все, не сговариваясь, нагнулись к столу, Виктор продолжил.
— Так вот, сидит и свистит сквозь зубы — уничтожу да уничтожу. Я к нему, а он на меня ноль эмоций: слезы градом, ничего не видит, я его за плечи схватил, трясти начал, а он меня оттолкнул так, что я только у другой стены остановился, еще стакан спирта махнул и вырубился. — Виктор посмотрел на товарищей. Олег и Вика, хоть и слышали эту историю не первый раз, слушали, словно ожидая узнать что-то новое. — Только вы того, ни гу-гу! Я вам ничего не рассказывал! — Он снова покосился в сторону кабинета. — Мы с ним тогда уже не один год знакомы были, бизнес совместный вели, но так, мелкий, а перед этим один очень крупный проект затеяли, вот я и решил о партнере, в свете увиденного, побольше узнать. — Виктор еще сильнее подался вперед и перешел на совсем уж тихий шепот. — Артём до сих пор не знает, что я о его прошлом что-то выведывал и узнал. Он в детстве с отцом жил, любил его очень. Отец его был председателем колхоза и там, еще в советские времена, какой-то конфликт с районной парт ячейкой вышел, отца то ли сняли, то ли убили, а может сняли, а потом убили — не знаю. — Он снова посмотрел в сторону кабинета, замолчав на непродолжительное время. — Мать от них ушла, но они не развелись, и когда Артёмова отца не стало, она от Артёма отказалась и его в детский дом отправила, а сама в их дом со своим хахалем въехала, дачку там устроили. А хахаль ее был какой-то областной чинуша, который вроде как и пропихивал какое-то решение из-за которого у Артёмова отца конфликт с партией и вышел. И, по слухам, он и велел никак не хотевшего успокаиваться Артёмова отца приструнить, но там кто-то переборщил и его убили.
— И никому ничего? — Спросила Лена, Виктор кивнул и продолжил.
— Потом, чтоб дело замять, скинули его с крыши, типа сам убился, по пьяни. Артёма, естественно, никто не послушал, как он не кричал, что отец трезвый был — ребенок. Отправили его в детский дом, он оттуда сбежал, поджег свой дом и коровник, но неудачно, быстро потушили и ничего сгореть не успело, его поймали, а он все кричал, что все равно всех уничтожит. Положили его в психушку сперва, а потом, ребенок все-таки, снова отправили в детский дом. — Виктор замолчал, переводя дыхание.
— Ни фига себе, история! — Ахнула Лариса.
— Это только начало! — Шепотом подхватила Вика.
— Ого! — Лена, все это время сидевшая с вилкой и насаженным и нее пельменем, отложила вилку на край блюда и придвинулась ближе. Немного переведший дух Виктор продолжал.
— Артём своего обещания не забыл и, уже живя в Москве, продолжал следить за Караичевским районом и копать на руководство — выжидал. — Он выдержал театральную паузу. — И вот, четыре года назад, мы включились в игру. Такая глухомань мало кому интересна была, но Артём как-то где-то нашел людей с деньгами, убедил их, и компания, сейчас возглавляемая Олегом. — Он повернулся к Олегу, тот кивнул. — Начала захватывать Караичевский район. Производств там нет, одно сельское хозяйство, Артём на работу никого из местных не взял, привез целый табор китайцев, даже управляющий — китаец. Местные без работы оставшись подались в райцентр, землю бросили, мы ее за бесценок скупили и расширили посевные площади.
— А дома? — Спросила Лена.
— Дома. Дома бульдозером и разровнять. — Просто, доже обыденно, сказал Олег.