— А я когда тебе позвонил, ты в Раменках был, да?
— Да. — сказал Алексей.
— А ведь говорил, что не поедешь туда.
— Я и не собирался. Я познакомился с девушкой.
— Она там живет?
— Да.
— Как ее хоть зовут?
— Её зовут Аня. Анна Георгиевна Каразина.
Казак посмотрел на него каким-то странным и одутловатым взглядом, будто опьянел. Свинина капала на уголь. Повеял запах. Алексей сказал это непринужденно, будто просто так.
— Погодь, переверни. — Казак сделал, как он сказал, но не отводил взгляда, а потом опять засмеялся.
— Да хорош разыгрывать. Сука, и, главное, сам держится, не ржет. — Алексей от этих слов невольно улыбнулся и засмеялся, тогда Казак окончательно поверил, что это была шутка.
— Не, на самом деле, не разыгрываю, я встретил Аню Каразину, и мы влюбились. Я провёл у неё дома всё это время. — Казак снова на него посмотрел прежним взглядом. — Да что ты так на меня смотришь, как будто с ней запрещено быть, тебя ничего другое не удивляет в этой истории.
— Что? Подожди, да, а как вы познакомились?
— Я тебе тут про Раменки намекаю, а ты мне «Как познакомились».
— Ах да, точно, неужели Каразин жил с нами в одном районе, а далеко от нашего дома?
— В нашем доме.
— В нашем доме? — воскликнул Казак. — Всё это время? Да пиздишь! — Алексей на него смотрел уже, как на идиота. — Подожди, давай по порядку, ничего не понимаю.
— Ладно, я приехал с Ростова в Москву после похорон, дома сидеть вообще не хотелось. Я стал гулять по парку горького, а уже от него дошёл до Тверской, пришёл в литературный институт.
— Подожди, подожди, зачем ты пришёл в литературный институт. — всё больше не понимал Казак.
— Мне захотелось взглянуть на место, где училась мать, я же тебе сто раз рассказывал про него.
— А, да-да, точно, прости. Ну и что, посмотрел?
— Там стояла очередь этих… абитуриентов, и мне удалось пройти внутрь, я стал всё рассматривать, зашёл в здание и там встретил Аню.
— Каразину! — выкрикнул Казак, чтобы убедиться, что он правильно понял.
— Да, блядь, Каразину, забудь ненадолго про это, суть не в фамилии.
— Д-да, прости, ты продолжай, Леш, я слушаю. — говорил Казак, переворачивая мясо.
— Так вот, сука, о чем я…
— Аню встретил…
— Да, значит, встретил Аню, и тут же влюбился. Видел бы ты этот взгляд, он и капризный, и непримиримый, и кокетливый одновременно. Она играется и хитрит, когда смотрит на тебя.
— Ну такой же хитрый, как и Каразина. Как у енота. Помнишь, ты сам говорил?
— Я тебя сейчас огрею, сам ты енот.