Тень убийцы. Охота профайлера ФБР на серийного убийцу-расиста: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Меня удивило, что столь безобразное оскорбление сошло ему с рук, но этот эпизод вполне соответствовал тому портрету, который уже складывался у нас. Изучая семейную историю заодно с убийствами, в которых его обвиняли, я увидел человека, которого можно было бы сравнить с кипящим чайником. Словесные нападки и нападение с использованием «мейса» на смешанную пару в Мэриленде были просто разминкой перед снайперскими атаками. Когда они сошли ему с рук – он был арестован за нападение с «мейсом», но не явился на суд и потому избежал наказания, – он осмелел и перешел к действиям, которые больше соответствовали его целям. Когда, уже вдохновленный осознанием миссии, неразрывно связанной с его личностью и самооценкой, он пережил инициацию – свое первое убийство, которое тоже прошло без последствий, – все запреты, которые еще могли быть, пали. И после того как он совершил это первое убийство и испытал трепетное ощущение абсолютной власти над жизнью и смертью своих жертв, убийца внутри него вышел на свободу, и давняя фантазия стала явью. Но независимо от мотива, как и у любого серийного убийцы, удовлетворение у него длилось недолго – фантазия у таких людей нуждается в подпитке.

Поначалу его преступления были ситуативными, но по мере того как он эволюционировал как жестокий преступник, они усложнялись, совершенствовались в смысле планирования и снижения риска для него самого, делая его еще более опасным. Он будет убивать и убивать, пока его не поймают.

Глава 6

Просмотрев материалы дела, меморандумы ФБР, новостные статьи (что было намного сложнее во времена, предшествовавшие Интернету) и те дополнительные источники, к которым удалось получить доступ, я провел день, составляя психологический и личностный профиль беглеца.

На следующий день я отправил отчет в штаб-квартиру, а также Роджеру Депью, начальнику Отдела поведенческих наук. Роджер недавно сменил предыдущего шефа, который был исключительным специалистом в области практических полицейских проблем, но скептически относился к тому, что криминальный профайлинг становится популярным курсом и даже оперативным компонентом отдела. Тем не менее он не мог отрицать, что положительные отзывы, которые мы получали как от полицейских управлений, так и от агентов по всей стране, использующих профайлинг в качестве инструмента для расследования насильственных преступлений, служили на пользу как нашему отделу, так и самой Академии.

С приходом на его место Роджера все стало по-другому. За спиной у него был большой практический опыт в качестве начальника полиции в Мичигане, и он поддерживал нас на все сто процентов. Роджер и раньше убедительно выступал перед Конгрессом, настаивая на увеличении ресурсов для борьбы с растущим в то время уровнем насильственных преступлений. В результате численность нашего персонала была увеличена. Кроме прочего, Роджер Депью – глубоко духовный человек, проведший некоторое время в семинарии, а после ухода из Бюро он основал консалтинговую службу «Академия Групп, инкорпорейтед».

Я посчитал важным контекстуализировать психологическое развитие и мотивацию Франклина как для тех, кто охотится за ним, так и для тех, кто будет иметь с ним дело, как только его возьмут. Хотя этот тип преступника отличался от тех, что мы изучали раньше, я полагал, что мы могли бы использовать одни и те же методики для его оценки и классификации. Я считал, что самое важное – это попытаться предсказать, куда он может пойти, то есть определить его зону комфорта.

Приведет ли огласка и объявление в общенациональный розыск к еще большему стрессу, заставляя торопиться и совершать ошибки, или эта мера удовлетворит его чувство собственной значимости? Мы определенно надеялись поднять фактор морщинистости, но в любом случае я считал, что, узнав об объявленной охоте, он станет более осторожным и непредсказуемым. Например, если он добывал деньги, грабя банки, то теперь ему придется повысить бдительность, зная, какое там ведется наблюдение. Тем не менее без некоторых вещей – найти место для ночлега и раздобыть денег – он обойтись не мог, и я надеялся, что он станет совершать ошибки. В конце концов, Франклин сбежал из полицейского участка Флоренции ни с чем, бросив машину и все, что у него было в номере мотеля. Таким образом, он, по сути, начинал с нуля. В сложившихся обстоятельствах, думал я, он поступит как почтовый голубь, возвращающийся в места, с которыми лучше всего знаком. Именно на этот элемент я ставил больше всего и очень надеялся, что не ошибаюсь.

Цель подробно описывалась в сопроводительной записке:

Надеюсь, личностный профиль даст более ясное представление о Франклине и поможет как тем агентам, которые будут арестовывать его, так и тем, которые будут его допрашивать. Также назначение профиля заключается в том, чтобы показать и слабости, и сильные стороны личности, и по возможности минимизировать риск при аресте – как для Франклина, так и для наших специальных агентов, которым это будет предписано.

После краткого описания бэкграунда и условий воспитания я указывал:

Франклин – часть цикла, который продолжается даже сейчас, когда он стал взрослым. Он чувствовал, что его потребности, желания и эмоции не принимаются во внимание; что их не считают ценными и значимыми; что его никто не слушает. Отсюда ощущение бесполезности и никчемности. Он не смог испытать ни радости, ни удовольствия, ни надежды на доброе отношение. Избежать наказания, критики, насмешек – вот как он понимал успех. В подростковом возрасте он уже был правонарушителем и хулиганом и не закончил среднюю школу, хотя уровень интеллекта у него выше среднего. Последствия такого психологического и физического развития оказались катастрофическими. Он подвергался не только физическому и психологическому насилию, но и ослеп на правый глаз в результате несчастного случая. Этот недостаток, возможно, привел к сверхкомпенсации, выразившейся в одержимости оружием и стремлении к снайперской меткости. В результате всего указанного выше сформировалась личность, для которой характерны низкая самооценка, вялотекущая депрессия, чувство безнадежности, отсутствие элементарного доверия и, соответственно, неверие в доступность помощи со стороны некоей авторитарной фигуры. Он считает, что должен пытаться решать проблемы в одиночку, а не делиться ими с другими. Он никому не доверяет.

Любой нормальный, отзывчивый и чуткий человек, просто прочитав такое описание, испытал бы огромное сострадание к этому человеку – и я не исключение. Когда я углубляюсь в детские и подростковые годы людей, которых изучал и за которыми охотился – психологическое и сексуальное насилие, равнодушие, несчастные случаи и наказания, – я проникаюсь к ним жалостью и благодарю судьбу за то, что у меня были мать, отец и сестра, которые любили меня безоговорочно, даже когда я лажал, что случалось не так уж редко.

Но хотя мы можем объяснить, как они стали такими, какие есть, ничто не оправдывает того, как преступники выражают свои обиды, разочарование, гнев. Мы ясно даем понять, что человек, если только он не болен психически и не пребывает в бредовом состоянии, всегда может выбирать свои действия. Как бы сильно я ни переживал и ни сочувствовал молодому Джеймсу Клейтону Вону-младшему, с каким бы пониманием ни относился к его вступлению в Ку-клукс-клан, Американскую нацистскую партию и Партию за национальные права штатов, где он надеялся найти ощущение силы и целеустремленности, свое место, я стремился только к одному: как можно скорее перекрыть ему кислород.

Продолжая описывать произошедшую с ним заметную перемену, я отметил, что он отошел от нацистов и Клана не только из-за проникновения в них ФБР, но и потому, что видел в них компании пьянчуг, способных только жаловаться на захват страны чернокожими и евреями и изливать друг другу свое негодование. Сам же Франклин хотел действовать. Я писал:

Произошедшее с Франклином после окончания средней школы – это превращение из последователя группы, принадлежать к которой он стремился, в лидера собственной группы – даже если она состоит только из него одного.

Для такого человека, как Франклин, с его бэкграундом – абьюз, недостаток внимания, отсутствие привилегий и адекватного образования, – насилие было одним из немногих способов выразить негодование и отделить себя от других недовольных в различных организациях. И когда вы соединяете это с паранойей, настороженностью по отношению к окружающим, тогда его превращение в героя-ассасина, храброго и готового принять любые вызовы, является высшим выражением самоактуализации.

Это желание быть лидером и контролировать ситуацию в сочетании с врожденным чувством собственной неполноценности проявлялось в его отношениях с женщинами. После недолгого брака с Бобби Дорман, когда им было шестнадцать и восемнадцать, он снова женился в 1979 году, когда ему исполнилось двадцать девять. И снова его невесте, Аните Карден, было только шестнадцать. Они познакомились в магазине мороженого «Дейли дилайт» в Монтгомери, штат Алабама, в 1978 году. 25 августа 1979 года Анита родила дочь. К осени 1980 года, когда мы установили, что Франклин объявлен в розыск, они уже разошлись. Став взрослым, вы не вступаете в брак с подростком, если только у вас нет потребности контролировать его или ее и/или вы не ощущаете свою неадекватность в отношениях с другими взрослыми. Другими словами, с точки зрения межличностных и психосексуальных отношений Франклин не продвинулся вперед со своих поздних подростковых лет. У нас также имелись доказательства того, что в промежутке между этими двумя браками он встречался с несколькими женщинами намного моложе его. Он не только чувствовал угрозу со стороны женщин своего возраста, но и изнасиловал пожилую женщину-инвалида. Это явный признак неадекватности. Мы видим, как многие насильники нападают как на пожилых людей, так и на детей не потому, что предпочитают тех или других, а просто потому, что те и другие уязвимы и не могут эффективно сопротивляться.

Мы знали, что Франклин стал фанатом здорового питания, заядлым культуристом и бегуном. Опять же, все это было связано с компенсаторным формированием его самооценки. Поэтому я посоветовал, чтобы тот, кто арестует и будет допрашивать его, обратил внимание на его физическое состояние. Заметно истощенный, набравший или потерявший вес, он был более уязвим. Я надеялся, что стресс не только приведет к ошибке, которая поможет нам найти его, но и сделает Франклина более податливым во время допроса. Я отметил:

В принципе, хотя Франклин и склонен к убийству, он в равной степени склонен к самоубийству. Франклин будет выглядеть высокомерным, надменным и самоуверенным, но на самом деле он трус. Его преступления – преступления труса. Он устраивает засады на ничего не подозревающих жертв вместо того, чтобы убивать их прямо с близкого расстояния, глядя в глаза.

Я предупреждал, что преступники психопатического или социопатического типа, такие как Франклин, часто меняют свой М.О. в соответствии с ситуацией и учась на опыте предыдущих «успехов». Поработав в свое время охранником, он должен был знать полицейские процедуры и мог иметь в своем распоряжении разные полицейские жетоны и другие принадлежности в дополнение к фальшивым удостоверениям личности. Тот факт, что после совершения преступления он менял одно оружие на другое, несомненно, свидетельствовал об определенной искушенности в том, что касалось деятельности правоохранителей.

Хотя последние несколько лет он провел, путешествуя по стране, я не сомневался, что под давлением стресса его потянет на юг, скорее всего, в Алабаму или на побережье Мексиканского залива, в места, где ему комфортно. Каким бы недоверчивым параноиком Франклин ни был, кое-чему он оставался верен. «Тем не менее, – предположил я, – эмоционально его, как магнитом, потянет к молодой жене и ребенку. Они – все, что у него есть».

В своей жизни Франклин достиг немногого. Жена, дочь и миссия, ликвидация чернокожих, – его единственное достижение. Можно ожидать, что жена будет сотрудничать с нами в какой-то степени, однако страх перед возмездием со стороны мужа не позволит ей предоставить точную информацию о местонахождении мужа.

В резюме под заголовком «Слабости Франклина» я написал:

Находясь в бегах, он вернется в знакомые ему места. Более комфортно он чувствует себя там, где в прошлом пережил приятные моменты. Еще раз, Франклин свяжется с женой и другими членами семьи, с которыми был близок в детстве.

Возвращение в эти места для него то же самое, что для спортивной команды выступление на домашнем поле, где она всегда имеет преимущество. Скорее всего, он будет так же осторожен и внимателен в планировании и в подготовке к полицейской засаде.

Полагая, что он навестит Аниту, пусть даже они давно уже разведены, или, возможно, сестер и других родственников, я не думал, что он рискнет ночевать у кого-то из них. Также я предупреждал, что, если полиция, обнаружив Франклина, предпримет попытку ночного штурма, ей нужно учитывать лучшее знание им местности. На мой взгляд, было бы целесообразнее подойти к нему неожиданно, потому что преступники такого типа часто развлекают себя фантазиями, представляя, как совершают самоубийство, когда их загоняют в угол, или вынуждают полицейского применить оружие в безвыходной ситуации.

Я добавил несколько страниц, описав методы допроса, которые могут быть эффективными, когда (и если) его поймают, и дал рекомендации, как полицейским детективам или агентам ФБР следует обращаться с ним. В заключение я предложил обсудить любые аспекты профиля и указал контактную информацию в Академии. Я надеялся, что это предложение окажется полезным позже, когда Франклина арестуют и агенты получат возможность допросить его. Но сначала его нужно было поймать.

Глава 7

15 октября 1980 года, через пару дней после того, как я представил профиль, агенты отделения Бюро в Мобиле опросили бывшую жену Франклина, Аниту.