Кла сидел, обдумывая это. Наконец он встал, его большие колени затрещали, как сучки в огне, и подошел к ведру для питья. Он сказал:
— Я тоже ее побью. Буду бить, пока мозги не вылезут у нее изо рта.
— Если ты победишь, — сказал я.
Он повернулся ко мне.
— Ты все равно не выиграешь. Убьешь дочь – маловероятно, но вдруг, – и у тебя не будет ни единого шанса против матери. Я видел ее. Она гребаная Годзилла.
Конечно, это было не то слово, которое слетело с моих уст, но что бы я ни сказал, в других камерах раздавался ропот согласия.
— Вас всех избивали до тех пор, пока вы не испугались собственной тени, — сказал Кла, возможно, забыв, что, когда Келлин сказал Кла обращаться к нему как к Верховному лорду, он сделал это сразу. Конечно, Келлин и остальные ночные солдаты были другими. У них были синие ауры. Я подумала о том, как напряглись мои мышцы, когда Келлин прикоснулся ко мне.
Кла подняла ведро с питьевой водой. Йота схватила его за руку.
— Нет, нет! Используй чашку, дурачок! Перси больше не принесет тележку с водой, пока…
Я никогда не видел, чтобы такой крупный мужчина, как Кла, двигался так быстро, даже в классических эпизодах ESPN[233] с Шакилом О'Нилом[234], когда он играл в колледже за LSU[235] – и даже при семи футах и трехстах двадцати фунтах у Шака были великолепные движения.
Ведро было у рта Кла и наклонялось. Секунду спустя, по крайней мере, так показалось, оно с грохотом покатился по каменному полу, расплескивая воду. Кла повернулся, чтобы посмотреть на это. Глаз лежал на полу камеры, опираясь на одну руку. Другая был у его горла. Его глаза выпучились. Его тошнило. Кла наклонилась за ведром и подняла его.
— Если ты убил его, ты заплатишь высокую цену, — сказал Янно. Затем добавил с явным облегчением: — Не будет ни одной «Первой ярмарки».
— Будет, — печально сказал Хейми. – Флайт Киллер не будет ждать. Рыжая Молли займет место Эй.
Но Глаз не был убит. В конце концов он поднялся на ноги, доковылял до своего тюфяка и лег на него. В течение следующих двух дней он не мог говорить громче шепота. Пока не пришел Кла, он был самым крупным из нас, самым сильным, тот, от кого можно было ожидать, что он все еще будет стоять, когда кровавый спорт, известный как «Первая Ярмарка», подошел к концу, но я никогда даже не видел удара в горло, который свалил его с ног.
Кто должен был противостоять человеку, который мог сделать это в первом раунде соревнований?
По словам Келлина, эта честь досталась бы мне.
Мне часто снилась Радар, но в ночь после того, как Кла избил Йоту, мне приснилась принцесса Лия. На ней было красное платье с талией в стиле ампир и плотно облегающим лифом. Из-под подола выглядывали красные туфли в тон, пряжки которых были инкрустированы бриллиантами. Ее волосы были стянуты сзади сложной нитью жемчуга. На выпуклой груди она носила золотой медальон в форме бабочки. Я сидел рядом с ней, одетый не в лохмотья одежды, в которой я был, когда приехал в Эмпис со своей больной и умирающей собакой, а в темный костюм и белую рубашку. Костюм был бархатный. Рубашка была шелковой. На ногах у меня были замшевые сапоги с загнутыми голенищами – такие мог бы носить мушкетер Дюма на иллюстрации Говарда Пайла[236]. Без сомнения, из коллекции Доры. Фалада удовлетворенно паслась неподалеку, в то время как серокожая служанка Лии расчесывала ее щеткой.
Мы с Лией держались за руки и смотрели на наши отражения в неподвижной луже воды. Мои волосы были длинными и золотистыми. Мои несколько прыщей исчезли. Я был красив, и Лия была красива, особенно потому, что ее рот вернулся. Ее губы изогнулись в легкой улыбке. В уголках ее рта были ямочки, но никаких признаков язвы. Скоро, если мечта осуществится, я поцелую эти красные губы. Даже в этом сне я понял, что это было: финальная сцена анимационного диснеевского фильма. В любой момент лепесток мог упасть в бассейн, покрыв воду рябью и заставив наши отражения дрогнуть, когда губы воссоединившихся принца и принцессы встретились и зазвучала музыка. Никакой тьме не будет позволено омрачить идеальный финал сборника рассказов.
Только одна вещь была не на своем месте. На коленях своего красного платья принцесса Лия держала фиолетовый фен. Я хорошо это знал, хотя мне было всего семь лет, когда умерла моя мать. Все ее полезные вещи, включая это, отправились в магазин «Гудвилл»{!Самая большая сеть секонд хэндов в США. Сеть позиционирует себя как благотворительная организация. Цены ставят совсем низкие — могут закупаться даже нищие и бездомные. На работу тоже принимают бездомных, неграмотных, инвалидов и сумасшедших.!], потому что мой отец говорил, что каждый раз, когда он смотрит на то, что он называл ее «женскими вещами», его сердце снова разбивается. У меня не было проблем с тем, что он отдал большую часть вещей, только спросил, могу ли я оставить ее сосновое саше и ручное зеркальце. У папы с этим тоже не было проблем. Они все еще лежали у меня дома на комоде.
Мама называла свой фен «Фиолетовым Лучевым пистолетом Смерти».
Я открыла рот, чтобы спросить Лию, зачем ей мамин фен, но прежде, чем я успела это сделать, заговорила ее горничная:
— Помогите ей.
— Я не знаю как, — сказал я.
Лия улыбнулась своим новым совершенным ртом. Она погладила меня по щеке.
— Ты быстрее, чем думаешь, принц Чарли.
Я начал говорить ей, что я совсем не быстрый, вот почему я играл на линии в футболе и на первой базе в бейсболе. Это правда, что я продемонстрировал некоторую скорость в игре Индюшиного кубка против «Стэнфорда», но это было короткое и наполненное адреналином исключение. Однако, прежде чем я успел что-либо сказать, что-то ударило меня по лицу, и я резко проснулся.
Это был еще один кусочек стейка – маленький, едва ли больше ломтика. Перси зашаркал по коридору, бросая еще несколько мелких кусочков в другие камеры, приговаривая «Веф'овас, веф'овас». Что, как я предположил, было лучшее, что он мог сделать с остатками.
Хейми храпел, измученный «игровым временем» и своей обычной послеобеденной борьбой за опорожнение кишечника. Я взял свой маленький кусочек стейка, сел, прислонившись спиной к стене камеры, и откусил от него. Что-то хрустнуло у меня под передними зубами. Я посмотрел и увидела кусочек бумаги, размером едва ли больше печенья с предсказанием судьбы, засунутый в ломтик мяса. Я достал его. Написанное аккуратной и мелкой скорописью, почерком образованного человека:
«Я помогу тебе, если смогу, мой принц. Отсюда есть выход из комнаты слуг. Это опасно. Уничтожь это, если тебе дорога моя жизнь. К вашим услугам, ПЕРСИВАЛЬ.»
Персиваль, подумала я. Не Перси, а Персиваль. Не серый раб, а настоящий мужчина с настоящим именем.
[233] ESPN (произносится «И-Эс-Пи-Эн», изначально англ. Entertainment and Sports Programming Network) — американский кабельный спортивный телевизионный канал. Впервые канал начал вещать 7 сентября 1979 года. Его основали Билл и Скотт Расмуссен. Сначала каналу дали название Entertainment and Sports Programming Network, а в 1985 году переименовали в ESPN. ESPN называет себя «Мировым лидером в спорте».
[234] Олимпийский чемпион (1996), чемпион мира 1994 года, четырёхкратный чемпион НБА (2000—2002, 2006). В 1996 году был внесён в список 50 лучших игроков в истории НБА, и из всего списка он был самым молодым. Помимо этого, признан самым ценным игроком НБА 2000 года, на протяжении 15 лет (1993—2009) принимал участие в Матчах всех звёзд, вместе с Уилтом Чемберленом удерживает рекорд Ассоциации — 9 сезонов (из них 5 — подряд) с самым высоким показателем процента попаданий с игры. Шакил О"Нил три раза в своей карьере удостоился звания лучшего Матча всех звезд (НБА) (2000, 2004, 2009). По окончании спортивной карьеры, работает телеведущим и комментатором на спортивном телеканале TNT. Появляется в качестве телеэксперта в играх серии NBA 2K (начиная с NBA 2K15). Член Зала славы баскетбола с 2016 года.
[235] Университет штата Луизиана
[236] Говард Пайл (англ. Howard Pyle; 5 марта 1853 — 9 ноября 1911) — американский художник-иллюстратор и писатель (главным образом, детский). Уроженец Уилмингтона (Делавэр, США), последний год своей жизни он провел во Флоренции (Италия).