Чужой среди чужих: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

"При пожаре шансы выжить у всех со второго этажа и выше минимальны".

Найдя "свою" дверь, Шут выдохнул и провел по магнитному замку картой. Что–то щелкнуло и дверь открылась, подталкиваемая сквозняком.

"Надо было раздобыть где–нибудь кота, что бы запустить вперед себя".

Шут шагнул в комнату и осмотрелся. Мда. Жилье, выделенное новоявленному сотруднику хозяйственного отдела NERV, представляло собой бетонную же коробку три на четыре метра. В одной из стен было два углубления — одно под подобие кухни, куда можно было протиснуться только ссутулившись, другое — под совмещенный санузел, где можно было при некоторой сноровке повернуться вокруг себя. Мебели почти не было. Стены, потолок, и пол не были ни окрашены, ни даже оштукатурены. Зато одном углу лежал свернутый в рулон широкий матрас, который тут вроде назывался "футон", в другом стоял метровой высоты холодильник, а на кухне размещалась допотопного вида микроволновка.

"Вы просто не видели четвертый блок, так получается?"

Рассовав покупки по подходящим для них местам и швырнув сумку в угол, Шут расстелил футон и вытянулся на нем во весь рост не снимая обуви. Полежал несколько минут, разглядывая ровный серый потолок. Денек выдался не простым, и последующие вряд ли будут иными. Но, несмотря на ломающую тело усталость, Шут находил эти ощущения если не приятными, то точно интересными.

"У меня есть работа и собственное жилье. Я познакомился на улице с пилотом Евангелиона. А потом еще разговаривал в магазине с его опекуншей. Целый день я был практически человеком, даже не прирезал никого, хотя сдержаться было сложно. Прикольно, че".

Он закрыл глаза, погружаясь в ставший давно привычным вихрь психических огней. В жилом блоке они окружали его со всех сторон, затапливая пространство своим светом. Светом, несшим с собой чувства и желания излучавших его людей. В основном это была усталость. Еще было беспокойство — люди боялись Ангелов, и ожидали нового нападения в любой момент. Следом шли злость, радость, желание, голод, скука и весь остальной нормальный человеческий набор. Шут открыл глаза. Он совсем забыл об одной крайне неприятной, но важной вещи. Рывком поднявшись с футона, он поставил кипятиться чайник и выложил на кухонный столик миску. Его ждало нечто худшее, нежели собеседование в отделе кадров или разговор с депрессивным подростком. Его ждала большая порция клейкого, противного вареного риса.

Глава 3: Modus Vivendi

Шут захлопнул дверцу шкафчика, застегнул последнюю пуговицу на форменной оранжевой спецовке и посмотрелся в висевшее на стене раздевалки для хозяйственного персонала небольшое зеркальце. Красавчик, че. И ростом вышел, и сложен неплохо, и зенки новенькие зеленые только что не светятся. Патлы бы еще обстричь, и можно хоть сейчас в ЗАГС. Не снимая форменной оранжевой спецовки. Шут вздохнул, по привычке коснулся пальцами циферблата часов и поспешил в подсобку за рабочими инструментами. Рабочие инструменты представляли собой:

— ведра пластиковые большие, квадратные — 2 шт.

— тележка для ведер с ручкой — 1 шт.

— швабра деревянная обыкновенная — 1 шт.

— перчатки рабочие — 1 пара.

— непонятный механизм, явно привидевшийся своему конструктору под действием десятка–другого бутылок сакэ, и представляющий собой адовую помесь газонокосилки, моющего пылесоса и электрополотера — 1 шт.

Однако, несмотря на неказистую внешность и замудреную внутренность, свою задачу этот монстр от индустрии клининговых услуг выполнял на 101 %, не оставляя после себя ни соринки, только сверкающую чистотой поверхность. Вот только пользоваться им можно было лишь в больших помещениях, разнообразные закоулки и труднодоступные места приходилось по старинке драить шваброй. Подготовив все свое хозяйство к транспортировке, и затолкав его в ближайший лифт, Шут скорчил страдальческую гримасу. Он думал, что ничего хуже работы уборщика быть не может. Ровно до того момента, когда начальник смены объявил ему, какой участок штаб–квартиры за ним отныне закреплен. И это были даже не туалеты. Лучше бы это были туалеты. Двери лифта открылись, и Шут вошел на свой рабочий участок и самое ненавидимое им место во всем Токио‑3. В ангар Евангелионов.

По телу пробежала нервная дрожь, когда он увидел перед собой двух закованных в титановую броню гигантов, по самую грудь погруженных в охлаждающий раствор.

"К такому невозможно привыкнуть", — подумал он, утирая со лба холодный пот. — "И как я и догадывался, этот монстр не единственный. А ведь ходят слухи, что через пару месяцев сюда привезут третьего. Что мне тогда, удавиться?"

Шут резко выдохнул и запустил электрополомойку. Впереди были двенадцать часов в компании этих дремлющих, но все равно внушающих первобытный ужас созданий. Надо было чем–то отвлечься, хотя бы немного, иначе есть риск уже к концу смены поехать крышей окончательно. Стиснув зубы, и старательно игнорируя мощную давящую ауру Евангелионов, Шут принялся перебирать в уме все те сведения, что он смог раздобыть за почти неделю своей работы в NERV.

NERV. Институт специальных исследований под патронажем ООН, обладающий практически неограниченными властью и бюджетом. Филиалы в крупнейших странах мира, десятки тысяч сотрудников, лучшая в мире материальная база — крупнейшие корпорации родного мира курят в сторонке. И при этом подотчетный некоему Комитету. Что это за Комитет, Шут еще не знал. Единственные, кто был в курсе — это Командующий Икари Гендо и его зам — Фуюцки Козо, а с ними Шут смог столкнуться всего один раз и то случайно — вместе ехали на эскалаторе. Он, естественно не упустил такой возможности покопаться в памяти высшего начальства. Успел он увидеть не все, но и этого хватило с лихвой. Именно с этого самого момента Командующий стал в глазах Шута если не кумиром, то уважаемым человеком точно. Подумать только, этот низкорослый бородач в тяжелых, вечно сползающих очках и хмурой физиономией хотел ни много ни мало, а уничтожить человечество! Впервые увидев это намерение в глубине его мыслей, Шут чуть было не кинулся просить автограф. В конце концов, он сам в свое время имел аналогичные намерения, но из–за недостатка опыта подошел к делу слишком рьяно и не имея четкого плана, а результатом стала встреча с Арлекином, который сокрушительным психическим ударом выжег из его души все наклонности к массовому геноциду. Фу, вот про это сейчас лучше не вспоминать.

Шут замер на минуту, разминая затекшие пальцы, и, не в силах больше терпеть, вперил взгляд в фиолетовую морду Ноль — Первого.

"Ну чего ты смотришь на меня как на врага Империи?" — подумал он. — "Я не террорист, не вредитель и не шпион, я просто мою полы. Ну хорошо, я шпион, но шпионю исключительно для собственного интереса, никому продавать эти секреты я не собираюсь".

Если Ноль — Первый и услышал его мысли, то никак этого не показал. Просто продолжал буравить стоявшего перед ним на платформе псайкера пустым, затягивающим взглядом. Шут тряхнул головой, сбрасывая оцепенение, и глянул на копошившихся парой ярусов выше техников из команды обслуживания Евангелиона.

"А ведь эти людишки и правда думают, что им доверен всего лишь очень продвинутый биоробот. Воистину нет предела человеческой слепоте". — Он перевел взгляд обратно на Ноль — Первого и начал формировать мысли в один направленный пучок. — "Слушай друг. Я ведь могу называть тебя так? Давай заключим сделку: ты перестаешь нагонять на меня ужас, а я тебе песенку спою, идет? А то ведь тебе, поди, скучно тут целыми днями в бассейне стоять. Ну что, мир?"

Истолковав молчание Евангелиона как согласие, Шут прочистил горло и, продолжив работу, замурлыкал под нос:

Шут прекратил петь и покосился на Ноль — Первого а потом и на куда более смирного, и от того чуть менее жуткого, Нулевого. Ему показалось, или гиганты и правда источали… недоумение? Поди, разберись — правда это, или безумие прогрессировало для галлюцинаций.

"Что, не понравилось?" — огорчился Шут. — "Ладно, так уж и быть. После работы постараюсь выучить на память что–нибудь из "Рапсодии" или "Раммштайна". Или вы предпочитаете более легкие жанры?".

Евангелионы молчанием продемонстрировали согласие и в ангаре стало как–то светлее. Хотя возможно, это только показалось. Но работать стало однозначно легче, и с души словно груз убрали.

"Черт те что", — подумал Шут, с остервенением начищая пол. — "Прошло всего три недели. ТРИ НЕДЕЛЬ МАТЬ ВАШУ! И что в итоге? Я работаю подметалой в международной организации, заведующей защитой человечества от непонятно чего, провожу большую часть времени в компании двух непонятных зверюг, которых по недоразумению считают роботами, мой начальник — двинутый маньяк, а пилоты, которые по идее должны быть железными людьми вообще непонятно что! Первый — с одной стороны такая сопля, что своими руками бы придушил, что бы не мучился. Жаль только, заменить его некем. С другой — настоящий берсеркер, каким образом он рвал на куски первого ангела Сахиэля (которого почему–то назвали третьим) я, наверное, до смерти не забуду. Вторая… ".

При мысли о "второй" его мороз по коже продрал. После воспоминаний о первой встрече с пилотом Нулевого, мирно дремавшие Евангелионы уже не казались такими страшными. Аянами Рей. Он увидел ее в коридоре, выходящей из медкабинета. Юная девушка, даже девочка, вся в бинтах, со странными голубыми волосами и кроваво–алой радужкой глаз. И с психической аурой такой неописуемой мощи, что у Шута чуть не остановилось сердце от одного ее взгляда. Она медленно шла к нему, а он даже не мог убежать — отнялись ноги. Да и куда денешься из Геофронта? Она подошла к нему вплотную, почти касаясь его, и бесконечно долго смотрела снизу вверх прямо в глаза. Шут чувствовал, как наращенные за годы слои ментальной защиты безжалостно сокрушаются один за другим. Этот алый взор проникал в самые глубины души, расчленяя ее на составные части, выворачивая наизнанку всеми тайными помыслами и секретами наружу. А потом в какой–то момент все прекратилось. Девочка в бинтах просто молча обошла его и двинулась по своим делам, оставив полуживого от страха псайкера застывшим в позе соляного столба посреди коридора.