— Не жалуюсь, а констатирую факт.
Мисато выудила из кармана жакета банку пива, вскрыла ее и сделала большой глоток.
— Такими темпами тебя скорее сведет в могилу цирроз печени.
— К черту, — Мисато вяло отмахнулась, глядя в потолок. — Если я буду пить, алкоголь когда–нибудь меня убьет. Если не буду пить, моя работа убьет меня немедленно. Выбор очевиден.
— Похоже, тебя и правда прижало, — Рицко попыталась сменить тему. — Проблемы с детишками?
— Трудно сказать, — Мисато сделала неопределенный жест. — С одной стороны, они явно стараются…
— А с другой?
— Я не знаю, как это описать. Рей вроде в норме, но Аска и Синдзи… они выглядят совершенно опустошенными. На тренировках они выкладываются до предела, но например, сегодня вечером больше походили на оживших мертвецов. А ведь прошло всего двое суток. Боюсь, они долго не выдержат в таком темпе.
Рицко нахмурилась.
— Нам просто некуда отступать. Если тебя это беспокоит, можно назначить им тонизирующие препараты и витаминные комплексы. И раз уж невтерпеж поиграть в дочки–матери — озаботься, что бы в холодильнике было что–то кроме синтетических полуфабрикатов.
— Они и принимают витамины, и с питанием у них все в порядке. Я за этим слежу. Проблема в чем–то другом.
— В чем же?
— Психологический стресс, например.
Рицко подобралась.
— Опять ты за свое. Когда ты, наконец, поймешь, что у нас нет иного пути, кроме как использовать их как оружие? Мы и так пошли на огромный риск, позволив им посещать школу.
— Я понимаю. Но это не значит, что я буду с этим мириться. Должен быть компромисс между их обязанностями и их жизнями.
— Не буду продолжать эту бессмысленную дискуссию. Но если ты начнешь чересчур активно лезть в это — Командующий будет недоволен.
Мисато подошла к терминалу, ввела личный код доступа и вывела на монитор картинку с камеры, расположенной в комнате, где после изматывающей тренировки забылись беспокойным сном пилоты.
— Как думаешь, что им сейчас снится? — спросила она глухо.
— Одному богу известно, — буркнула Рицко, возвращаясь к работе.
Тем временем в неизвестном месте
— Плохо. Еще раз, — прошелестел бесстрастный голос.
Окружающее пространство на миг закружилось в разноцветном вихре, а потом замерло, превратившись в просторную комнату, залитую ровным искусственным светом. Синдзи взглянул на свои руки — на этот раз в них не было огнестрельного оружия, зато был тяжелый пожарный топор. К горлу подступила противная тошнота.
— Хватит, — выдавил он. — Прекрати это.
Прежний Синдзи давно бы расплакался, или закрылся в себе, не обращая ни на что внимания. Но даже океан слез однажды пустеет, а убежать из собственного сна и вовсе невозможно.
— Прекратим тогда, когда ты, смертный, перестанешь жевать сопли, и будешь делать то, что нужно, — ответила безликая крылатая тень. — Быстро и качественно.
Синдзи поднял голову, глядя на человека, что сидел за столом спиной к нему, читал какие–то бумаги и не подозревал о его присутствии. На человека, которого сейчас должен был убить — своего отца.
— Я тебя ненавижу, — произнес он безэмоционально.
— Я просто раздавлен твоей ненавистью, — саркастично отозвалась тень. — А теперь оторвал свою задницу от пола и пошел прирезал ублюдка.
— Иди к черту.