MoreKnig.org

То «заика», то «золотуха»: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Автор: AnaVi



Шрифт:

…Агата!..

Пот мешается со слезами… И чёрными дорожками — утекает к губам! Добавляя к общему «чёрному коктейлю» просто и «влюбийственных чувств» — ещё и бежевый отлив пудры и помады. Тот самый «свет», во тьме и… в конце тоннеля, в котором тоже есть тьма! Но и как всё-таки «прекрасно», когда песня, как сама по себе, так и отдельно от музыки, лишь стихами, подходит под твоё шаткое состояние… «Шаткое», как и твоя психика! Рушащаяся с каждой новой, обрушивающейся внутрь тебя же, стеклянной стопкой… с цветными и переливающимися жидкостями! То по возрастающей… То по нисходящей… Ниспадающей! И таким же — вылетающим кирпичом из твоей же всё «стены» с криком: «Ничего не вижу! Ничего не слышу! Ничего не говорю! Мне плохо! Меня предали! Я пришла — только напиться. Отойдите и… Уйдите!». И как тебе «пьётся» — в середине танцпола? Под музыку… Бликующий и мерцающий свет от прожекторов… И в куче такого же, как и ты, цветного же народа… с сотней объективом. По два и как минимум же — в каждом! С тысячными мегапикселями, если и не в сотне процентов, то и близ их… Они же и толкают тебя — из темноты в свет! И обратно… А ты продолжаешь танцевать и… подпевать. И будто бы — ничто тебя больше не тревожит. Будто — и ничего, никого нет… И тебя — нет! А для полноты уж картины и маслом — ты ещё и забрасываешь руки над головой… Пряча под ними — своё и как никогда же смеюще-плачущее лицо! И не можешь унять это. Как и тремор конечностей снаружи и органов — внутри! Дышать становится — всё тяжелее… Сердце выбивает матерный текст — на всех языках мира… азбукой Морзе. Пытаясь прорвать костный обод и вылететь ко всем… на танцпол! А оно бы ведь пело и танцевало — явно не хуже… Как курица! С отрезанной головой… Отрезало бы тебя — и носилось ещё добрые секунды. А там, может, и минуты… Вот, что называется — жить «здесь и сейчас», «одним днём» и… «мгновением»! Оно бы смогло и прожило — всё то, что и прожила сама ты… за него! Взяв его просто и… в рабы, в какой-то мере-степени. Прожило бы то, что ты отобрала у него! А после — ушло бы «в закат»… в свете же софитов. Под стук — уже и бита, а не свой собственный! И попало бы — в масть… В красный «свет»! Успокоившись — лишь где-то и у сцены, где и так красиво-прекрасно пела девушка… так сильно похожая на тебя! Так сильно, что и подходит под тебя — вот просто и… всем. Теми же волосами… Туфлями и… платьем! Теми же и, чёрт-а, чертами… лица!

…Танцуй.

Но, знаешь, с чем ещё сочетается красный?.. Помимо белого и… чёрного. Серого! С тёмно-карим! С твоими же большими и… «блестящими» глазами. На фоне же всё и испещрённых кроваво-красными капиллярами — иссиня-белых глазных яблок! Ты устала… Ты хочешь спать… «Хочешь». Но не можешь! Ведь и твой «личный» сонный паралич — достиг уже и того апогея-апофеоза, где… ты ещё можешь двигаться внешне, но уже и не двигаешься внутренне! Нет. Твоя душа — не абстрагировалась. Она… отошла. Ушла — со светового поля… в тень. И осталась там! Да. Ты — функционируешь… Но не живёшь! Ты… существуешь. Существуешь, а не живёшь! Кажешься, а не являешься… Не «бывешь»! Мозг и сердце — просто отключились… «по-другому». Давая делать, но не давая думать и… чувствовать. Ощущать и эмоционировать! Ты — овощ. Пусть и наоборот! Но и этого же — стоило ожидать, учитывая и твой же всё «карьерный слёт»! Нет. Ты не ушиблась головой… Ты ударилась — душой и сердцем! И всё… Ты — «такая»! И чёрные длинные ресницы вместе с тобой — устали «отбиваться» от пыли и песка Морфея, проникающих в твои глаза! Ведь и широкие тёмные брови — тоже «разошлись» по сторонам твоего высокого и бледного лба… Решив брать с собой и в себя — столько, сколько смогут унести. Как губки! Что и… тоже ведь не «вечные»! Как и всё же, собственно, под этой… цветной луной и звёздами! Пока аккуратный и курносый нос с острыми скулами и округлым подбородком, поднятые вверх и… по ветру, готовы ловить его собой и в себя, подобно натянутым парусам… белого корабля! А миниатюрные пухлые губы — приоткрыты: в желании — помочь не только дышать собой и носу, но и подпевать!

Меняй,…

Время на исходе… И ты знаешь это! Пора… «сменяться». И ты спускаешься с чёрной, начищенной до блеска, сцены… Обойдя вполне и удачно такой же микрофон и на той же всё пластиково-металлической стойке… И выхватываешь взглядом её. Одну… И из всей толпы! Менее пьяную здесь, чем все. Но и чуть более пьяную, чем ты… И это сейчас — идеальная кондиция и пропорция… для этого: твоего же «прошлого» дела. Что уже и «было» твоё… Как и под тебя! Так ещё и так удачно и удобно, неожиданно и… «прекрасно» — одевшаяся «под случай». А подправлять макияж — и не надо. Растечётся ж затем — ещё больше! Где она же, там свет попадает и проникает — редко… В принципе и свет, как и цвет, там редкий гость. Но меткий… И метко! А здесь же и «этам», где была и ты, на своём собственном эшафоте, стоишь под вечным жёлтым цветом и… белым светом. Словно бы — и в солярии… И нет! Толкаешь её своим левым плечом и… уходишь. Пока толпа ещё создаёт этакую вереницу-проход для ручейка-речки и «море для Моисея», разойдясь, и так и не сойдясь, по двум сторонам от тебя. И вы обе же вновь — пользуетесь этим… себе же во благо! Она — чтобы взойти ещё на бал с корабля и к уже зазывалам-организаторам. А ты — чтобы наконец сойти и уйти, смешаться и… пропасть! Вызываешь стандартное и тут же «не», для этой же всё серой местности, жёлтое такси. Пусть и с чёрными шашечками… Хотя бы — что-то! Поджигаешь сигарету… Слышишь, как той и на сцене аплодируют. Зовут, как… и тебя. Нет… Зовут и именно тебя! А ты, в это самое время и буквально же уже на «своём» месте, отъезжаешь от этого «падшего» клуба и открываешь окно… Чтобы «сизый» дым выходил и… уходил в чёрное ночное небо. С однотонными и… единотонными звёздами и луной! И лишь мельком, боковым зрением ловишь взглядом «тёмный» силуэт девушки, заходящей в клуб с пошло-яркой, будто и размалёванной, фиолетовой неоновой вывеской… Из которого недавно вышла и ты! А ведь и до этого всего, как и она, как и та, что сейчас ещё на сцене, и другая, что уже и в толпе, отойдя-отлипнув от бара, отплясывала и пела, перед этим ещё и основательно «влив» в себя всё и сразу, влившись затем и в толпу. Пока и на тебя же всё смотрела… ты. На пути к бару… В и из толпы… И у выхода! Уходя и… оставляя вместо себя, опять же в какой-то и степени-мере, тебя же. Теперь вот — ушла и ты… Оставив ту, другую и… «эту»!

…Агата!..

И так — в замкнутом колесе… Круге… И кольце! Из разу в раз… Снова и снова! Не понимая причины… Следствия… И связей. Зато и всякий же раз проходя мимо одного и того же серого кирпичного пятиэтажного дома… Под одним и тем же полуразрушенным серым бетонным балконом на четвёртом этаже… С сине-зелёным металлическим ограждением-бортиком… Без и тёмно-серой металлической крыши: серый бетонный пол пятого этажа балкона — его крыша и… хватит, ладно, видимо! Не замечая и сидящего, свесив обе свои «ноги» наружу из-под бортика, человечка… Мальчика! Лет пяти-шести… Что и будто ведь: «Серый металлический стул»! Торчат же лишь — две металлические статичные «ножки» и… всё. А на деле — два серых металлических протеза! Он — инвалид на обе ноги и… Их после и до колена — просто нет! Не обращаешь внимания на него и… в принципе, когда проходишь! Так ещё и расталкивая параллельно, как ты думаешь, «сборище зевак» из женщин и мужчин, детей всех возрастов… под этим самым балконом! Ведь и не знаешь же, что после очередной ссоры и потасовки, с которой людям в той и его же семье не помогли, муж избил свою жену и мать этого же самого мальчика и… закрыл ту в кладовой-чулане. А сам — заснул в кресле с непотушенной сигаретой во рту! Перед тем, как и сам же их сын закрылся на балконе, чтобы не видеть и не слышать всего этого! И не видел же. Не слышал… Как и то, что там начался пожар! Незнание же, что и эти же все «зеваки» столпились из-за него, «мальчика», всё ещё и по тебе же, освобождает от ответственности! Не говоря уж и за те самые жёлто-рыжие языки пламени, что пока только и отражались в треснутых местами стёклах белых облупленных деревянных дверей балкона… Пропускающих так же пока лишь и только небольшие чёрные змейки… дыма!

…Меняй.

А ты их распихивала всякий раз… Мешали же они тебе — пройти в клуб! Как и ей. Как и той. Как и… другой! Словно бы и проживая же день сурка… на повторе. Не видела, как шла. Не видела, как и уезжала… Как и тех же всё «человечишек», что расступались перед тобой такой же новый-всякий раз… подчищая и помогая руслу реки-ручейка! И не понимала — «что» за мальчик. Да и «мальчик» ли, на самом-то деле? Как и все. И только когда он спрыгнул вниз и разбился о серый же асфальт… Так и не получив возможности — быть схваченно-пойманным теми, кто перед тобой и в этот самый момент расступился… Они и обращают внимание на него! Они. Не ты! Да и когда уже видят кровавую лужу вокруг его чёрных коротких волос головы и белой футболки с шортами такого же небольшого тельца… И понимают, что это — действительно не стул. Ведь и до этого — так же, как и ты сама, видели общее. Но и не от и к частному! Не в деталях и мелочах… Не в частности! Замыливая и замылив глаза — своими проблемами. Пожаром скорее и именно своего дома! Который и не весь-то горит… Но и боясь возможного переброса огня — на их квартиры. А там и соседних домов… А не сгорания мальчика и его семьи. Их квартиры! Не пеклись и о его спасении… Хоть каком! Не говоря уж и за тех, что при- и набежали из рядом стоящего белого кирпичного пятиэтажного дома: негодуя, что их дому такого внимания не оказывают. «Он не горит!». «Но и тоже ведь заслуживает его — к себе». Как и ты! Как и твои «отношения». Которых, толком-то, и не было! А было «задание». Которое ты — ещё и провалила! Выбрав из «двух зол» — меньшее. Как ты же и вновь всё считала: «за» и «про-тив» себя. Ведь эта семья — у тебя уже в печёнках сидела! Не исправлялась. Не менялась… Ты помогала, а всё — без толку. И забила! Оставила их — при себе-них! И себя — при себе же. По итогу же и всех — без себя. И сама осталась — ни с чем-кем. Уверенная, что все беды — из-за нарушения правила и отношенческого запрета. А вышло так, что… и нет! И тебе бы его простили, вполне, если бы не пренебрегла своей работой! Но ты сделала это — и обрекла их на общий игнор и смерть! И теперь — влечёшь их же всё, пусть и всё с твоих слов и такого же отношения, «жалкое существование»! Где всем плевать, что тебе плохо… И где ты — должна им всё отдавать. Забрав до этого — с лихвой. Гори же теперь и выгорай — на радость тем, кто этого… и не оценит! А ещё чего лучше — вообще: «осудит». Твои тупые песни и оголтелые танцы — ни о чём-ком. Стоили ли этого крылья? А стоили ли — их жизни? Когда замкнёшь свой десятый круг — тогда и поговорим!

Пой и танцуй, меняй, Агата! Твой рай — он «ад»… И в «тушах смрада».

Пьяный романтик

(Cover — Mary Gu; «AM-A-S» — «Козырев — любить страну и ненавидеть государство» / вДудь, «Believe» / Дима Билан, «Страшилка для Нюши» / Смешарики; Клуб Романтики: Секрет небес)

Сколько вечеринок повидал этот город «культуры и искусства»? А сколько и ещё мог повидать? Да и сколько так же всё повидает?.. Но уже — без меня! Чёрт бы побрал эту любовь к чётным числам и… твою ненависть к ним же. Но и любовь, наоборот и в свою очередь, к нечётным. И пресловутым разбросам их же… через два. Да ради всего… не «нашего»… святого! Ты даже в этом — соглашался, не соглашаясь. Крича «Ненавижу!» — всё равно любил. Что меня. Что и эти же всё… самые числа. Что и эти же пять граней и углов — своей отсутствующей души и разбитого сердца… Помноженные на семь грехов и девять же кругов ада соответственно! Такая вот «несвятая троица»: из меня, тебя и… «тебя же». То есть: «твоего эго»! Что облюбовала эту «высокую точку». Некий и Эверест-Олимп — в одном «флаконе». Вот только и вышедшую боком на позор, а не богам во и… на славу. Хотя и опять же, каким богам? Да и кому? Для кого? Все ж когда-то, так или иначе, были ангелами и… «богами»! Все когда-то расстались, расставались и… расстаются по сей же день… с этим. А кому и зачем? Для кого? Надеюсь, по крайней мера, что и с причиной чуть получше, достойной и… нежели у меня! «Рома»! И этим-им же, как и именем, всё сразу сказано. Хотя нет… «Почти». Ведь ещё есть и… Даниэла! Он и я! Демон и… «демон»! Ну а вот теперь — точно всё. На «момент» и… «Поток»!

«Любовь — слепа. А ненависть — зряча»… Как назло! И вот, чего б мне не раскрыть глаза раньше, да? До того самого шага, когда всё и полетело к чертям? Когда и я сама же полетела к… ним! Не сдались ему «светлячки», понимаете ли! Конечно… А мне вот — очень сдались «тени», «скелеты» и… прочая такая и не «погань». «Сдалась»! Да. Ещё как… И я сдалась! Тогда и… на тот ещё момент. А сейчас… Сейчас — не уверена. В первом! Как и в том, что не сорвусь вновь в пропасть и бездну. Но уже и не ради «кого», а «против». Не назло! По доброй грусти и доброте же душевной… В ностальгии к своему прошлому. Светлому… прошлому! И в нежелании видеть тёмное будущее. А оно ведь и, правда, «тёмное»! Хоть и было «всегда» таким. Что и тогда и в его же так же всегда расширенных чёрных зрачках. На фоне голубых радужек и белых яблок глаз… Что и сейчас, смотря вдаль. И будто бы — за горизонт… Что смешивается с уже темнеющим беззвёздным небом и почти по- и затухающим городом. Дороги же, как артерии, капилляры и вены, всё продолжают гонять «сгустки крови» и «нервные световые импульсы»… Рассекая серость улиц и бело-жёлтый свет фонарей… Становящийся рыжим и даже огненно-оранжевым, как языки адского пламени, стоит ему упасть на красные или бордовые кирпичные стены зданий. Так ад зиял в раю и рай же ниспадал в ад! И это… нормально. Ведь и это — тот самый закон равновесия и баланса… Гармонии! Где свет — не может без тьмы. А тьма — без света! Они — всегда рядом. И ближе, чем и просто «близко». Где-то и «всегда» недалеко друг от друга… Под «боком», «ребром» и… «за пазухой»!

И я была «такой»… И я была «рядом»! «Недалеко». «Близко» и ещё «ближе»… А после — и в нём же самом. Чтобы это ни значило. И как бы это ни звучало… Да! Просто бездна взглянула в бездну и… червоточина моих тёмно-карих ореолов попала в плен смерча в океане и одновременно небе! Воронка последнего утянула на самое дно первого… И погребла под тоннами воды! Уводя всё дальше и… глубже. Где и, нет, не горячо. Где — адски… «морозно»! И «обжигающе холодно». Так вот… Ад замёрз, а небеса разверзлись и… вдруг загорелись! И в этом — гораздо проще убедиться, помня ещё и про палку, стреляющую раз в год. И про горящую воду… А тут, всего-то, небеса! Та же ведь и вода… Что и в облаках: в виде пара и… испарений. Что и в виде кислорода… Но и не углекислого газа! К худу ли, к добру… Но если бы можно было смешать добро и зло, как чёрное и белое, в равной степени и пропорции… Вышло бы нечто такое и тут же «этакое»: серое и… горючее. Легко воспламеняемое… Горящее и… взрывоопасное!

Прямо, как и те холсты, что сейчас сняты с окон «в пол» в белых уже и порядком побитых не только временем деревянных рамах и отставлены по углам серых так же осыпавшихся бетонных стен. Где и лишь какие-то — подняты и унесены… под самый же металлический купол. На второй этаж! По чёрной металлической винтовой лестнице… С какими-то витиеватыми вензелями в перилах. Но вряд ли и они останутся целы! Что в том, что и в ином случае. Ведь если и «кто-то» захочет, чтобы всё горело, загорится всё. Ну а пока же всё и «нет» — «горел» лишь пол со светло-бежевым линолеумом… от энергичных танцев, больше походящих и на обычные прыжки с выброшено-подброшенными вверх руками. И заброшенными ещё параллельно назад головами! Парни и девушки… Демоны и ангелы… Люди… Люди и кони! Козы и козлы! Всё смешалось, тряслось и… дрожало в цветной светомузыке и под какой-то незатейливо-«интеллектуальный» бит! Почему бы и нет, собственно? И в культуре — всегда найдётся же и есть место… «бескультурью». И всяческому же! В косметике и внешнем виде… Внутреннем «не виде» и «связях»… Конечно! И, собравшись всеми цветами и смесями, «перемешиваниями» цветов радуги, они внеслись и рухнули потоком в эти стены, пол и потолок, разрушив всё своим цунами!

А ведь ещё и изначально — всё разрушила я сама. Но и к чему эта лирика, да? Да и где я могла бы спасти всё это, вся и всех, начав просто и наконец-то, вновь же… «с себя». Ведь и же — начала с него! Как и любая же на моём месте… «влюблённая дура». А ведь и казалось бы… Нам всем — по двадцать. Чуть меньше… Или чуть больше! Но вот я — и стою перед окном в шкуре зебры… Будет точнее для «защитников природы» и лучше для меня же сказать всё же: «пледе»! И смотрю на мутные огни машин и на сами «пятна» их в общей куче и таком же гвалте цветов вокруг и внутри них. А вот они — пытаются пробить пол! После — ещё один и ещё… Пересчитав их, как и донья, до самого влажного ещё и «в цвет» после дождя асфальта. И рухнуть… в самую преисподнюю. Продолжая празднество — уже и на балу Сатаны. И в ночи непосредственно самого и непосредственного дьявола!

Да уж… И если парни — ещё как-то более-менее со мной «солидарны». Не потому, что я — это «я». А потому, что они — это «они». И слишком «важные и умные», чтобы не поддаваться подобным «эпилептическим сдвигам». Зато и не — в разрезе всё выпивки и сигарет… То их «экс». Настоящие и будущие… Или прошлые. Уже вовсю седлают лестницу на предмет… подоконников. И это же — ещё полбеды! Есть же и те среди них, кто посещает «пилон» и «стриптиз» — непосредственными же участниками самого и всего же процесса. И это — видно! Как и их желание «принимать желаемое за действительное». Вроде — и его же паха, как и подставки для шеста. «Кому-то» явно впирают домашние солонки и перечницы! Что ж… Да и не одним же «обломом» — едины! Испытайте же свою удачу и фантазию с воображением на прочность… А после — и свою психику! Ведь и само же желание жить «в самой высокой» точке города. И на таком же этаже… Как и проводить подобного рода кутежи там-тут… О чём-то да и говорит! Как и, например же всё, дорогущие тачки и дома… Восполняя утраченное и потерянное! И прыснуть бы ядом или кислотой… Желчью! Да и только факты — говорят уже и сами за себя. И добавить к ним — нечего. Разве что и только то, что его нос — куда длиннее и шире… «исподнего». И посидеть на нём, как в рекламе, не оскорбление, а реальный призыв к действию… В удовлетворении своих-ваших плотских и животных потребностей. А «иначе» — никак! Главное — не порезаться о его бледные острые скулы и… не обрести вдруг на и в себе ещё одну «точку» баланса-равновесия-гармонии… «для проникновения»! Не говоря уж и за ещё одно «проникающее» — в виде существенной горбинки подбородка. Ну а узкие губы не пропустят ни одного миллиметра нежной кожи… «Постараются»! Если же «нет», то длинные светлые ресницы, как и такие же широкие брови, соберут вдруг и «ушедшее за края». Когда и наполовину пустой стакан — станет наполовину полным… В тоже время, как и «худой» коротко стриженный светло-русый — пожирнеет и потемнеет на несколько тонов… От пота и «приложенных усилий», стёкших таки ещё и по высокому лбу! Ну и как бонус же ко всему — его же чёрная рубашка в крупную красную клетку… на утро. Если «фанатка» и успеешь сорвать «куш» вечером — в виде его чёрных же подтяжек… висящих у земли. Как и почти что его же «в цвет» джинсы. Но и не забыв — о шляпе. Под рубашку! И «убогий лук» — будет собран… под босые же ноги. Что и не придётся даже искать его «белые» кроссовки со штанами. Как и нижнее белье. Что его, что и… Неважно!

А «важно» же как раз то, что где больше двух — говорят вслух… И «третьей»! А иначе — зачем эта любовь и… к нечётности, верно? Это же я могу любить нас же двоих и… с собой. И «за» двоих же! А после — одного. И двух… Но и — как наших уже с ним детей. А он — не разменивается на это. Третий — не лишний, в его же случае. Как и пятый! И так далее… И если вдруг я не даю «новой жизни» ход — он даёт ход и шанс «другой»… Но и в случае рождения детей, стоит понимать, четверо — его не устроит! По той же всё причине: «нечётности». Как и в случае, если я уже и заведу кого-то «на стороне»… Вместе с ним же! И вот — мы «два на два». И «шах» — снова за ним! Он же — не отстанет и отстаёт… И речь — не за семью и её количество. Речь — за «партнёров» и «связи». И их «безусловное» качество! А там — и «семь». И «девять» и… одиннадцать! Он отобрал всё! И отберёт же — ещё больше, если с этим не покончить… За «тринадцатью» же — пойдёт и двадцать пять. Двадцать семь… И казалось бы — промахался с моим Днём рождения. Где-то между… Но — он взял больше! На одно «очко»… Забирая мой месяц, вместо своего! Он ненавидит нечётность, но рождается в ней по числу… Первому из двух! С зачёской и засечкой: «двадцать». И первому же — летнему! И «умирает» — по чётному месяцу! Я ненавижу нечётность, но делаю то же самое: только наоборот. Между… И первому осеннему! И раз за разом же… Мешая чёрное с белым. Как кофе со сливками или… молоком. Как кофе с мороженным. И… Хрусталики же в карем цвете!

Его «природная светлость» — уступает его же сущности! Когда же я — «лютый контраст». Не только — по сущности… Но и по внешности! Тёмно-каштановые кудрявые пряди цепляются за синтетику пледа и забиваются в колтуны под серой футболкой. Чёрные длинные ресницы моргают чаще крыльев бабочек… Что так и «догнивали» под «ложечкой» желудка! В попытке — то ли сбить уже начавшие подступать слёзы. То ли и, как в камере телефона, приблизить изображение в мутном и грязном стекле… За которым всё ещё живёт город — по одну сторону. А по другую, одновременно и снова, погибаю я! То и дело — ловя отражение цветных софитов… И вибрацию сотрясаемо-отражаемой поверхности. А в ней уже, отблесками, силуэты и… неоднозначные позы! Глаза не щурятся… Так что тёмные широкие брови остаются статичны. И волны бледного узкого лба остаются в гавани… Лишь и при лёгком бризе. Зато скулы — гуляют под желваками, как и те же всё по ним, наперегонки! Узкий и курносый нос — морщится. И вместе с ним — поджимается округлый подбородок… Под давлением и буквально же выдавливание пухлых губ! Закусанных и прокусанных до треска нежного бледного кожного покрова… В связке и с ладонями, что готовы окрасить белые полосы пледа… кроваво-красным «месячным» рисунком! Но и не так сильно, как тёмно-синий кардиган или такие же джинсы… Которые впитают всё — гораздо раньше! Ведь и именно так — выглядит фраза: «Всё в порядке» и «Всё нормально». Когда и на самом-то деле — это не так. Просто убираешь основное и… оставляешь второстепенное. А «на случай важных переговоров» — соврёшь и подотрёшь… Добьёшь всё — синими кроссовками. Не впервой же прятать капли чего бы то ни было ступнёй и… подошвой. Хоть и впервые — не от «неуклюжести»!

Порядок! Всё просто и… Нормально. Да вот — и не просто, и не… Неспроста! В мечтах, как и во всём, есть «свой» риск. И если ты его не вскроешь раньше, чем он тебя — он вскроет тебя и утащит за собой… В пучину мук и страданий. Горестей и одержимости! Но и куда уж «хуже», правда? Некуда! Как некуда и «неоткуда» идти… Что в мыслях. Что и в помещении… Дым и пар! «Градус»… «Металл» с губ — смешивается с приторностью женских духов и удушливостью мужских одеколонов! Удушливостью — свободы и… лёгкости. Морского бриза… Лесной свежести и… Горной морозности! Словно бы — лёгкие подстроились под отсутствие кислорода и стали требовать его меньше… Но вдруг он появился, а вдохнуть больше «нормы и стандарта» — ты уже не можешь. И задыхаешься! Как и с этими же всё чёртовыми цветами… «Лилии»! Он же запомнил мои любимые цветы… Пусть и не дарил их никогда! Зато — дарил ненавистные. Хоть и чётное число! Прощупывая почву, таким образом, и… ища спусковой рычаг детонатора. Когда мне уже наконец-то и окончательно сорвёт-снесёт башню и я… снесу «кого-то». Так и не нашёл! Но и надежды же до сих пор не терял… А я — не теряла своей врождённой сущности и приобретённо-природной сучности. Следуя одному, но и такому прекрасному, совету и завету… О холоде и к «холоду» же! Месть должна быть — только «такой». И те же всё цветы… в литровых стеклянных банках с грязной, перемешанной с краской водой… всё и меня же саму так же бы «прекрасно» поняли, если бы и не приняли. Как и я же всё — их! Этот же «цветастый пчелиный рой» — просто принёс себе же сей нектар! Как мило… И всё. Забыл! Пока «дети же природы» — тухли в «тонах и полутонах»… вчерашней и позавчерашней давности. И, отцветая, опадали своими лепестками на пол. «Белый»… Цвет смерти! «Розовый»… Цвет «впитавшейся» смерти! Деньги же были на всё, кроме ваз! Пьяная романтика… «трезвого» же художника! В разрезе. И под лупой… В призме! Хватало и на полуразрушенные хаты на ночь… С кучей деревянного и бумажного хлама! Стеклянных бутылок и бокалов… Со всем и сразу смешанных. Либо с чем-то отдельным и определённым… Но и «на донышке»! И «это» — по всему же полу! По всем и углам… С какими-то и пластиковыми красными стаканами! Уже под сигареты и… «трубочки». Музыкой и светом… Светомузыкой! С «горкой» хватало — и на шикарные апартаменты для жизни. Но… Будто бы и его же всё «прекрасная оболочка» и весь «хаос души» — в одном и… перед глазами! Весь же тот «лоск и статус» — лишь картинка… За которой сплошь и рядом — только тёмные закутки и… зацепки. Страшные узлы и… путанные нити! «Ужас изнанки прекрасного передника», как… естества! «Частичный порядок внешний» — лишь только прикрывал «полный раздрай внутренний». «Гений внешнего порядка»… властвовал над «тупым и внутренним хаосом». И это — как антоним «умного»… Так и нет! Но и больше же всё же: «да». Пациент скорее и именно — «мёртв»!

Да и под рассвет же — они закругляются… И засыпают — кто где! На полу и посередине… По углам и у стен… Подстелив по себя и всё те же несчастно-икающие картины… А там и вовсе — укрывшись ими! Не из-за холода. Не все… А забавы ради! Ведь и «хладнокровные твари» — могут обойтись и без таких нужд. Что и… Как и «теплокровные» же всё, собственно! Главное же там и тут — слово: «твари». И не от «творчества» или… боже-дьявол, упаси… «творца»! Да и мы же все — не такие разные в этом. Как и в отсутствии взаимности… практически во всём. Но и это — понимаешь лишь в процессе, если и не под конец! Когда всё же занимается ярко-жёлтое, почти и оранжевое пекло-солнце… Будто — и один из костров всё того же ада поднялся над Зёмлей! Подогревая первый ещё своей и большей частью, а последнюю — уже и меньшей, как и тёмное, пусть и помаленьку уже начинающее светать, небо. Словно и чугунный чёрный котёл-казан… на бело-чёрных же головешках угля! А в комнате — появляются первые светло-жёлтые и белые лучи. Не разделяя пока всей яркости и сочности светила… Но и тогда же — приходит «на помощь» и очередь: «искусственного вмешательства». Дабы и ускорить процесс! Процесс — всего и сразу… Избавления от серости и темноты!

Плед почти и тут же подлетает и улетает в сторону неудавшегося Казановы… Полоска — «идеально» сочетается с клеткой! А оставшиеся банки — так же идеально гармонируют, будучи перевёрнутыми, с полом. Кругом и на боку — к прямоугольнику! В воде — нет ничего такого… А вот в воде с парацетамолом — есть. С ним — отлично и довольно-таки долго стоят цветы! Одинаково качественно и количественно… А в водке — и ещё дольше! А уж когда пары одних таблеток смешаются с другими… И в закрытом на все замки помещении… Так «удачно» закрытыми же именно мной… Ведь я их встречала и пропускала. Не палясь… И как образуется пар! С его «милого подарка» в виде металлической зажигалки на серебряной цепочке шеи… Что сейчас снята и сжимается правой рукой в рукаве кофты… Поджигается с одного «чирка» и улетает на плед… Ни в сказке сказать. Ни пером описать… Разве что в кошмарной и… Крыла. Чёрного крыла! А мне же — выход заказан… И через окно! Неплотно ещё и закрывая его за собой. Огню — нужно дышать. А им — не нужно! Но и так же, чтобы шире и последним открыть было нельзя. Вдруг проснуться раньше времени — и захотят вылезти. А если позже — все взятки будут гладки! Но они — не захотят. Цепочка окислится и расплавится раньше… И даст «серебром» же по из обонятельным и нервным окончаниям… По мышцам, двигательной активности и сознанию… Жизненным и живительным силам! Ну а первому уже и тогда — можно и будет всё! И даже — больше перечисленного мною сбоя их же организмов!

Грехи и пороки — полыхают в огненных девяти кругах ада! Начиная «святой троицей» под пледом… Пятью «музыкально одаренными» за музыкальным же чёрным пультом и колонками… Тремя «картинными эстетами» наверху… И тремя же «разбросанными в разнобой» по углам и полу! И лишь одна из которых, я, уже на металлическом парапете крыши… И смотрит на город — в первых лучах наполовину уж и показавшегося солнца… Разгорающегося будто и с двух сторон! Но и сзади — горячее и мощнее. Слыша на задворках лишь приглушённый писк и визг… Смутно похожий на скрипку! «Прекрасную» скрипку… личного «Чёрного Ловеласа». С адским пламенем в глазах… Лавой по венам… И с амброзией — по артериям и капиллярам. Что и так удачно смешаны с кровью… в высший сорт «вина»! В иссиня-чёрной же «бутылке»… Под высокое горло! С чёрной же «росписью»… И такой же «пробкой»: «выточенной» — по не образу и не подобию! С двумя алыми «солнцами» — в чёрных «перистых облаках»: в два слоя — под и над. И густыми «облаками»: в одну почти что и полосу. Лишь с небольшим разделением! С резными и острыми «краями»… Под «полные» ободки. Два! Друг над другом. И над одним узким… С ямочкой! И ему не нужны песни, чтобы нести творчество. Как и не нужны коньки, чтобы нести искусство! Он и сам по себе же… «Несущий свет»! «Бледный» свет… Иссиня-чёрный же! И на контрасте с белым… Так ещё и сносящий за собой туда, где его и нет! С одного же своего-его прыжка и… лёгкого приземления: с помощью уже и его-своих чёрных «крылатых лент»… за горлом. И моего — до асфальта! Без помощи и заблаговременного торможения… С красными разводами вокруг моих же «разбито-растрепленных» чёрных лент! Будто — и алой окаёмкой. Под траурными лентами! За семь душ, как семь грехов… И одну, но не свою душу, как девять кругов! Он любит чётные числа… И восемь, не шесть, как знак вечного и бесконечного… хаоса! Под прикрытием «мгновения» и «своего» же видения мира! И накидывает, ко всему, как оценку, ещё и «отлично». Как «двойная метка» и… принадлежности к себе-нему. «Л» и «Д»… Будто бы и сам подбирал мне соответствующее себе — моё же имя. И не «будто бы»!

Сдавайся

(Cover — Сергей Лазарев)

«Кто же знал, что любовь и, правда, живёт три года»? Я! А ещё — он. И… Бегбедер! Что б ему икалось, неладно было и… спалось крепко! Три года из имеющихся трёх и… двое из имеющихся же трёх человек, погрязших в «этом» всём… знали! Знали, что умрёт. Что погибнет. Но… То ли и не собирались мириться и боролись. То ли и выжидали, чтобы прикончить уж до конца и… сами. Прикончили! Только… И «Кто же вновь знал, что она ещё и умирает окончательно… спустя эти же самые три года», правда? Живёт, да живёт себе… Никого не трогает… Отживает и… Вдруг! Умирает. Но и вот же «сюрприз» — не сама. Не своими руками и… Себя же. Конечно! Равновесие же. Баланс… «Естественные же отборы-смерти» — в почёте! Вот только и… зачем? А и главное: на х… за что? Явно же, не чтобы возродиться и… переродиться! Так и зачем так мучить её? Её и… нас! Отъехала бы и «отъехала». Выпилилась и «выпилилась»… Нет! Нам же — нужно было «самим» руки приложить. Руку! От каждого и… по одной. Правой и… С пистолетом же наперевес! Что ж, кто наперевес, а кто и наголо! От чего и нет же, собственно? «Как начали — так и закончили… Вместе!». Так ещё и «Открылись под конец»! Шаг от любви до ненависти — оказался: «лилипутиком». А мы ему: «Гигантик! Гигантик…». Да-да! В сравнении только лишь и… с чем-кем! С муравьями, что поселятся здесь и всё «после нас»? Определённо! Им же и лишь явно мешало это двухэтажное «любовное гнёздышко»… Из тёмно-коричневых толстых и длинных поленьев… На опушке леса! И вот казалось бы: «тавтология». Брёвна и… в Брёвналенде! «Лесе» же. По мирскому… Но скорее и: «Геноцид в опочивальне и на лоне, оголённом же лобном… нерве матери природы»! А вот: «тавтология»… То, что после нас, они и это самое же «гнёздышко», облюбуют! Да и не только они… От мала же до велика! С лапами и копытами… Крыльями и без… «Вернут ж с процентами» то, что когда-то отобрали у них мы! Все же платят по счетам… Не только и те, кто, и сами того не ведая, живут на «кладбищах»… Но и те, кто «ведая»! На пастбищах, полях и… вырубленных лесах. «Кладбищах животных и растений»! А что уж и до «бревенчатого домика»? Когда «второе» и «компот», а там и «десерт», будут — бетонные и стеклянные сооружения, скребущие небесный же купол… Виноградная лоза и бобовый стебель — рядом же прорастали и дымили нервно в сторонке! Природа — отберёт и заберёт своё! А мы — только с радостью и отдадим. Ведь и если любишь — всё отпустишь и всех, вся отдашь сам, пока не отобрали и… не забрали силой! Лишь и прикинувшись, что больно… Прикинувшись! Кто верит же, а кто нет… В нашем же случае — не прокатило и… потребовались жертвы! И полуразрушенный дом — ещё полбеды! Это — даже и интересно, если учесть, насколько сильно сказки в нашей жизни, на самом-то деле, что и ни на есть: «быль»! Что и бобы со стеблем… Что и пряничный домик… А если ещё вновь вспомнить, что всё это происходит в лесу: ещё и красная шапочка с волком и… три поросёнка с ним же… заглянут на огонёк! Главное, чтобы не разругались и… к нам же не примкнули: отношения ещё и свои выяснять — кто волка раньше подметил и с собой же усадил. Ещё только же и одних рогов — здесь не хватало! И я — не про «те» самые… Про обычные и… самые натуральные! Висели бы они — на дереве, на одном, кстати, и из тех же самых поленьев стены: цены бы им не было! Но ведь и мы хотели «квартирное обустройство» на природе! «Хайтек на выезде» и «Технологии в мир». Получили! Расписавшись… За обломки Орео! Точнее — «вафельные трубочки», вместо и самих же тех печенек, но зато и с той же самой всё «нугой»! Серый утеплитель… Бетонные плиты… И белая шпатлёвка! А под ту же краску и… Обои! Да. «А с чем»? С брёвнами! Честное слово… Ладно бы, «послушал меня и сделал всё наоборот». Так нет… «Мы» же — «сами с усами» и… Только «под конец» же всё поняли, что брёвна — это «тема»! Да… Надо было уже и на этом моменте, о чём-то да и подумать. К примеру… «Что не стоило связываться с таким деб… демоном»! Но когда ещё об этом подумать и к этому же прийти, если и не в момент стрельбы и самой перестрелки… «Время пострелять, ага… И та ещё пальба». Не «взаимная»! То перезаряжался он… То теперь вот и я… За «решётом» же и из той ещё… оставшейся стенки. Её куском! Но и не из прихожей в гостиную… А из коридора и в спальню! Мы же — всё же и на втором… первом этаже. «Совмещёнка». Да! Так бывает, когда один начинает, а другой… подлавливает-хватывает и продолжает! Это вам — не притяжение противоположностей. Это — что ни на есть схожести и похожести… «Одноплановости». Демоны же… Оба! И без шуток! Но и ладно же ещё я, меня только-только третий год обошёл и пошёл, от обращения и принятия, а он?! Да и как вообще можно было что-то создать за три года: с разницей в… них же! Судьба и карма — взялись за руки и потешаются вместе и на пару же над нами, не иначе! Как и «ирония» их же… В пару и… Каламбур и комедия — медленно перетекающие в трагедию! Не в баню. А к Мастеру… Мистеру и Миссис Смит! Перестрелка же и похлеще-хуже, чем у Джоли и Питта. Но… Имеет же место быть: хотя бы и на контрасте золотых цепей на шеях и серебряных пуль в «магазинах»! Вот, что истинно могло называться любовью, точнее и «влюбийством», ношение сего первого и пусть не последнего, но и «оружия», на себе. Подумать только, а… «ангельская пыль»! Но и не зря же говорят, что: «Испокон веков мы и не только, все — носим свою погибель на себе же»! Пусть и у демонов, правда, это не так сильно заметно: разве что и в виде небольшой каёмки на перьях, почти и на их кончиках… «Серебряный отлив»! Те самые нормы… не ГТО… приличия и морали. Грани и рамки! За которые — заходить нельзя, иначе: они разрастутся, впитаются через кровь в кожу и… Пиши «пропало». Мелким почерком и… Туша же свет! Кстати, о нём… Тишина! Нет, я не ошиблась со словом и… его значением. Как и его же употреблением! Просто… Уже почти ночь и… Единственным источником света, ещё и с наступлением вечера и сумерек, были искры от пуль! Собственно, как и источником звука — были они же. А тут… Ти-ши-на! Не поверю, что выдохся. Слишком много сил было, есть, а там и ещё будет, в этом-его дышащем организме, чтобы так просто сдаваться и пасовать! Да и один же раз, ко всему, он уже «сдался»… Куда ж ещё, ему, так и уже именно «повторяться»? Хоть и стоит признать: мы так и не расстались нормально. Собственно, как и не сошлись! Те самые «три слова», как и впоследствии «четыре» и с союзом «не», так и не были же сказаны-произнесены… ни одним из нас. Да и старая добрая баталия, «Кто сдастся и скажет это раньше», приелась неимоверно! И я скорее же поверю, что он там где-то уснул, пока я пыталась и до сих пор же пытаюсь дорвать своё чёрное платье по левому же бедру, всем сердцем ненавидя эту самую длину и вырез под одну лишь только ногу! Может, «симметрия и признак отсталости», но вот такое извращение и издевательство — явно не признак ума и развитости, скорее наоборот. Можно же было разрезать и не вдоль, а поперёк… Но и какая теперь разница — ноги же свободны… и ладно! «Не было печали…». Не была б такой худой — сошла бы и за «борца сумо». Как раз же… Так ещё и прикрывает всё, что «не нужно», открывая при этом и параллельно всё то, что как раз таки и «нужно». Но и кому как, опять же! «Чем бы дитя ни тешилось…». Чего мы оба «там» не видели! А теперь ещё и все «причинные места» сокрыты не хуже, чем и у «африканских племён». Не говоря уж и за то, что уже и вся просто в грязи, пыли… Что ни на есть: «чёрт из табакерки»! С белыми пятнами от побелки и штукатурки… «С первым апреля!». Что ж… Но и как говорится же: «Гори сарай, гори и хата»! Нечего ногам одним пачкаться — нужно и рукам «добавить». Тем более, что и был только один рукав. Равновесие! Балласт… Кхм. Баланс! Не ущемляем же никого и ни в чём… А уж и правую-то руку! И кто б мне ещё поверил, что рукав был «для меня и под меня же всё»: чтобы и «рукав» же «сокрыть». Как бы это ни звучало… И что бы ни значило! И вот вроде бы, да, и сам «забит» до нельзя и больше… По самый… «не балуй»! А я — нет. А мне — нельзя! И не потому, что я: «девочка». Эту стадию мы уже прошли! А потому, что я: «не мальчик». Ну… как бы… да? Может и правда, уж в «Сумо» податься?! Но и как бы там ни было, а «червоточины» во мне — явно больше, чем света… Да и был ли он вообще? Сейчас-то, вот, да, есть: в и теми же всё — «белыми пятнами». Но вот и внутри — «внутренний»… Не думаю! Хотя он и твердил обратное… Постоян-но! И даже вначале этой самой нашей «потасовки» — он что-то об этом говорил» И я же почти поверила, что мы целиком и полностью — копируем тот самый сюжет. Где я — его задание. А он, в свою же очередь, «моё»… Но нет! Ему просто, изначально, не нравилась я… А потом уже — и всё больше. И больше… Хоть и если «правильнее», то: «меньше» и «меньше»! Не помню уж, как и пришли в «ноль»… Помню лишь, как вылетели в «минус» и… Разлетелись по углам! Как и полюса магнита… Да! Ведь это и сегодня же было. Произошло! Просил ж остановиться… Почти и молил не убивать всё то, что ещё… уже и осталось. От меня, него и… нас. От любви! А сам же, в то же самое время, не останавливался и продолжал стрелять! Ну а я — отстреливаться-отбиваться из-за своего «укрытия»… Из-за стены! А он же — из-за какого-то стола… Перед этим же ещё и «уже» — из-за каркаса «нашей» деревянной тёмно-коричневой кровати… А как увидела это? Развернулась единожды, чтобы проверить, с чем связано продление тишины перед бурей… Поднялась на колени, выглянула и… Напоролась на него же! Он просто так же и в то же самое время встал следом и вот мы… ей богу-дьяволу… как два сурка — стояли, стоим в чистом поле! Точнее: грязном и… выжженном. В тёмном поле! Во всех смыслах… И оба же — на прицеле у друг друга и почти так же напротив же «друга»! Как и лица же наши… И в двух форматах: уменьшенном и натуральном. Реальном! Сидим-стоим какое-то время неподвижно… После — поднимаемся и… выдвигаемся. Идём навстречу друг и к другу. По осевшей же уже наконец пыли и грязи. Опилкам и ошмёткам обоев… С побелкой и штукатуркой! Пистолеты — в боевой готовности и спущены с предохранителей. Дуло в дуло… Глаза в глаза… Хотя и сейчас же всё кажется, что это и одно и то же. Ведь и не столько уже пулями можно убить, сколько и этими же самыми «нашими» зрачками, если уж и не словами: без прежнего карего и бликов хрусталиков! Одна лишь тьма и… «темнота». «Чернь»! Ну, хотя бы и его чёрный «двойчатый» костюм, с рубашкой, галстуком, лакированными туфлями и под кожаный же ремень, выглядят не лучше моего же всё платья и туфлей на шпильке. Оба же уже — помятые и подранные… Порванные! И кое-где даже — ещё в крови. Над и только-только начавшими «расцветать» синяками! Такая «сухость» и «скупость». Да… Как факт! И без «т». Ведь регенерация — не оставит и следа на завтра. А вот и… «Кто подлатает души, что уже и прямо-таки тонут в «червоточине» же всё зрачков, задыхаясь в разряженном воздухе их же»? Вопрос! «Со звёздочкой. И на засыпку!». Да… Ведь и словно выброшенные в открытый космос космонавты! Без скафандров и… Дыхательных трубок! Бьются в припадке и предсмертной агонии… Доживают. Домирают! Лицо — бледное и осунувшееся… И это — далеко не из-за «грязи»! Скулы с подбородком — чересчур выточенные и выскобленные… Вычерченные! Грубые и угловатые… Выставленные будто и напоказ. И словно бы — именно обтянуты кожей! Небольшой нос и такие же сухие губы — не выражают никаких эмоций… Так и будучи ещё «в солидарности» с глазами и их чёрными же короткими «опахалами»… Как и широкими дугами-бровями! А ведь они и всегда были в каком-то… симбиозе. «На связи»! Дергались одни — дергались и другие… «Потянешь» за брови — «затрепещут» и ресницы. За ними — «подтянется» и нос. А от его кончика, уже и к концам-углам, губы… Как и в той же всё самой системе: где нужно убрать не один десяток, а там и не одну сотню же, предметов, по типу и домино, чтобы раскрыть что-то большее и мощное! Какую-то другую и иную картинку… Так — было и здесь. Было… И с нами! И с нашей взаимо-связью! Ведь я даже и не разграничиваю, как и прежде, описание… Мы как были «одним» — так и остались. От чего — только и ещё больнее! «Спасали» — лишь какие-то отдельные черты… Элементы характеристик… Да и волосы! Его — чёрные и короткие. Вечно всклокоченные… И мои — рыже-бесстыжие! Вечно пушистые, электризующиеся и… в кудрях! С высокого лба скатывается пот, размывая всё, что только можно, в случае его — итак безуп… ничего нет, и нельзя, в случае же моём. От туши и чёрных теней с «позолотой» стрелок… До «контуринга», румян и «металики» глянцевой тёмной помады! Я же уже и наверняка «панда»… А ещё — и «оленёнок Бэмби»! Ненавижу эти наши сходства… Как и ненавижу различия! Ненавижу этот «комплекс жертвы», «жертвенности» и «вечное желание всё, всех и вся спасти». Как и сейчас же всё, к и например… Ох, ё!.. Бог-дьявол, ну за что ты так со мной? «А ты?! Встань с колен! Почему мы не можем встретиться нормально, перестрелять друг друга и… всё?! Почему не можем покончить с этим раз и навсегда, коли уж здесь и сейчас «собрались»? Арт! Ну ради всего… и не нашего же уж святого!». Обречённая усмешка слетает с губ… Машу головой из стороны в сторону… И тут же «налепляю» на неё свои же волосы! Скорее уже — и их отстрелю, а потом и себя за-, если уж и мы друг друга не с- и можем! Оправляю их и сажусь к нему, устанавливая ствол в его голову — под горлом… После — «спускаю» и к его сердцу. «Не заставляй меня «прокладывать» маршрут… Это нечестно! Не вынуждай меня вновь строить на разрушенном… Возводить всё заново! Не принуждай меня молить… Ещё и пистолет отложил! Если не встать, так хоть застрелить попытайся! Я же вот — «пытаюсь»! Как и пытаюсь — не «потеряться» в глазах…». Но и секунды хватает, чтобы и меня лишить его… Просто выбить пистолет из руки и… Схватить за горло, взлетая над полом… землёй! На обломках и… остатках-осадках сил! «Видеть бы… увидеть твои крылья ещё хоть раз. Там — хоть что-то осталось? Есть хоть одно живое место и… перо? И только бы…Только бы — чёрные! А не через одно и… Или хуже того и… всего — все и… серебряные! Я…». Лицо к лицу… Губы к губам… Глаза закрыты! Щипает и колет — даже и сквозь веки… блестя. «Серебро! Он — поглощает всю тьму и чернь в себя». Не больше и не дольше минуты… Отпадает быстро, как и припал! Зависаю в воздухе с ним и… тут же опускаюсь к нему и его ногам. Уже и сама прося, моля «сдаться». Отпустить и… забыть! Убить это… Отключить! И, сама же ещё отключаясь, на последних секундах… вижу в его руках пистолет. И под свой же, как и его, шок и… любовь, слышу выстрел и… чувствую жгучую боль в себе! А после — и в нём… «Связь» же! Но — не вижу крови… «Сереб-ро!».

*

Говорят, «Если нет крови во сне, значит всё хорошо. Это временные трудности и такая же боль… от пережитой во сне трагедии. Что не случилась, не случится наяву. Все здоровы!». А если перья из сна и… наяву? Причём, и невидимые «там», но и видимые «здесь»! Перо… Заснеженное… Как и моё же имя. Да! Довольно нескромно. Но… Так и есть! Бело-чёрное… Среднего размера… И… С отливом в серебро! Уже седьмое на пятом из девяти кругов… чёрного ниточного ловца сном! И… «Седьмое» из «девяти» же! Что будет, когда соберутся все? Неужто сон превратится в явь и… сказка и впрямь станет: «былью»? Мы умрём ещё? Или… Уже умерли? И сейчас вот — только лишь переродились, возродившись? Ведь и были бы наши перья — были бы чисто белыми… Без чёрного! Мы же — ангелы! А так… Может, какие-то другие «мы»? И из параллельной же вселенной? Или прошлой жизни? Во всяком случае, пока дом — из брёвен… И ничем не завешан! Разве только и тем самым амулетом над нашей кроватью… Артур разрешил! Сразу после: «Снежана, сдавайся! Мы не оставим эти брёвна — просто так… Пусть пока повисит, хорошо! Пока — не подберём покрытие и утеплитель с обоями, во всяком случае… А там, может, и не понадобятся! Время покажет». Как и песочные часы… Осталось только понять: «Наполовину полны или пусты их чаши? И песок — поднимается или опадает?». Как и: «Чёрный цвет — отходит или нарастает? И кого он захватит? Кого подчинит? И с кого всё-таки начнёт-пойдёт и… на другого? Или, может, уже и на другую с… другого?!

Перейти на стр:
Шрифт:
Продолжить читать на другом устройстве:
QR code

Новые книги

Смотреть все
Палач 2. В поисках выхода.
Палач 2. В поисках выхода.
[Боевик / Современная проза / Приключения / Фантастика]
Маугли в родном городе. После всего, что произошло, ему приходится делать вид, что он обычный человек. Можно воспользоваться ситуацией и найти время для планирования и подготовки ответных действий,
0
Дьявол пишет в полночь. Чему плохие руководители могут научить хороших лидеров
Дьявол пишет в полночь. Чему плохие руководители могут научить хороших лидеров
[Деловая литература: прочее / Поиск работы, карьера / Бизнес / Психология]
Автор этой книги – Мита Маллик – обнаружила интересную вещь: большинство руководителей даже не догадываются, что некоторые, как им кажется, безобидные привычки превращают жизнь сотрудников в
0
Спасая Защитников
Спасая Защитников
[Ужасы / Любовные романы / Современные любовные романы / Любовное фэнтези]
Его работа заключалась в том, чтобы оберегать её. Теперь он хочет, чтобы она принадлежала ему. Чарли переехала в «Лодж», чтобы сбежать от демонов собственного прошлого. И по большей части ей
0
Лисица за маской Кошки
Лисица за маской Кошки
[Проза / Современная проза / Приключения]
Я Ан Со Хи, мне двадцать четыре года, я студентка университета иностранных языков и дочь заместителя министра иностранных дел Корейской Народно - Демократической Республики. Нет. Я не она. Я лисица,
0
Брак по расчету, или Проклятие на ведьмовскую голову!
Брак по расчету, или Проклятие на ведьмовскую голову!
[Секс и семейная психология / Любовное фэнтези / Современная проза / Фэнтези]
"Брак по расчету, или Проклятие на ведьмовскую голову!" – повесть Елены Лисавчук, входит в цикл "Ведьмы Лимерии", жанр любовное фэнтези, романтическое фэнтези. Когда родная прабабушка проклинает
0
Герцог и попаданка
Герцог и попаданка
[Исторические любовные романы / Историческая проза / Роман / Попаданцы]
Алиса второй год училась на юридическом и мечтала стать адвокатом, а не учить маленьких девочек в викторианской Англии французским глаголам. Да и французского она совсем не знает! Ни слова! Однако,
0
Петербургский врач 1-10
Петербургский врач 1-10
[Детективы / Триллер / Проза / Историческая проза]
Вадим — хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
0
Дракон на всю голову
Дракон на всю голову
[Ужасы / Современная проза / Фэнтези]
Я - обычная попаданка, как и многие на нашей улице. Скучная жизнь резко изменилась, когда на меня в буквальном смысле свалился неизвестный мужчина. Я его спасла от смерти, а он вместо благодарности
0
Маркиза Светлой Пустоши
Маркиза Светлой Пустоши
[Проза / Современная проза / Фэнтези / Попаданцы]
По воле богов я, землянка, очутилась в магическом мире. Старая дева, я занялась обустройством подаренного мне поместья. дел по горло. Надо и с урожаем разобраться. И усадьбу отремонтировать. И...
0
Маршал в чужом мундире 2. Северный театр
Маршал в чужом мундире 2. Северный театр
[Военное дело, спецслужбы / Современная проза / Приключения / Морские приключения]
Создано с помощью нейросети. *** Он год строил неприступный рубеж — и враг просто ударил в другом месте. Север горит, парадный флот погиб, двести вымпелов идут по империи. У Нахимова —
0
Таверна «Сломанное крыло» или подавальщица из другого мира
Таверна «Сломанное крыло» или подавальщица из другого мира
[Современная проза / Приключения / Фэнтези / Попаданцы]
Бросил жених? Не взяли на работу мечты? Не унывай – черный колдун Феликс тебе поможет. Небыстро, небесплатно и очень больно… Ауч! Добро пожаловать в новый мир, Ксюша. Тут тебе и полуразвалившаяся
0
Бывшие. Ты всё ещё моя жена
Бывшие. Ты всё ещё моя жена
[Секс и семейная психология / Современные любовные романы / Проза]
— Это же не пожар. Поговорим утром. Именно так муж ответил, когда я прислала ему его же фотографии с другой женщиной. А через несколько часов мне подтвердили: он улетел вместе с ней. В тот день я
0

Самые популярные книги

Хорошая, плохая, грешная 3
Хорошая, плохая, грешная 3
[Попаданцы]
У Эвирейл Миардо нет ни единой свободной минутки на грусть и рефлексию! Да и когда? Столько дел, столько дел! Шахту выкопай, лавку открой, артефакты создай, эльфа за попу укуси... Ничего не
12
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Те, кто приходит в тишине
Те, кто приходит в тишине
[Альтернативная история / Попаданцы / Самиздат / Боевая фантастика]
Редкий бой бывает похож на предыдущий. Мы учимся. На своих и на чужих ошибках. Стараемся расти над собой. Противник – тоже. Он анализирует наши ошибки, учитывает остроумные решения. То есть
10
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Петербургский врач 11
Петербургский врач 11
[Военное дело, спецслужбы / Медицина / Проза / Современная проза]
Вадим – хирург и микробиолог, попавший волей судьбы в Петербург 1904 года, в тело медицинского секретаря, работающего у богатого врача-мошенника. …Во дворах-колодцах тускло горят газовые фонари.
7
Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Второй шанс для Лекаря. Том 8
Второй шанс для Лекаря. Том 8
[Альтернативная история / Попаданцы / Исторические приключения / Самиздат]
Аннотация с первого тома: Умереть после спасения чужой жизни — не самый плохой финал для врача. Всю свою жизнь я посвятил медицине. Последняя операция стала для меня одновременно победой и
5
Имперец. Ранг 4. Воевода
Имперец. Ранг 4. Воевода
[Боевая фантастика / Боевое фэнтези]
Спасение цесаревича от пули принесло Александру титул, должность личного телохранителя и редкую магию стихий. Теперь он – правая рука наследника престола и командир его личного отряда особого
6
Измена. Я тебя (не) любил
Измена. Я тебя (не) любил
[Современные любовные романы]
— Как тебе… — слышу прерывистый голос подруги, — мой подарок в честь твоего дня рождения?По меньшей мере иду я в верном направлении. Но вот предчувствие не из лучших. Голос Светы перемешивается со
6
Наследник $$$ уровня Х
Наследник $$$ уровня Х
[Попаданцы / Книги про волшебников / Городское фэнтези / Самиздат]
Надо судить человека, прежде чем полюбил его, ибо, полюбив, уже не судят.
4
Тени сумрака
Тени сумрака
[Альтернативная история / Попаданцы / Боевая фантастика / Самиздат]
Один известный драматург сказал: вся жизнь – театр. А у Егора вся жизнь сплошное приключение. Вроде и не собирался ни с кем воевать, даже ссоры не искал, а неожиданно для себя вдруг нарвался на
4
Оружейникъ. 1866
Оружейникъ. 1866
[Попаданцы / Альтернативная история / Самиздат]
Умереть в шестьдесят шесть, заслонив собой молодого стажёра, — достойный финал для оружейника. Очнуться в теле семнадцатилетнего подручного на Тульском оружейном заводе в 1866 году — уже второй
4

Самые комментируемые

Замок над морем
Замок над морем
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Волны перемешивают гальку, жизнь перемешивает людские судьбы. Воины и рабы, дети Ардена и слуги Ириона, все равны перед вечностью. Казалось бы, все решено, расставлены фигуры и начата игра. Но
6
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
Семья для брошенки. Вторая жизнь с нуля
[Любовная фантастика / Самиздат / Попаданцы]
Семь лет унижений, презрения и пустой постели. Герцог Дрейк Ашфорд объявил свою истинную жену бракованной и отправил в ссылку на Ольцег — умирать среди таких же «ненужных». Он думал, что сломал
22
Отбор невест, или Три орешка для темного
Отбор невест, или Три орешка для темного
[Любовная фантастика]
Каждая приличная драконица должна пройти отбор невест, иначе внукам у камина будет нечего рассказать. Так говорила моя маменька, а ей можно верить — за ее спиной аж четыре таких отбора! Так что я
14
Печать Забытой Эпохи
Печать Забытой Эпохи
[Любовная фантастика / Попаданцы]
— Скажи спасибо, что не оставил босой на улице, Верадель. Забирай свои проклятые северные руины и убирайся, — самодовольно бросил мне бывший муж, швырнув на стол бумаги о разводе. Он думал, что
25
Кодекс Магических Зверей XI
Кодекс Магических Зверей XI
[РеалРПГ (RealRPG) / Попаданцы / Городское фэнтези]
Десятки лет спасения жизней и смерть на полу собственной ветеринарной клиники. Только вместо небытия — пробуждение в теле юнца, чья лавка «целителя чудовищ» на грани полного развала. Вот только у
1
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
Хозяйка Тиховодья. Развод на краю болот
[Любовное фэнтези / Попаданцы]
- Двадцать четыре года, Веста. Наследника нет. Подпиши, и получишь Тиховодье. - А где это? - На краю Хляби. Тихо, сыро, никого. Утром я собирала клюкву в Мещёре и шагнула в болотное окно. Очнулась в
13
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
Шахматистка. Выжить на Арене Смерти
[Любовное фэнтези / Попаданцы / Книги про волшебников / Самиздат]
Кто-то попадает в имбовых персов: Избранных, Тёмных властелинов и прочих крутых ребят. А я попала в тело бездарной адептки магической академии. Как она сюда поступила-то, без грамма магии? Неважно,
13
Пулеметчик Федя
Пулеметчик Федя
[Альтернативная история / Юмористическая фантастика / Попаданцы / Самиздат]
Пулеметчик — это не звание, это диагноз. Тридцать пять лет, пулемёт «Печенег», рукавица прилипла к раскалённому кожуху — и здравствуйте: июнь сорок первого, чужие двадцать два года, чужие руки,
10
Диагноз
Диагноз
[Самиздат / Детективная фантастика / Городское фэнтези / Юмористическая фантастика]
Некромантия в нашем мире давно стала такой же частью жизни, как радио, кино, телефоны и аэропланы. Но разве могла я подумать, что однажды приду наниматься на службу к лучшему некроманту столицы! Он —
18
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
Ведьма и Экзорцист. Второй шанс на жизнь
[Детективы / Триллер / Любовное фэнтези / Фэнтези]
Приказ ясен: отравить Дерека вель Гранна. Последствия – костёр и пепел. Белладонна уже прошла этот круг, сгорела и получила второй шанс. Теперь она знает, что приказ – лишь верхушка заговора, в
4
Последняя Гадина империи
Последняя Гадина империи
[Попаданцы / Бояръ-Аниме / Русское фэнтези / Самиздат]
Пятьсот лет назад я была прославленным зельеваром, матриархом и почтенной основательницей династии. А сегодня очнулась в теле изнеженной барышни на пепелище семейной усадьбы и обнаружила, что весь
8
Железный характер Кристианы Морли
Железный характер Кристианы Морли
[Любовная фантастика / Попаданцы / Классическое фэнтези]
Удар копытом лошади рушит блестящие перспективы дебютантки. По мнению общества, хромота испортила не только плавную поступь девицы, но и характер! Это ж надо умудриться — вместо монастыря или
38

Прямо сейчас читают

Выжить в битве за Ржев. Том 11
Выжить в битве за Ржев. Том 11
[Военное дело, спецслужбы / Проза / Историческая проза / Попаданцы]
Вскоре на Ржевско-Вяземском выступе должна начаться операция «Ганновер», потом будет взятие немцами Севастополя, прорыв к Сталинграду и на Кавказ. Но, все эти события случились в том будущем, из
0
Отпечатки
Отпечатки
[Триллер]
В тихом городке Заречном происходит серия жестоких убийств — жертвами становятся женщины и дети. На местах преступлений убийца оставляет ритуальные композиции, из‑за чего дело становится особенно
0
Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник
Сын своей матери. История идеальной семьи, в которой вырос психопат-насильник
[Биографии и Мемуары / Триллер]
«История, после которой я решил стать автором документальных романов». – Грегг Олсен, автор книги «Не говори никому» Как в благополучной семье формируется насильник – и почему это долго остается
0
Великолепие смерти
Великолепие смерти
[Любовная фантастика]
«Незримая жизнь Адди Ларю» соединяется с «Кровавое приданое» в этой лирической, размывающей жанровые границы готической фэнтези-истории о девушке, проклятой бессмертием, — и сделке, которую она
0
Первый пар Нового года
Первый пар Нового года
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Короткие любовные романы]
Марк Зверев, хозяин империи роскошного банного текстиля, ценит порядок выше всего. Служебные романы — строжайшее табу. Но когда на кону оказывается контракт мечты, а для сделки требуется
0
Родовое гнездо
Родовое гнездо
[Попаданцы / Боевая фантастика / Альтернативная история]
Жизнь штука сложная. Хоть и знал он об этом, но всё равно каждый раз, сталкиваясь с тем, что эта мудрость претворяется в жизнь, Беломиру приходится зажимать все чувства в кулак и делать то, что
6
Развод в 45. Мой бывший - дракон?
Развод в 45. Мой бывший - дракон?
[Любовная фантастика / Попаданцы]
Муж выкинул меня, как ненужную вещь. Променял на молодую девицу. Но в другом мире я оказалась молодой, красивой наследницей древнего королевского рода. Что?! Он тоже оказался здесь? Что ж, узурпатор,
0
Принцип исключения
Принцип исключения
[Современные любовные романы / Эротика, Секс / Самиздат]
Прошлое должно оставаться в прошлом с теми, кто его создал. Но что делать, если забыть о нём не получится? Прошлое не твоё, а преследующие тени вовлекают в опасную игру, правила которой тебе не
1
Нечисть. Лиходей. Книга 1
Нечисть. Лиходей. Книга 1
[Ужасы / Русское фэнтези]
Черные тучи беды подступают к родным землям. Один мир, да только виды на него у каждого свои: власти жаждут чернокнижники, богатств и земель требуют пришлые, правду ищут Ведающие, былой силой
0
Все чудовища Севера
Все чудовища Севера
[Героическая фантастика / Любовное фэнтези]
Рагнарёк наступил. Брат пошёл против брата, спаситель – против беззащитных ведомых, а господство над миром захватили чудища. Бессмертный конунг Скалль потерял силы и стал пленником в городе, который
1
Темный Лорд устал. Книга V
Темный Лорд устал. Книга V
[Книги про волшебников / Городское фэнтези / Юмористическое фэнтези]
Что страшнее Темного Лорда на троне? Только уставший Темный Лорд в отпуске. Сбежав от своей империи ради покоя, Кассиан получил новый мир, который не желает оставлять его в покое. Теперь каждому, кто
0
Блэкаут
Блэкаут
[Детективная фантастика / Триллер]
НЕЗАКОННОЕ ПОТРЕБЛЕНИЕ НАРКОТИЧЕСКИХ СРЕДСТВ, ПСИХОТРОПНЫХ ВЕЩЕСТВ, ИХ АНАЛОГОВ ПРИЧИНЯЕТ ВРЕД ЗДОРОВЬЮ, ИХ НЕЗАКОННЫЙ ОБОРОТ ЗАПРЕЩЕН И ВЛЕЧЕТ УСТАНОВЛЕННУЮ ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВОМ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ
0