Свиток 1. Волшебный меч: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Вот, значит, как… — прервал свое мудрое молчание дедушка этими, не менее мудрыми словами. — Прохожий… «прохожий». — Он покатал это слово на языке. — Наверное, ты всегда был прохожим. Даже у степняков. Иначе бы не выжил, когда погибло все племя.

(…М-да, умеет дедушка сказать обидное. Но ведь подметил точно.)

— Ты интересный человек, — хитро глянул на меня, словно бы я был алмазом в руках дикаря, готового обменять его на связку стеклянных бус… или этаким экзотическим павлином, которого велено подать к царскому столу, решив предварительно вопрос, в каком виде он наиболее вкусен. И, ясное дело, мне это очень не понравилось. — Расскажи-ка мне про Иратуг, — продолжил он, вдруг резко меняя тему.

Я рассказал. Чай, не в первый раз. Мы тут на каждом углу кричали, какая кака этот Иратуг, и особенно его убогое поросячество царек царьков Виксай. Как они там, извращенцы этакие, публично срут на Законы Гостеприимства и Кодексом пяти Добродетелей подтираются. Варят к тому же поганое пиво, а женщины у них сплошь усатые и плоскогрудые. А еще… В подобных рассказах я достиг такого совершенства, что как-то раз, на пиру, чуть не собрал армию добровольцев, готовых немедленно идти бить морды всем иратугцам, начиная с Виксая и заканчивая последним пастухом. Правда, наутро, когда был намечен сбор войск, под мои знамена никто не встал… включая меня, валявшегося в тот момент с жутким похмельем.

Леокай терпеливо выслушал мою официально-художественную версию, потом начал задавать вопросы, да такие правильные и точные, что как я ни изворачивался, а как-то вот вдруг взял, да и рассказал ему правду… ну ясное дело, малость приврав. Потому как признаваться, что я такое убожество, что не могу даже какого-то там Накая заколдовать, имея в руках его подробное изображение, было совсем уж не с руки.

Не знаю, поверил ли Царь Царей в последние бастионы моего шаманского авторитета или нет, но вот насчет моей угрозы верблюдомышем и особенно «разрешения» не повиноваться приказам Виксая, — допрашивал на удивление подробно. Я даже, устав отвечать, осмелился гневно возопить: «Откуда ему вообще про это известно?» Дедушка Леокай не стал возить меня мордой по столу, с целью поддержания своего авторитета, а просто равнодушно сослался на Ортая, который, по словам дедушки, «…Сам ничего не понял». — «А ты хоть понял, что сказал?» — Опять стрельнул в меня дедушка своими лазерными очами.

И тут я вдруг понял. Вот оно! Вот то мгновение, когда решается моя судьба. Ни когда я в одиночку бродил по степи, попав сюда. Ни когда дрался с Пивасиком или, схлопотав по яйцам, наблюдал приближение кинжала к своей шее, ни в любые другие моменты битв, драк и опасностей, я не был так близко к смерти, как сейчас, мирно болтая с добрым дедушкой за кружкой пива. А еще я понял, что соврать не удастся. Я тут ему весь вечер пытаюсь лапши на уши навешать, а она слетает с них, как с тефлоновой сковородки, и падает раскаленная мне же за шиворот. Так что, недолго подумав, я честно рассказал, какими соображениями руководствовался, болтая про верблюдомыша, демонов и страшные мсти.

— Да у тебя ум мудреца! — довольно усмехнулся Леокай. (Уф… кажется, и на этот раз безносая прошла стороной, лишь слегка задев краем черного балахона да слегка обдав могильным смрадом и смертным холодом.) — Хотя, конечно, ты дебил. Только ребенок может так дерзко врать, не задумываясь о последствиях. Наверное, в этом и состоит твоя Сила! Даже Духи и Демоны верят твоему вранью и подчиняются тебе! Но вот когда они поймут Истину… — я не завидую твоей судьбе!

(Интересно, дедушка впрямь верит в месть облапошенных духов, или это только такое предупреждающее иносказание?)

— А почему ты предан своему Вождю? — Опять резкая смена темы разговора.

— Он мой друг! — На сей раз говорить правду было легко и приятно, ответ сам слетел с моих губ.

— А почему Осакат?

— Хм… — Тут ответить было малость сложнее, я почему-то не был так уж сильно уверен в своей преданности этой довольно-таки вредной и раздражающей девчонке. А соврать Леокаю сейчас, когда он многочасовой беседой выпотрошил всю мою душу и смотрит на нее, как опытный часовщик на разобранный механизм очередного хронометра… — это слишком стремно, да и безнадежно. — Потому что Лга’нхи мой друг! — осторожно ответил я. — А он не простит мне предательства того, кого мы приняли в свое племя, назвав сестрой.

— А если его не станет? Ты предашь мою внучку?

Вот тут я снова задумался, и надолго. И даже не потому, что боялся не угадать с ответом. Просто я не знал его. С одной стороны, эта девчонка реально раздражает, вечно путается под ногами, к тому же в путешествиях она обуза, от которой хочется поскорее избавиться. А с другой. Я помню, как она выхаживала меня после разборки с Пивасиком. Помню, как мы, изнывая от жажды, сливали недопитые капли из наших чаш, чтобы промыть раны Лга’нхи. Помню… — да много чего я помню! Вроде путешествуем мы втроем не так давно, но она уже по-настоящему стала частью нашего пусть крошечного, но племени. Предам ли я ее, если моя двухметровая накачанная Совесть в лице Лга’нхи вдруг сыграет в ящик, оставив нас сиротами?.. Ответить «да» или «нет» просто. А вот воплотить ответ в жизнь…

К тому же у меня никогда не было сестры. Но кто сказал, что сестры не должны раздражать и казаться обузой? Из общения со своими приятелями я понял, что это чаще всего бывает именно так. И тем не менее… (Что за жизнь? — Сплошные неконкретные многоточия.)

— Хорошо, что ты не торопишься с ответом, — как-то внезапно расслабившись и пригасив луч своего лазерного прицела, сказал Царь Царей Леокай, вдруг и впрямь на какое-то очень короткое мгновение став добрым дедушкой. — Это говорит о том, что ты не совсем пропащий человек и с тобой можно иметь дело… Но расскажи-ка мне о своем Вожде. Он и впрямь так силен, как про него говорят? Убить Анаксая… Об этом еще долго будут говорить и петь былины…

Верблюда пришлось оставить Леокаю. Не то чтобы он особо на этом настаивал или даже радовался такому подарку… Просто верблюд стал бы обузой.

Зато нам, как обычно, предложили «все, что угодно», и как обычно, пришлось довольствоваться какой-то ничтожной мелочью. Потому как самосвалов, в которых бы можно было увезти сокровищницу Улота, тут пока еще не существовало. Тут даже нормальных возков, в которых можно было бы преодолеть по горным и степным тропам многие километры, пока еще не существовало. В тех безрессорных убожествах, со сплошными колесами без спиц, далеко не уедешь. Да и зачем нам эти сокровища?

Оружие, одежда, чуток харчей… Что еще надо бесстрашным воинам, отправляющимся на секретное задание? Ну разве что немного идей о том, как его выполнить.

— Это наши горы, — сказал дедушка Леокай, высыпав из блюда стопку лепешек и раскладывая их вытянутой кучкой. — Тут, со стороны заходящего солнца, Олидика и Иратуг. Дальше к северу, Дарика, Тиабаг, Оглика, Спата… За ней еще кучка мелких царств, не имеющих значения, ибо там почти нет долин, способных прокормить много людей, как нет и руды, которую можно превратить в металл. Люди там живут в пещерах и одеваются в шкуры, потому что их женщины не умет ткать. А дальше и вовсе край света, где живут люди с головами, как у шакалов, огромные муравьи величиной с козу, и птицы, которые плавают, как рыбы… Так говорят… Но я не верю — птицы не могут плавать, как рыбы.

А вот к югу от гор и дальше на восток лежит море. Это как озеро, но только намного, намного больше… огромное, как степь, — не видно ни конца ни края. И вода в нем соленая… Нет. Правда соленая. Пить нельзя — умрешь! Я каждый год посылаю караваны торговать с людьми, живущими рядом с ним. А они возят эти товары на лодках в дальние-дальние земли, привозя обратно удивительные ткани, похожие на те, из которых сшита новая рубаха Осакат, оружие и зеркала (я покажу тебе, что это такое) из особой бронзы и приправы, делающие вкус еды восхитительным. За одни только эти приправы я вымениваю в Дарике или Тиабаге бронзы больше, чем мне нужно на все мое царство.

Нет, говорят, по земле не пройдешь, надо на лодке плыть. Очень долго. Однажды, когда я еще был совсем мальчишка, мой отец послал человека с этими товарами. Тот рассказал, что они плыли много-много дней… почти все лето, а море все не кончалось… Это удивительное чудо… Но это правда. Впрочем, я не об этом. Те, кого ты называешь «верблюжатники», пришли с юга, вдоль берегов этого моря. Я не знаю, кто они. Но они совсем чужие. Они не говорят на нашем языке или даже языке, похожем на наш. Не соблюдают никаких обычаев и не чтут законов. Я бы назвал их дикарями, вроде тех северных жителей пещер, но верблюжатники делают хорошее оружие, умеют подчинять себе этих животных-демонов… и они разбили мою армию!

Когда они пришли сюда и стали нападать на прибрежных жителей, с которыми у меня был уговор о дружбе, я послал своих лучших людей сокрушить врагов. Но мало кто вернулся с той битвы. Против этих людей-демонов, сидящих на демонах-животных, не может выстоять ни один строй. Мои воины просто рассыпаются в стороны, как воткнутые в землю палочки, попавшие под телегу. А следом идут пешие враги и добивают тех, кто остался. В горах нам удалось остановить этих твоих верблюжатников (они не умеют брать крепости), но на равнине мы против них бессильны. А если я не пошлю свои товары по морю и не получу в обмен пряности, ткани и оружие, — люди в дальних царствах перестанут нуждаться в нас. Они перестанут с нами торговать, а то и полезут биться… Многие беды ожидают Улот, если верблюжатники не уберутся отсюда.

Вот я и хочу предложить тебе пойти в степи и найти слабое место этого племени. Как ты нашел его у Иратуга и Виксая. Почему ты? Ты похож на них. К тому же у тебя есть дар Великого Шамана. А у меня есть то, что вы ищете!

Глава 16

…Я почему-то думал, что время у меня еще есть. В смысле, от границ Иратуга до этого озерного города мы шли больше трех недель, и я почему-то был уверен, что и до границ со степью мы будем идти не меньше. Ошибся. Дошли за неделю. И это несмотря на то, что караван, в котором мы топали, насчитывал больше сотни человек, согнувшихся под тяжелыми тюками. Царь Царей Леокай посылал караван.

Правда, в караване том больше половины состава были воинами, а количество товаров по сравнению с обычным было чисто символическим. Но совсем уж не послать ничего он не мог, торговля — дело безжалостное.

Ну и, ясное дело, помимо носильщиков, воинов и нескольких «приказчиков», с караваном шли мы. Трое.

Я был против. Даже чисто из гуманных соображений тащить с собой девчонку на подобное задание было полным бредом. О чем я и не преминул сообщить всем, желающим данное сообщение выслушать.