Нью-йоркские интеллектуалы вместе с предпринимателями образовали комитет, который обратился к властям штата с предложением открыть в городе публичный художественный музей. И вот 13 апреля 1870 на свет появился документ, в котором разрешалось «учредить и поддерживать в названном городе Музей и библиотеку по искусству, а также поощрять изучение изобразительного искусства и содействовать в применении этих знаний в промышленности, повседневной жизни… и культурном развитии народных масс».
Так родился Метрополитен, музей, у которого на тот момент не было ни коллекции, ни здания, только лишь высокие цели и некоторые денежные средства. Их собирали в том числе и по подписке среди нью-йоркских бизнесменов, которые, впрочем, с осторожностью инвестировали капиталы в новое предприятие. Тогда правление музея обратилось «к городу и миру» — то есть к широким массам, для которых музей, собственно, и создавался — с просьбой помочь собрать нужную сумму. И люди откликнулись. С тех пор Метрополитен существует благодаря материальной поддержке не только крупных, но и множества мелких частных жертвователей, почти обходясь без помощи государства.
Первая покупка в истории Метрополитена — 174 картины европейских мастеров. Затем музей приобрел у генерала Чеснолы, археолога-любителя и американского консула на Кипре, а вскоре и первого директора Метрополитена, его коллекцию кипрских древностей. Экспозиция была размещена в арендованном здании бывшей танцевальной школы и открыта для публики в феврале 1872. Позже музей переехал в другой особняк.
Собрание Метрополитена разрасталось, и очень скоро помещений, в которых хранились и выставлялись экспонаты, стало не хватать. В 1880 было открыто первое здание музея, построенное на выделенном еще восемь лет назад участке земли в восточной части Центрального парка, возле Пятой авеню — тогда это был окраинный и малонаселенный район. Но и новое здание спустя некоторое время начали окружать пристройками: коллекция Метрополитена продолжала быстро расти.
Большие деньги работали на большое искусство. Причем с истинно американским размахом. Судовладелец Корнелиус Вандербильт в 1880 подарил музею семьсот итальянских рисунков, купленных им у видного искусствоведа Джексона Джарвиса. Тот, в свою очередь, передал коллекцию венецианского стекла, с которой началось собрание прикладного искусства в Метрополитене. Будущий президент музея Генри Маркуэнд преподнес в дар много лет собиравшиеся им картины старых европейских мастеров — Халса, Рембрандта, Рубенса, Вермера Делфтского. Промышленный и финансовый магнат Джон Пирпонт Морган, бывший какое-то время самым богатым человеком в мире, почти десятилетие занимал пост президента музея. Он активно пополнял фонды. А после его смерти в 1913 наследник передал музею половину личного собрания отца, в том числе и полотно Рафаэля «Алтарь Колонна».
В том же году в музей поступило завещанное крупным торговцем Бенджаменом Олтманом собрание живописи (Рембрандт, Вермер Делфтский, Халс, Веласкес, Боттичелли, Тициан), скульптуры и прикладного искусства. В 1920 в Метрополитен была передана коллекция «сахарного короля» Генри Хэвемейера, обогатившая все отделы музея, но особенно — французской живописи, который пополнился произведениями Домье, Курбе, Мане, Дега, Моне, Сезанна, Ренуара. Тогда же музей получил завещанные ему Уильямом Киссэмом Вандербильтом полотна Рембрандта, Буше, Рейнолдса. Здесь перечислены лишь несколько крупных дарителей, на самом деле их было гораздо больше, многие делали небольшие подношения, но это могли быть шедевры.
В Метрополитен поступали и значительные финансовые средства. На эти деньги музей покупал сокровища по всему миру. Кроме шедевров европейской живописи это были и целые интерьеры старых американских домов, и этрусская колесница, и фрески с римской виллы, и даже египетская гробница — мастаба. Музей снаряжал собственные экспедиции, проводил раскопки в Египте и на Ближнем Востоке. В 1924 в Метрополитене был открыт отдельный павильон для экспонирования американского декоративноприкладного искусства.
В 1938 создан филиал под названием «Клуатры», который представляет собой архитектурный ансамбль из привезенных в Америку светских и церковных зданий Европы XII–XIII веков. В «Клуатрах» выставлена коллекция средневекового европейского искусства: фрески, шпалеры, рукописные книги, предметы церковного обихода.
В 1940 директором музея стал крупный знаток живописи Фрэнсис Тейлор, благодаря которому Метрополитен не только заметно пополнил свои фонды, но и превратился в современный центр, занимающийся просвещением масс, с лекторием и детским отделом. В разного рода образовательных программах музея каждый год принимает участие более трехсот тысяч человек.
Таким Метрополитен подошел к своему столетию и по случаю юбилея получил от губернатора штата Нью-Йорк Нельсона Рокфеллера в память о его сыне Майкле целый музей искусства Африки, Южной Америки и Океании. Коллекция Метрополитена продолжает пополняться, по-прежнему множество людей с самыми разными доходами жертвует деньги на его содержание.
Сегодня Метрополитен — один из крупнейших музеев мира, обладающий богатейшим и по качеству, и по количеству — два с лишним миллиона экспонатов — собранием. То, как складывалась эта коллекция, демонстрирует, что капиталы могут служить искусству. Нация отъявленных прагматиков и отчаянных идеалистов сумела подкорректировать историю: собрав в Метрополитене настоящие сокровища, американцы создали хоть и состоящую в основном из чужих достижений, но ставшую их собственной историю искусства.
Искусство древнего Египта
Обнаруженная в гробнице недалеко от пирамиды Сенусерта I статуя скорее всего изображает именно этого фараона. На его голове — корона Нижнего Египта, представляющая собой «ступку» со «стрелой» позади, а в руке — посох, символ царской власти, говорящий о том, что фараон призван вести свой народ.
Особенности, которыми отмечена фигура царя, присущи и скульптурным, и живописным изображениям в египетском искусстве: широкие и сильные плечи, подчеркивающие физическую мощь фараона, узкие бедра и длинные крепкие ноги. Типична и поза Сенусерта I: он идет, рука остается прижатой к телу, а ступни — к постаменту. Но в остальном движение передано здесь точно, что видно по слегка подавшемуся вперед торсу, напряженным мышцам живота, коленям. Лицо статуи несет в себе черты конкретного человека с характерным разрезом глаз, чуть широковатым носом и ртом со складками по бокам. Стремление следовать натуре, насколько позволяли условности погребального культа, и мягкая проработка форм были особенностью египетской пластики в эпоху Среднего царства.
Эта модель прогулочной лодки с фигурками людей была найдена в гробнице фиванского чиновника по имени Мекетре. Он изображен здесь сидящим в тени, внутри небольшого помещения, окна которого занавешены от палящего солнца шторками, и нюхает цветок лотоса. Развлекают его, совершающего увеселительную прогулку по Нилу, певец и слепой арфист. Перед Мекетре стоит капитан судна, скрестивший руки на груди, и то ли ждет дальнейших указаний, то ли просто отдает ему дань уважения. Гребцы работают веслами, дозорный на носу лодки следит за тем, чтобы под ней была достаточная глубина, на корме стоит рулевой.
Эта модель может представлять собой точную копию настоящей лодки, которая была у изображенного здесь чиновника в его земной жизни. Помещенная в гробницу небольшая лодка должна была служить ему и на том свете.
Стела представляет египетского чиновника Ментусера сидящим перед столом, полным яств, которые обеспечены ему и в загробной жизни. Справа сын взывает к его душе, отец умершего несет глиняный горшок с угощением и сосуд с пивом, а дочь сидит на коленях и нюхает лотос, являвшийся в Древнем Египте символом воскресения. Фигуры даны здесь в сложном развороте: почти все тело в боковом ракурсе, а торс — фронтально. Сцена трактована достаточно условно, но в то же время изображение тонко проработано — мягкий известняк позволял это сделать. Сочетание невысокого рельефа с врезанными в камень иероглифами придает стеле особую декоративность, которая усиливается введением в композицию цвета.
Искусство древней Греции и древнего Рима