– Я думал, что ты уже мертв.
– Я думал то же самое и о тебе, когда они копошились в моей голове, но мы оба живы.
– Поэтому нужно выбираться.
– Я боюсь тревожить то, что мне неведомо, человек. По сравнению с вещами, на которые мы собираемся покуситься, моя и твоя жизни ничего не стоят.
– Ты не хочешь увидеть семью?
– Я уверен, что о них позаботится адмирал Линн, а что до твоей жены, дочери и помощницы, то за ними присмотрит жрец Хатос.
– Я хочу увидеть, как Марго становится женщиной, матерью, а не торчать здесь.
– Я не верю, что ты не понимаешь, насколько все серьезно, человек. Это место – центр мироздания, Фантомы его охраняют. Они не пришельцы в полном смысле слова, они лишь служители порядка. Они следят за тем, чтобы во Вселенной сохранялся баланс сил, это место поддерживает его. Если мы разрушим куб, ты можешь никогда не увидеть свою семью, потому что они погибнут. Наверняка, в центре пирамиды есть артефакт, аналогичный той сфере, что я взорвал в твоем командном центре, только больше и мощнее. Можешь себе представить, что произойдет, если мы его уничтожим?
– Разрыв материи?
– Может, еще хуже.
– И что нам делать?
– Наслаждаться вечностью. Если не боишься, можем попытаться наладить контакт с Фантомами и узнать больше об их истории от них самих. Главное, сохраняй волю и ясность ума, тогда они не завладеют тобой. Ну, что ты решил?
– Ты хочешь отправиться к ним?
– Я спрашиваю твое мнение.
– Раз мы больше ничего не можем предпринять, то я за.
– Тогда возвращаемся к пирамиде и начинаем им сигналить твоим фонарем.
– Хорошо. – Мы развернулись и пошли обратно к пирамиде.
ДОКТОР ШТАЙНЕР
Резервный испытательный комплекс Отдела 3, Копенгаген, утро 6 августа 2031 года
Я позволил себе уснуть лишь на пару часов, ближе к утру. Перед этим я отнес Веронику на диван в комнату отдыха – она вырубилась в третьем часу и уснула за своим столом, даже пять чашек кофе, что она выпила, не помогли ей сохранить бодрость. Сам же я задремал в своем рабочем кресле, но затекшая шея дала о себе знать, и уже в восьмом часу я снова был на ногах.
Я прочитал все, что она принесла из архива – от обилия информации у меня раскалывалась голова, но у нас не было другого выбора. Нужно было изучить все, что ее контора нарыла по этим существам, чтобы составить адекватный план действий. Кажется, я понял, что нужно делать.
Насколько я понял, Фантомов нельзя было убить в полном смысле слова. Их можно было только расщепить на элементарные частицы или же затащить в другое измерение. Оружие должно было использовать одну из этих технологий, чтобы быть эффективным средством самозащиты.
Разработками в области расщепления занимался мой давний друг – профессор Фридрих Паттерсен. Он жил здесь, в Дании, недалеко от нас. В коммуне Баллеруп находился его загородный дом и испытательный полигон, где он проверял свои теории. Фридриху было за шестьдесят, он был почетным ученым, но в последнее время о нем ничего не было слышно. Вероятно, у него появились проблемы со здоровьем – говаривали, что он уже забывает некоторые вещи и не узнает людей, с которыми общался всю жизнь. Мне были нужны его теории, его взгляд на происходящее. Я очень хотел надеяться на то, что он жив и все еще может ясно мыслить и рассуждать.
Я подошел к дивану, где спала Вероника. Я помог ей снять туфли и укрыл ее своим пиджаком каких-то пять часов назад, теперь же она крепко спала, почти не шевелясь во сне. Я хотел лечь с ней рядом, обнять ее, но у меня были дела. Нужно было встретиться с Паттерсеном в Баллерупе. Я аккуратно поцеловал женщину в лоб и натянул пиджак ей на плечи. Она даже и не шелохнулась, разве что сонно улыбнулась.
До коммуны от Копенгагена было всего двадцать километров пути. Я бы мог взять ее машину, но я едва стоял на ногах, поэтому решил добраться до дома профессора общественным транспортом – пригородным скоростным поездом, билет на который я заказал несколько минут назад. Я хотел уйти тихо, но, похоже, я недооценил ее выучку – в глубоком сне она все слышала:
– Куда ты? – Спросила она, даже не повернувшись в мою сторону.
– В Баллеруп.
– На машине?
– На поезде.
– Не стоит. Я могу тебя подвезти. За деньги не переживай. Мы вернем билет.