– Где вы меня нашли?
– Это не я тебя нашёл. Это Джонатан Виг меня нашёл. Мы с ним в прошлом были немного знакомы. Я очень огорчился, когда узнал, что вся его семья погибла при взрыве автомобиля. Все считали, что сам он тоже погиб. Я был пьян, когда услышал, что кто-то грабит мой бар. Мы с ним даже немного подрались. Но, как ни странно, я первым его узнал. Хотя он изменился до неузнаваемости. Дело в том, что в прошлом я работал лицевым хирургом. Поэтому сразу узнал свою работу – едва заметный шрам на его щеке. Так, ничего особенного. Шрам, как шрам. Но работа – точно моя. Пригляделся – да это же Виг! Известный журналист. Соседская собака перепрыгнула через забор и бросилась на его дочь. Но Джо не позволил питбулю разорвать ребёнка, задушив псину своими руками. В этой схватке Виг получил несколько рваных ран. Конечно, их трудно сравнить с твоими, но всё же. После того, как раны на его теле зажили, мы ещё некоторое время общались. Пару раз я даже бывал у него в гостях. Но затем от рака умерла моя жена. Дети к этому времени уже давно жили самостоятельно. Оставшись в одиночестве, я стал выпивать. Дальше, как это бывает в таких случаях, всё к одному: проблема за проблемой. Скончался мой пациент. Естественно, было заведено уголовное дело, и мои «доброжелатели» воспользовались этим прискорбным фактом. Хотя расследование не выявило моей вины, комиссия пришла к выводу о низкой степени моей компетенции. И это после двадцати лет успешной практики! В результате меня лишили лицензии, отстранив навсегда от медицины. Вот так, мой дорогой друг, в жизни бывает. Надо быть готовым ко всему. Всегда готовым. Впрочем, я что-то разболтался. Мы, французы, любим поговорить. Тем более, мне в последнее время редко удаётся найти хорошего собеседника. Рассказывай, как ты себя чувствуешь?
– Нормально. Почти, хорошо. Только шланги совсем задолбали.
Из носа и рта у меня торчали пластмассовые трубки, из-за которых время от времени сбивалось дыхание. Я никак не мог к ним привыкнуть и всё время боялся, что задохнусь во сне.
– Ну-ну, давай, поправляйся. Пожелания есть?
– Есть. Мне не дают газет, и здесь нет телевизора.
Бертран улыбнулся:
– Это не только здесь. В реанимации в принципе не может быть ни газет, ни радио, ни телевизора. Потерпи немного.
– Да, но мне даже не позволяют сделать звонок родителям.
– И телефонов в реанимации не бывает.
– Хорошо, но кто-то должен поставить моих предков в известность, что я жив-здоров. Почему они не позвонили им сами, хотя я неоднократно об этом просил и доктора, и медсестёр. Это как так?
– Признаюсь, Уилл, это я им наказал никому о тебе не сообщать.
Он грустно улыбнулся и дотронулся рукой до моего плеча, слегка по нему похлопав.
– Зачем вы это сделали?
Я не понял смысла, сказанного им. Зачем ему пришло в голову просить о моей изоляции? Что тут происходит?
– Сейчас всё объясню. Для этого я сегодня сюда и приехал.
Медсестра принесла ему кофе, дежурно в подобии улыбки показала мне все свои зубы и удалилась. Бывший доктор слегка отхлебнул, а затем, поняв, что не обожжётся, залпом опустошил всю чашку. Жажда – постоянный спутник всех алкоголиков. Крякнув, он выдохнул, как после принятия на грудь порции виски и снова грустно улыбнулся:
– Джо, пока мы лезли по лабиринтам к его каморке, коротко рассказал о событиях того дня. Да-да. И про Муленбергов с их ужасными планами. И про то, кто убил его семью, и про вас, и про продажных полицейских, которые после ареста отвезли твоих друзей в лапы этих уродов. Я своей жизнью не очень дорожу. Родители оставили мне хорошее наследство, но жизненных перспектив у меня нет. Именно поэтому я с такой лёгкостью согласился вам помочь. Естественно, тебя нельзя было засвечивать, помня о продажности копов. Но дело не только в знании мной этой жуткой ситуации, о которой поведал Виг. На следующий день я наведался в отель Пола Муленберга. Он был оцеплен и в него никого не впускали. Судя по строгости, по униформе и автотранспорту, всем там заведовали фэбээровцы. Я даже обрадовался такому факту. Подумал, ладно, хорошо, приду чуть позже. Но во второй раз тоже никуда не попал. Казино оказалось закрытым. Был поздний вечер, но оцепление вокруг отеля никто не снимал. Тем не менее, можно было догадаться, что оттуда вывозят лабораторию, про которую мне рассказал Джо. По дороге, ведущей к гостинице, то и дело шныряли неотличимые внешне грузовики. Их регистрационные номера были одной серии. Эта дорога никогда не была загруженной. Тем более грузовиками. Ничего подобного здесь я не видел. Хотя в казино бывал довольно часто. И я пришёл к выводу, что правильно поступил, когда попросил Шарля о скрытности. ФБР явно хотело сохранить всё в тайне. Поэтому ты для них ненужный свидетель. Не знаю, может я перегибаю палку, но жизненный опыт мне подсказывает, что в таких ситуациях лучше перестраховаться, чем легкомысленно следовать обычной беспечности. Дальше – больше. В новостях выдали сюжет, как с крыши съёмочного павильона киностудии «Уолт Дисней» спасатели спускают девушку. Я сразу в ней узнал одну из твоих подруг.
– Чёрненькую?
– Нет, вторую. Затем вечером услышал ещё одну новость: Пол Муленберг погиб в авиакатастрофе. Его вертолёт врезался в гору в ста ярдах от знака «Голливуд». Следователи установили, что в результате этой аварии погибли три человека: Муленберг-старший, пилот и некто, чью личность не удалось идентифицировать. Эге, думаю! Студия Уолта Диснея находится совсем недалеко от места аварии. Как твоя подруга могла попасть на крышу этого здания, имеющего не только внушительный размер, но и бдительную охрану? Уж, не конечная ли глава трагедии разыгралась в вертолёте? Выждав пару дней, я решил навестить своего товарища, работающего в госпитале, в который увезли девушку, снятую с крыши. В сам госпиталь я не пошёл, чтобы не мозолить глаза тому, кому не следует, а встретил приятеля, как бы случайно на улице, перед его домом. Иногда я бываю в этом районе. Там живёт семья моего сына, поэтому встреча не могла вызвать подозрений. Поговорив о том о сём, я осторожно спросил о девушке, мол, видел сюжет о ней. При этом выдвинул гипотезу, что она хотела спрыгнуть с крыши, чтобы покончить с жизнью. Но товарищ ответил, что, судя по всему, девушка не собиралась этого делать, но она пережила шок, поэтому у неё, возможно, случилась кратковременная амнезия. Лечение её не должно было составить особого труда. Но вскоре после того, как он её осмотрел, в госпиталь нагрянули полиция и врач-психиатр с санитарами. Они заявили, что больная страдает шизофренией, поэтому опасна для общества. Её, якобы, разыскивали после побега из психушки. Под этим предлогом девушку забрали из госпиталя и увезли в неизвестном направлении. Вот здесь мы подходим к главному. Ты уже идёшь на поправку. Но то, что я сейчас скажу, ты не должен воспринимать в качестве непреложной истины. Я сам сомневаюсь в правдивости этого. Вечером на экране ТВ промелькнул очень короткий сюжет. Душевнобольная во время её перевозки неожиданно вырвалась из крепких рук санитаров и выпрыгнула из двери «Скорой помощи» прямо под колёса грузовика. Она скончалась на месте. Но! Слушай дальше. Я нашёл на сайте этот сюжет и несколько раз внимательно его прокрутил. Кадры были короткими и весьма поверхностными. Лица девушки вообще нельзя разглядеть. В сюжете сказали, что это та самая девушка, которая собиралась спрыгнуть с крыши павильона. Но одежда на жертве, судя по кадрам, совершенно другая. И фигура, как мне кажется, тоже. Где она могла переодеться? И когда успела растолстеть? В общем, вопросы напрашиваются сами собой. Полиции выгодно официально избавиться от твоей подруги. Ты понимаешь, о чём я? Они её завуалировали и теперь властны делать с ней, всё что угодно. Она «миссис никто» и звать её «никак». Полиция замазана в делишках Муленберга, этого сумасшедшего Нео-Гитлера и верить ей нельзя. Именно поэтому, пока ты не выздоровеешь – тебе никоим образом нельзя засветиться и обозначить свои координаты. Достаточно одного выхода в интернет, и они тут же появятся здесь.
Мне его логика была вполне понятна. Естественно, я до гробовой доски благодарен этому человеку за заботу. Но Ева! Что с нею будет? Это катастрофа!
– Плохо. Ева в руках подонков, родители ничего не знают обо мне, а сам я лежу с полным ртом трубок.
– Запомни, Уилл, все эмоции и помыслы, всю энергию ты теперь обязан направить на своё скорейшее выздоровление.
Глава 3
Ева Мария Фитцджеральд
Целые сутки меня никто не беспокоил. Я даже сумела выспаться и на свежую голову собраться с мыслями о планах дальнейших действий. Меня не повели в комнату для допросов, оба копа сами заявились в камеру. Усатый злодей с порога набросился:
– Мы изучили твою писанину! Что это за сказки?
– Почему сказки? Здесь каждое слово – правда!
– Какая, к чёрту, правда? – возмутился красноносый коп и процитировал: – Китаец взмахнул волшебной палочкой, и мы провалились в страну Подземелья, путь в которую протоптала Алиса. Это что за хрень? Кто такая Алиса?
– Как? Вы не знаете Алису Кэрролла?
Доминик поморщился: