Я смеюсь, — Я уверена, что ты говоришь это всем девушкам.
Он смотрит на меня с прищуром, — Других девушек нет.
— Я тебе не верю.
— Да, ты знаешь, — говорит он, поднося палец к моему лицу. Он обводит контур моей челюсти, притягивает мое лицо к своему, — Потому что ты знаешь, что это правда. После тебя больше никого не было.
Мое сердце стучит в груди, — Но рыжая…
— Я ее не знаю. Она вошла и сняла с себя одежду, — он наклоняется ближе и целует меня, едва коснувшись моих губ своими, движение легкое, как перышко.
Я отталкиваю его, не в силах сдержать смех, — Женщины не могут просто зайти в комнату и раздеться.
— Они делают это для меня.
— Это же нелепо.
— Я знаменитость, — говорит он, — Это не в первый раз.
— И не в последний, — я снова раздражаюсь на него. Меня раздражает мысль, что женщины входят в комнату и бросаются на него. Меня раздражает тот факт, что настойчивая пульсация между ног делает меня глупой.
— Мне нравится эта твоя ревность, — говорит он, — Это восхитительно.
— Я не ревную, — настаиваю я, лгу ему или себе, не знаю, кому именно.
— Ревнуешь, — говорит он, его губы близко к моим. Он облизывает мою нижнюю губу кончиком языка, и я резко вдыхаю, мои мысли затуманены похотью.
— Это ты ревнивый, ты подбежал когда увидел меня с Пашей.
Он хватает меня за волосы у основания шеи и притягивает к себе, накрывая мои губы в поцелуе. Мое тело в огне, и я жажду, чтобы он провел руками по моей коже. Я жажду почувствовать его внутри себя.
Когда он, наконец, отстраняется, он крепко держит меня за волосы, крепко удерживая мою голову, так что я не могу не смотреть на него, — Ты чертовски права, я ревновал, — говорит он, — Даже не думай снова с ним разговаривать.
— Говорит тот, у которого в библиотеке была обнаженная девушка. Это иронично.
— Я не прикасался к ней. Я выгнал ее, — говорит он.
— Что за черт, Громов? — спрашиваю я, — Ты тот, кто говорил, что мы просто немного развлекаемся и не более.
Он крепче сжимает мои волосы, притягивает к себе, его твердость прижимается к моему бедру, — А ты не какая-то хрупкая маленькая принцесса, какая кажется на первый взгляд, — говорит он, проводя рукой по моей ноге и обхватывая мою задницу. Я вся мокрая, и когда он это понимает, он притягивает меня к себе, снова целует меня.
— Тогда кто я? — спрашиваю я, когда отрываюсь от него что бы глотнуть воздуха.
— Ты самая раздражающая девушка, которую я когда-либо встречал, — говорит он, все еще крепко сжимая мои волосы. Он прикрывает мою грудь рукой, теплой сквозь ткань платья, и мои соски моментально твердеют от его прикосновения.
— А ты…
— Ты никогда не перестанешь перебивать, — говорит он.
Я смеюсь, — Ты пещерный человек, со своим...
Он сильно сжимает мою грудь, посылая вспышку боли в мое тело, — Если ты продолжишь говорить, то я дам тебе что-нибудь в ротик, чтобы ты замолчала.
Я ничего не могу поделать, Громов что-то сделал со мной в ту первую ночь, я зависима от него.
Мысль о его руке на моих волосах, заставляющей его член проникнуть мне в рот, заставляет мои ноги дрожать, — Это угроза?
— Проверь меня, принцесса. Иди и посмотри, не угрожаю ли я пустыми словами.