Я чувствую что-то на своей ноге и чуть не выпрыгиваю из кожи. Я ловлю взгляд Громова, и он подмигивает.
Это его нога.
Я дергаю ногу, глядя на него.
— Вы знаете,— говорит Рома, — Я думал о предвыборной кампании, переоценивая свои приоритеты на лето.
— Рома… — шипит Милана. Думаю, она не настолько глупа, чтобы попасться на это. Она достаточно умна, чтобы знать своего сына.
— Мила, — говорит мой отец, заставляя ее замолчать, накрывая ее ладонь своей, — Пусть говорит. Может быть, он понял, что это именно то, что ему нужно.
Её лицо бледное, и она делает глоток из своего бокала. Она многозначительно смотрит на Рому, — Да. Может быть, он понял, что на карту поставлены важные вещи.
Я уверена, что его мать пытается тонко угрожать ему и я надеюсь, что он не настолько глуп, чтобы играть в какую-то игру с моим отцом.
— И я хочу внести свой вклад в политическую кампанию, — продолжает он, — я думаю, что хотел бы попробовать создать небольшую структуру, которая позволит вам выиграть на выборах, — Громов снова скользит ногой по моей ноге, и я убираю её.
— Да, конечно, можешь попробовать, — отвечает мой отец, — Видишь Милан, твой сын растёт на глазах.
Он переводит взгляд на меня и спрашивает, — Катюш, а ты чего сегодня такая тихая?
— Я просто очень устала, жара выматывает, — говорю я.
— Ты ходила плавать сегодня? — спрашивает мой отец.
— Нет, вода еще слишком холодная для меня. Но Рома пошел искупаться в озере, не так ли, Ром? Озера здесь могут быть такими освежающими.
Мой отец смотрит на Рому, — Ты приехал сюда только сегодня днем, — говорит он, — И уже не удержался от купания?
Громов улыбается и пожимает плечами, — Я просто не мог устоять перед таким искушением.
— Я не думала, что тебе нравится купаться, — говорит Милана.
— Мила, это же озеро, — говорит отец, — Это отличается от всяких бассейнов.
— Вы знаете, — говорит Рома, — Купание в озере было именно тем, что мне было нужно, чтобы остыть. И я просто хочу сказать, что Катя сделала все возможное, чтобы я чувствовал себя здесь как дома. Как будто мы уже семья. Закадычные друзья.
Я давлюсь водой, вызывая насмешливый взгляд отца, — Не в то горло, — выдыхаю я, — Извините.
— Иди, иди, — прогоняет меня отец, — Роман, я рад слышать, что ты… Его голос замолкает, когда я выхожу из комнаты и поднимаюсь по лестнице.
Плюхнувшись на кровать, я думаю о том, как я переживу это лето. Я уже могу сказать, что буду постоянно пребывать в состоянии раздражения.
Раздражение и сексуальная неудовлетворенность.
Кристина не совсем поверила, когда я сказала, что он раздражает меня.
Она поворачивается, чтобы посмотреть на него, как он выбрался на причал, стягивает рубашку и встряхивает волосами, зная, что мы смотрим на него, и я отворачиваюсь, — Я бы переспала с ним, — говорит она.
— У тебя вообще то парень есть.
— Не будь скучной, Кать. Он такой горячий, — говорит она, — Кроме того, у него явно есть к тебе что то.
— Ты смеёшься? Между нами нет ничего и не может быть.
Она поднимает брови, — Я вижу, как он смотрит на тебя. И ты себя ведёшь рядом с ним странно.
Я качаю головой, — Абсолютно нет. Он отвратительная свинья, которая думает, что женщины существуют только для того, чтобы он мог трахать их. Разве ты не видел, как он трахал тебя глазами?