-Меня учили воевать, а не создавать солдат, - произнесла Энида и на ее лице появилось удивление. Она снова поднесла к глазам камень и начала осматривать его более пристально. Чародейка стала нажимать на разные края артефакта своими изящными пальцами и одновременно спрашивать неудавшихся борцов с немертвым. – Вы уверены, что ваш покойник действительно воскрес? Он стал тем, кем был до своей смерти или только выполнял свои первичные моторные функции?
-Он просто двигался, - ответил Блэкхард, - не знаю, умел ли оживленный труп говорить или остались у него хоть какие-то воспоминания – я разобрался с ним еще до того, как мертвец успел полностью ожить – но беда и не в нем.
-Тогда зачем ты обратился ко мне? – чародейка посмотрела на Алекса. На скьярла же она старалась не обращать внимания; вела себя так, словно его нет в комнате, и все слова произнес охотник. – Если с одним вы разобрались, то с другим стоило поступить точно также.
Алекс указал на небольшой порез у себя на щеке, и поспешил объяснить прежде, чем чародейка отпустит еще один ехидный комментарий.
-Чтобы такое сделать, нужно быть гораздо быстрее меня. Просто поднятый мертвец такое сделать не мог. К тому же он умел колдовать и использовал камень, чтобы поднять мумию, возраст которой намного больше вашего с Августином вместе взятого. Я не продержался и минуты, и если бы не Блэкхард, то сейчас тебе пришлось бы искать другого дурака, который согласился бы помочь тебе с нашей проблемой.
-С нашей проблемой? – чародейка изогнула левую бровь. – Я согласилась тебе помочь, охотник, и ничего более – ничего Нашего. Хочешь отказаться от поисков своего меча или использовать другой способ найти его - пожалуйста, тебя никто не заставляет идти со мной.
У Алекса такой вызов вызвал лишь усмешку.
-Может, вы оставите свои любезности и перестанете охмурять друг друга, - вмешался Блэкхард и махнул на дверь. – Там, на кладбище, тварь, которая способна при желании создать целую армию подобных себе, и она обязательно сделает это, если мы не остановим мертвеца.
-У нас, в Мораволе, ходит легенда о маге, который придумал, как обмануть смерть. Он смог разделить свою душу и спрятать её часть в неживом предмете – филактерии. Каждый раз, когда его душа покидала тело, та часть, что была спрятана, отдавала накопленную за несколько лет энергию и возвращала хозяина к жизни.
-Это спасло бы множество жизней и позволило создать непобедимую армию, - заметил Алекс. – Если бы не подводные камни, о которых ты сейчас расскажешь. Ведь непросто так этот маг стал легендой, а не спасителем всех от Смерти. Что с ним случилось и зачем ты нам рассказываешь о нем?
-А ты слушай и не перебивай, - огрызнулась чародейка. – Он обманул смерть, нашел способ восстановить свою душу, но не спас себя от Времени. Старость взяла свое. Через несколько десятилетий он превратился в обтянутый кожей скелет и тратил основную часть своих сил на поддержание жизни, а не на что-то полезное. Естественно, Мораволу такое не понравилось, и Лича изгнали.
-Лича? – с сомнением спросил Алекс. – Это прозвище или имя?
-И то, и другое. Каждый раз, когда до Моравола доходят слухи о говорящих мертвецах, мы сразу же думаем о Личе. Только его магия способна создать такого мертвеца и только о нем есть задокументированные достоверные сведения. Все остальные были либо вымыслом, либо розыгрышем.
-Задокументированные? - с трудом и с сомнением произнес Алекс. – А в твоих документах не сказано, как справиться с этим… некромантом.
-Некромантом? – спросил Блэкхард, выглядывая в окно и внимательно следя за тем, чтобы стража, пришедшая на помощь к жертве чародейки, не застала их врасплох. Пока на улице не было никого, кто был похож на охранников порядка, но это не означало, что они не появятся в скором времени и не помешают их охоте. Алексу и Блэкхарду солдаты были не страшны – они не были виновны – но вполне могли задержать Эниду, и тогда их борьба с драугром-личем замедлится, а похороны будут сорваны.
-Так мы называем демонов, которые могут поднимать мертвых. Обычно они используют Скверну, чтобы заменить жизненную энергию, но могут использовать и другие способы. Как с Тауфом. Вий смог захватить его душу, пока та еще не отошла в Пустоту, и использовал для того, чтобы оживить тело охотника и подчинить его волю, – ответил Алекс и требовательно посмотрел на чародейку. – Как нам расправиться с этим Личем? На дворе уже вечер, а значит у нас осталось всего пару часов до появления призраков. Начиная с заката мы уже не сможем биться с ним, используя численный перевес.
-Откуда я знаю? - недовольно фыркнула Энида. По ее мнению, Алекс не имел права требовать у чародейки даже самую малость, и факт того, что ей снова приказали, очень разозлил посланницу Моравола. – Я же сказала, что его изгнали, а не убили. Остальных же говорящих мертвецов мы не встречали, и это значит, что никто не убивал личей. Вы станете первыми. Сделаешь это, и, возможно, Августин простит тебя.
-Мне не нужно ничье прощение. – Алекс посмотрел на камень, внутри которого жила неизвестная темная материя, вспомнил, как именно лич-драугр оживил мумию, и его осенило. – А что если разрушить его филактерий? Если мы уничтожим предмет, в котором лич прячет часть своей души, он умрет? Или хотя бы ослабнет? В любом случае, мы сможем его убить.
-Даже если это сработает, нам все равно надо найти филактерий, а он может быть где угодно, - произнес Блэкхард отворачиваясь от окна. – Лич живет уже много лет и мог спрятать его в любом месте, где хоть когда-нибудь останавливался. К тому же, если бы все было так просто, маги уже уничтожили бы его.
-Это было еще в те времена, когда маги не превратили город Моравол в герцогство. В те времена людей было слишком мало, чтобы Первоначала позволяли безнаказанно убивать друг друга. Поэтому маги просто изгнали его. Возможно, Лич даже помнит Темные Времена.
-Ясно, - сквозь зубы произнес Алекс и сплюнул. - Еще один реликт времен Аскаила. Чтоб их всех Пустота забрала.
-Аскаила? – с удивлением спросила чародейка и задумчиво нахмурилась, пытаясь вспомнить, где она уже встречала это имя. – Это тот архидемон? Военачальник, которому служил вий, и наследник которого должен погубить тебя?
-Аскаил не просто военачальник, - отчасти с восхищением произнес охотник. – Для демонов он такое же Первоначало, как для нас Семнадцать; величайший дух природы – для южных варваров; Создатель – для огров севера; и Единое божество – для народа, что нашел себе дом на далеком архипелаге Хинги. Он был первым, кто повстречался со Скверной, если не сказать больше...
-Больше? - Энида развела руками и с немалой долей сарказма сказала, – куда уж больше? Ты расписал его так, словно он твой бог или любимое Первоначало. Может быть ты фанат этого архидемона мечтаешь стать таким же, как он?
-У Аскаила есть чему поучиться, - вступился за друга Блэкхард. На скьярла тут же устремились вопросительные взгляды обоих участников разговора. Он понял, что Алекс хочет узнать, откуда ему удалось узнать об этом архидемоне и поспешил добавить, – когда я еще учился, одна знакомая охотница принесла мне свой учебник по истории Скверны, и мне удалось успеть прочитать первую главу прежде, чем ей пришлось вернуть книгу.
-У первого архидемона действительно есть чему поучиться, - кивнул Алекс, вспоминая заслуги Аскаила, которые, по его мнению, достойны восхищения. – Демоны уверены, что он был одним из первых людей, которых создали сущности гораздо древнее всех наших богов и Первоначал вместе взятых. Они уверены, что он обманул первородный Хаос, отца всех миров, взял часть его силы и исковеркал ее так, что получилась Скверна. Среди демонов ходит легенда, что Аскаилу удалось с ее помощью стать действительно великим человеком, но потом случилось нечто ужасное, из-за чего тогда еще никому неизвестная Скверна слилась с ним в одно целое и создала первого демона. Он стал по-настоящему неуязвимым, и, если честно, - Алекс осекся, вспоминая еще один приказ Хаоса, еще одно табу, наложенное в этот раз на судьбу Аскаила, и постарался перевести тему в другое русло. – Навсегда связав свою жизнь с борьбой со Скверной и возненавидев ее, я не уверен, что на его месте смог бы поступить иначе. Но Аскаил уже не наша забота. Нам нужно найти филактерий и разобраться с драугром.
Алекс указал на красный камень в руках у чародейки, абсолютно не замечая, что сейчас он невольно нарушил их с Блэкхардом уговор.
-С кем? – лицо Эниды исказилось, когда она услышала последнее произнесенное охотником слово. Алекс поморщился, мысленно ругая себя за оплошность, и попытался исправить ситуацию:
-Так местные называют оживших мертвецов, которые разговаривают. У вас они личи, у них драугры. Сейчас это не важно. - Алекс снова указал на камень. – Я уверен, что этот артефакт как-то связан с тем, что ты назвала филактерием. В любом случае, ничего хорошего от камня ждать нельзя; его необходимо уничтожить.
-Согласен, - сейчас Блэкхард стоял далеко от окна и расслабившись не следил за входом в таверну. Именно в этот момент вооруженный отряд из трех человек вышел из закоулков Ривера и, лязгая доспехами, прошел внутрь таверны. Будущие убийцы лича были слишком увлечены беседой, чтобы обращать внимание на странный звук снаружи, и это вскоре выйдет им боком.